Грядущее
Шрифт:
– Они ничего от меня не узнают. Ты же знаешь.
– Он наклонился ближе ко мне, к столу.
–
Так, что случилось? Сэм не знала о том, что сестра Рейфа больна и набросилась на неё, когда та чем- то спровоцировала её?
– Нет, только если дружелюбие, можно расценивать как провокацию.
Дэниел покачал головой.
– Эта девушка определенно потеряла над собой контроль, и, кажется, она становится ещё более опасной.
– Он взглянул на меня.
– Держись от неё
подальше,
– Это я и намерена делать.
– Так, что было в тех бумагах? Только то, что её родителей убили, и все?
– Это все, что я смогла увидеть. Ее родители погибли в результате вторжения в дом, и там
говорилось о том, что Сэм “выжила”, что означает, что она была там. Я думаю, что это
могло бы объяснить её “неконтролируемое состояние”. И почему мэр Тиллсон сказал
всем, что её родители погибли в автомобильной аварии.
– Чтобы ситуация была менее травмирующей.
Я кивнула. Это имело смысл, но это меня по-прежнему настораживало. Почему Сэм
была полна решимости заполучить эти документы, прежде чем я прочитаю их
поподробнее? Что еще в них было?
– Кровотечение остановилось, - сказала я, взяв импровизированный лед.
– Мы должны
продолжить поиски вокруг. Сэм нашла что-то. Может быть, и мы сможем.
Мы нашли место, где Сэм нашла страницы документа - под матрасом в главной спальне.
Мы не смотрели там ранее, и мы не заглянули бы туда и сейчас, если бы не заметили, что
покрывало вздымалось буграми.
Под матрасом был файл, содержащий справочную информацию о каждом в нашем
классе. Имена родителей, дата рождения, хобби. Мина уделила много внимания хобби, подчеркнув некоторые из них, такие как: борьбу, бокс, и законы в деле о Дэниеле. Акцент
на спортивных и внешкольных интересах имел бы смысл…если бы вы заполняли анкеты
в приложение для знакомств. Зачем корпоративный шпион узнает о том, что местным
подросткам нравилось делать в свободное время?
– Это прикрытие, - сказал Дэниел.
– Если кто-то придет сюда, она может вытащить их, и
показать всю эту фигню о домашних животных и хобби, чтобы снять все подозрения.
–
,Он пролистал страницы.
– У нее здесь все есть. Даже Рейф, хотя его лист полон
вопросительных знаков и указаний для последующей деятельности. Кажется, она не была
очень удачлива в получении информации о нём. Странно.
Я продолжала взглядом осматривать страницы, так чтобы он не увидел, что я знала, что
это все не было странным.
– Где моя страница?
– Правильно… - Он снова все пролистал.
– Ха. Кажется пропала.
– Моя?
Он не ответил, пока он не выложил
были там, кроме страницы Сэм и моей.
– Бьюсь об заклад, она забрала и твою страницу, - сказал Дэниел.
– Сэм, я имею в виду. У
всех здесь по одному листу, а у неё их было несколько. Твоя вероятно была за её
страницей.
– Он сложил листы и сунул их в рюкзак, который мы взяли с собой.
– Давай
продолжим поиски.
Мы больше ничего не нашли. Когда мы закончили поиски, я вернулась в кабинет, чтобы
убедиться, что мы оставляем все таким же, каким оно было до нашего прихода.
– Мы должны проверить номер, который ты записала.
– Дэниел нажал на списк номеров.
–
Эй, тут есть ещё отслеживаемые номера. Последние пять.
– Запиши и их, - я передала ему ручку.
Он начал записывать номера, а затем остановился и уставился на экран.
– Дэниел?
– Я посмотрела на номер.
– Это номер моей мамы.
– Он моргнул и отвел взгляд.
– Или это был её номер. Папа
получил его из лабораторных файлов, и он звонил по нему, когда был пьян. Она
изменила его несколько месяцев назад.
Я не спрашивала его о том, как он узнал номер. Я могла представить его, как он сидит в
своей комнате, держа телефон в руке, готовясь к звонку, который он так никогда и не
сделает.
Дэниел не получал сообщений от своей матери. Не получал и звонков. Даже не добился
от неё поздравительной открытки. Я не думаю, что он когда-либо получал объяснения её
ухода. Она просто оставила его и ушла.
Я не знаю, как кто-то может так поступить с ребенком, но чего я вообще не понимаю, так
это как можно оставить Дэниела. Мы шутили, что он всегда был так хорош, что заставлял
нас выглядеть в дурном свете по сравнению с ним. Я уверена, что он спрашивает себя, что он сделал не так, чтобы она его оставила. Я думаю и о своей матери, которая никогда
не имела возможности узнать меня, так что он должно быть думает, нечто похожее и о
своей.
– Ты в порядке?
– Конечно, - он пожал плечами, когда положил трубку обратно.
– Но мне интересно, как
Мина Ли получила этот номер, и что более важно, почему она звонила по нему. Причем, дважды.
– Потому что, кроме родителей Серены, твоя мать единственная, кто оставила Салмон
Крик. Родители Серены все еще работают на Сент-Клаудов. А твоя мать не работала на
них. Поэтому она могла многое рассказать.
– И если здесь были какие-то проблемы, она должна о них знать.
– Доктор Бьянки была