Груз для Слепого

Воронин Андрей Николаевич

Самое странное, на товарном дворе и впрямь оказалась неприметная будочка со стеклянным окошком, в которой сидела, правда, не старуха сталинской закалки, а вполне привлекательная женщина лет сорока,

номера машин она записывала исправно, отыскался среди них и номер свалившегося с моста недалеко от города грузовика. Дежурный смены тотчас узнал фотографию Скобелева. Вспомнил и контейнер, в который разгружали машину.

Когда со всеми предосторожностями мина была обезврежена, ящики со смертоносным оружием погрузили на военные грузовики и с воем сирен машин сопровождения они покинули территорию Южного порта, Глеб невесело усмехнулся:

– Впервые я боялся по-настоящему.

– Что ты сказал, Глеб? – переспросил генерал Потапчук.

– Больше, чем сегодня, я боялся только один раз в жизни.

– Когда?

– Первый раз очутившись в постели с женщиной, боялся, что ничего не получится!

– Но получилось же?

– Не сразу, – рассмеялся Глеб.

– Давай подброшу тебя домой.

– Нет, моя машина недалеко, дойду до нее пешком.

Глеб Сиверов расположился возле иллюминатора,

посадив себе на колени семилетнюю Аню. Ирина Быстрицкая немного зло смотрела на него. Она не любила, когда дочь уделяет Глебу больше внимания, чем ей. Самолет набирал высоту. В руках у девочки подрагивал рекламный проспект гостиницы на Средиземноморье в Ремини:

– Дядя Глеб, посмотрите, поезд!

– Да, только не посмотрите, а посмотри.

– Пять вагонов, да?

– Пять.

– А что в них везут?

– Откуда я могу знать.

– Не задавай глупых вопросов, – вмешалась Ирина, – а то мне за тебя стыдно.

– Хорошо, не буду, – девочка сумела помолчать ровно одну минуту и зашептала так громко, что ее услышала не только Ирина:

– А если у нас в самолете террористы и они достанут бомбу?

– Тебе ничего не надо делать, – ответила Ирина Быстрицкая, взглянула на Сиверова, тот успел задремать, посадила дочку себе на колени, хоть у той и было свое место, – ты только шепни на ухо дяде Глебу, и он проснется.