Гроссбух

Силин Дмитрий

Цену я предлагал выше "рынка", поэтому народ соглашался. Мы оформили куплю-продажу нескольких гаражей, Юля получила свои первые проценты. Говорила, что разговаривать с людьми — так просто! Сунешь ногу в дверь и стой, общайся. Народ, в основном, культурный, силу не применяет. Терпеливо ждут, когда она выскажется. А там уж она втягивала в разговор. На пятый-шестой раз хозяева даже обречённо предлагали зайти… Выпить чаю… И уже уйти, наконец-то…

Этого то я от неё и ждал — результата. У меня дома копились папки с разными документами. На гаражи, по установке сигнализаций, методические и обучающие материалы по торговле. Пора было подыскивать офис. Ставить его под охрану. Перемещать папки —

туда. Так же, как и деньги. Пока же они были рассованы по разным укромным местам. Того и гляди, мои движения заметят нехорошие люди и начнут вдумчиво вскрывать квартиры моих родственников, да и мою собственную. Аня уже была на последнем месяце и я был не готов рисковать её жизнью.

* * *

Однажды, уже в конце июля, Юля сообщила мне, что нашла квартиру, которая продается прямо в моём доме. Она уже разговаривала с хозяйкой, но она просит достаточно высокую цену. Я решил взглянуть на неё, пригласил Юлю приехать, когда сам буду дома. Она провела меня во второй подъезд и позвонила… в квартиру "мамы Артура"!

Мы периодически встречались с ней, во дворе, раскланивались, но не общались. А тут — вон оно чё!

Да, она готова продать квартиру. Они с сыном — этнические немцы, хотят уехать на историческую родину. На немку она была мало похожа, но кто их разберет, фрицев всяких! Квартира была в приличном состоянии, но меня это особо не интересовало, так как я всё равно хотел делать ремонт — "под себя". С использованием современных материалов, пока их можно было купить на еще не обесценившиеся рубли. Стоимость квартиры она хотела получить в долларах или дойчмарках, чтобы ехать за границу сразу с твердой валютой. Говорила, что у неё уже "наклёвывается" покупатель, поэтому менять условия она не намерена.

Пока мы торговались, разговор перешёл на отвлеченные темы. Какие документы требуются на выезд, не нужна ли ей помощь, в оформлении… Нет, у неё "всё схвачено". Кто сейчас будет директором "Пельменной"? Почему она закрыта уже две недели — "на учёт"?

Тут она ответила такое, что у меня волосы зашевелились на голове. "Пельменная" тоже продается. Она приватизировала это торговое предприятие, ради помещения. На весь трудовой коллектив. А потом — закрыла его. Сотрудники, которым не выплачивали зарплату — разбежались. Она всех официально уволила, по "собственному желанию", взяла с каждого — хитрую бумажку. Что им выплачивают все долги по зарплате, а они отказываются от любых претенций к ней, как директору. Теперь она единоличный владелец этого предприятия и помещения, которое у него на балансе. Ей надо успеть продать это предприятие, до отъезда. Документы уже собраны, её держит только это. Цена высока, поэтому покупателей — нет.

Конечно — "высока"! Она хотела за него двойную стоимость своей двухкомнатной квартиры! За пустое помещение с обшарпанными стенами. Мне дико повезло, что народ еще не знал цену нежилым торговым помещениям в хорошем месте. Её рыночная стоимость будет минимум в полтора раза дороже, в скором времени. А в XXI веке — более, чем в 5 раз!

Единственно, что меня не устраивало, так это то, что она хочет продать — предприятие. С сомнительной схемой лишения собственности членов коллектива и наверняка, с массой других "косяков". Становиться директором этого предприятия и потом попасть под суд? Спасибо, не надо.

Мы вместе посмотрели помещение "Пельменной". Я осторожно сказал, что что готов его купить, вместе с её квартирой… Если она скинет тысяч пять долларов… И продаст только его, от одного юридического лица — другому. Полностью прозрачно, с оформлением всех необходимых документов. Деньги за него мы положим в банковскую ячейку, она получит их только после государственной регистрации сделки на моё имя.

Она засмеялась, мол откуда у меня такие деньги! Но мы с Юлей молчали, спокойно глядя на неё. Она осеклась, сглотнула и больше вопросов не задавала.

Я ей прямо сказал, что это её единственный шанс. Быстро продать всё, бросить проблемное предприятие и свалить из страны. Она там потеряется, а я буду — "добросовестным приобретателем". После сомнений и юридических консультаций она, в результате, согласилась. Видимо, примерно так и сделала, в конце 90-х, когда в долгое время закрытом помещении "Пельменной" появилось какое-то частное кафе.

А я стал собственником её квартиры, а главное — "ПЕЛЬМЕННОЙ"!

= 03 =

В помещениях надо было делать ремонт, о том что я их купил, Анне не было сказано. Она не ходила больше за мной по пятам, деньги я почти все из нашей квартиры забрал, а если обворуют мамину… переживем. Зато никто не пострадает. Моя жена сидела в основном дома, выходила гулять во двор, когда я приезжал домой. Мы сидели среди кустов и деревьев, на полуразрушенной детской площадке. Наш двор был очень зеленым и в моём детстве, а сейчас — зарос совсем. За ним было футбольное поле, на котором никто не играл, а дальше был детский сад. В который будет ходить наш сын. У меня есть время привести в порядок и двор и детскую площадку и футбольное поле. Пару лет они ему будут — без надобности. Мы строили планы, а я думал, что пора открывать новое направление нашего "холдинга": строительство и ремонт.

У меня были, в будущем, знакомые, которые этим занимались. Тот же Егор Нелидов. Но у него была узкая специализация — только электрика, так что он — не подходил. Был еще одноклассник — Димка Поляков. Он попал в одну строительную компанию, которую основал мой, как оказалось, однокашник. Он учился на другом потоке и мы были "шапочно" знакомы. Когда встретились — начали общаться. Играли все вместе, в преферанс — по вторникам. Сам Димка был лентяем, ему быстро наскучило работать руками. Он пролез в сметчики, так как немного знал компьютер. Но об этом — позже.

Контора занималась промышленным альпинизмом, ремонтировала разные трубы и заделывала швы у разных цехов. Соответственно, они работали только с заводами.

Оставался только один человек — Игорь Томилин. Он был примерно одного с нами возраста, был в одном стройотряде с Димкой, в ССО "Ассоль". Это был самый "музыкальный" стройотряд в УПИ. Туда брали только тех, кто умел играть на музыкальных инструментах. Хоть на контрабасе. Димка хорошо играл на гитаре, Игорь — тот вообще сочинял музыку и песни. К сожалению, качество этих песен осталось любительским, студенческим. Хитов из них не вышло, хоть они и звучали в выступлениях команды КВН УПИ "Уральские пельмени". Эта команда была дружна с ССО "Ассоль". Бойцы ССО — Максим Ярица и Саня Попов потом стали выступать вместе с этой командой.

Игорь очень стремился заниматься творчеством, но не добился успеха. Необходимо было что-то кушать и он занялся еще и строительством. Сколотил бригаду, ремонтировал разные объекты. В том числе, на субподряде у Димки. В начале 00-х ремонтировал помещения моих магазинов, был честным и добросовесным. Поэтому — бедным. Он, как и мой рекламщик Толик, был бессеребренником, не мог юлить и обманывать. Тогда мы с ним и познакомились.

Чем занимается Игорь сейчас — я не знал. Он был родом из области, в институте тоже, как и я, недоучился. В данный момент мог быть — где угодно. Был шанс найти его через Димку, но существовал лучший способ. Он наверняка будет выступать на "Знаменке". Там же я могу с ним заново познакомиться и убедить, что заниматься стройкой — выгоднее, чем музыкой.