Гучок
Шрифт:
– Конечно, настоящий! – пыхнул дракоша. – И, даже, настоящее настоящего! Он нам на север показывал, когда мы сами путешествовали. Компас, где север?!
Муравей послушно повернулся головой к северу, противоположно тому направлению, куда они сейчас летели.
– Вот, видишь! – радостно крикнул Кеша.
Недоверчивый Игорёк посадил себе на руку муравья и стал его проверять, бегая между креслами и кувыркаясь на полу в разные стороны. Но Компас всегда показывал правильное направление точнее любого компаса. Наконец, запыхавшийся
– Ну, как? – довольно спросил дракоша.
Игорёк вытер пот со лба и, с уважением глядя на муравья, устало выдохнул:
– Нас целовек!
Солнце уже перевалило за полдень и потихоньку стало клониться к земле. Спрятавшись от полуденной жары, в тени высоких сосен отдыхала лесная живность. Но отдыхали далеко не все. В муравейнике жизнь кипела, разве что не булькала. Летом у муравьёв работы невпроворот, поэтому бездельничать некогда. Каждая пара лап на счету.
Шустрая белка, перепрыгивая с ветки на ветку, сунулась в незнакомое дупло и тут же стремглав выскочила обратно. Дупло уже было занято. Недовольная сова, проснувшись на самом интересном месте, сердито щурилась на яркий свет и ругала это рыжее невоспитанное создание. Вдруг один глаз совы широко раскрылся. Над озером бесшумно двигалась уже знакомая ей летающая миска.
– Снова к нам купаться… Небось, в городе опять теплосети на ремонте, – проворчала сова и, отвернувшись от света, заснула на самом интересном месте.
Илсемьдесятшестой, медленно приблизившись к муравейнику, опустился на землю рядом с ним. Из появившегося в его стенке отверстия вышел дракоша и, подойдя к муравейнику, протянул к нему лапу. С лапы, как по трапу, вниз спустился Компас.
– Ну, пока. Передавай привет королеве, – сказал Кеша на прощание.
Компас козырнул и тут же был отправлен на разведку, появившимся, как из-под земли, своим начальником-муравьём.
– Даже чаю с дороги не попил, – ухмыльнулся дракоша, провожая взглядом муравья.
С лёгким шуршанием Илсемьдесятшестой вновь поднялся в воздух и быстро скрылся из виду.
Гучок и Игорёк сидели в креслах и молча смотрели на проносившиеся внизу леса и поля. Мысли ребят были о доме и о встрече с родителями. Хотя о встрече с родителями думать было немножко страшновато.
– Кажется, мы на месте, – произнёс Амфи, глядя вниз. – В город залетать не будем, а то нас на сувениры разберут. Сядем на окраине.
«Пельмень» опустился на поляну между высокими деревьями недалеко от дороги. Друзья выгрузили свой багаж и стали прощаться с Амфи и Дракаром.
– Спасибо вам за то, что подвезли, – поблагодарил их Кеша. – Если бы не вы, мы бы сейчас с белыми медведями в кёрлинг натирали.
– Вот вам от нас подарок, – произнёс Гучок, протягивая своим новым друзьям банку тушёнки. – Последняя! Если, вдруг, ваш материализатор поломается, чтобы голодными не сидели.
– Или мысли не будут
Амфи и Дракар поблагодарили за подарок и с любопытством стали его разглядывать.
– Если будут плаблемы с насим языком, – Игорёк посмотрел на Дракара, – плилитайте ка мне, лес'y!
– Какую лису? – не понял Гоша, хватанув языком пролетавшую мимо мошку.
– Плаблемы лесу, – терпеливо объяснил Игорёк, сердито посмотрев на лягушонка. – С языком!
Помахав на прощанье, друзья расстались. Когда Илсемьдесятшестой исчез за кромкой леса, ребята погрузили заметно полегчавшие рюкзаки на велосипеды и выехали на дорогу.
Въехав в город, они разглядывали его, словно видели в перый раз. Город тоже с интересом разглядывал своих новых старых жителей, приветливо кивая им верхушками деревьев и зажигая свои огни. Его приятно удивило то, насколько сильно они повзрослели. Это были по-прежнему маленькие, но уже совершенно самостоятельные молодые люди с большим опытом человеческих и нечеловеческих отношений, способные по-взрослому посмотреть на свои проблемы и готовые полностью принять ответственность за себя и за свои поступки. Далеко не каждый взрослый житель города мог таким похвастаться.
Но ребята не считали себя героями. Они не ставили цель измениться. Их путешествие, сложившееся столь удивительным образом, незаметно заставило их стать такими, какими они вернулись из него. Когда заканчивались подсказки, шедшие изнутри, появлялись подсказки снаружи. Нужно было всего лишь навсего это всё увидеть и услышать. Теперь они это умели.
Никто не обращал на путешественников никакого внимания. Друзья благополучно доехали до дома Игорька. Возле дома Игорёк обнял по очереди каждого из них.
– Мне интелесно, это всем путисественикам так визет, или тока нам? – как бы рассуждая, спросил мальчик. – Стока интелеснава павидать, стока новых длузей заиметь и так паумнеть!
– Я думаю, всем, – ответил Гучок. – Иначе в походы никто бы не ходил.
Игорёк потащил велосипед к подъезду, а Гучок с Гошей и Кешей в рюкзаке поехали дальше. Возле двора своего дома они остановились. Лягушонок и дракоша с Простомашей спрыгнули на землю.
– Мы тут с Кешей решили…, – начал немножко волнуясь лягушонок. – Вообщем, ты иди домой один. А мы построим себе жилище где-нибудь недалеко. Ты будешь каждый день приходить к нам, и мы вместе будем гулять и играть.
– Идёмте, – начал уговаривать их Гучок. – Я поговорю с родителями, чтобы они вас оставили жить в квартире!
– Не нужно, – просто ответил Кеша. – Не будем отбирать у мамы спокойную жизнь.
Аргумент был убедительным.
– А как же вы зимой будете на улице жить? – растерянно спросил Гучок.
– После такой прогулки на полюс, – подмигнув Кеше, ответил Гоша, – да ещё в папиных носках… О чём ты говоришь…
– А есть что вы будете?