Гулял Великий Рив...
Шрифт:
– Полетаем? Посмотрим? Всё это как-то очень уж странно Рив.
Рив медленно летел, внимательно изучая расстилающиеся внизу земли. Страшные земли. А ведь это был хорошо знакомый ему мир, планета, над которой он сейчас летел. Как и несколько других (вообще-то довольно много, просто Рив не помнил, сколько их в действительности), эта планета была почти во всех мирах: за исключением очень-очень старых. Замур, Браг, Дансаниаро, Земля, Ркурк – у неё было много имён, в каждом (сильно сказано, конечно, в каждом) почти мире своё. Но ни где она не вела себя так странно.
– Рив вулканы
Он тоже не понимал. Казалось, сама планета обрела разум и теперь планомерно истребляла жизнь на своём теле. Сумасшествие, не иначе. Рив осенённый внезапной догадкой заглянул на несколько ближайших планет – не во плоти, взором с помощью Сил. Он едва не полетел вниз. На всех планетах этого мира творилось тоже САМОЕ!
– Сфера Рив! Он движется в Сфере, не так как должен!
И правда, мир шёл в Сфере, каким-то своим курсом. Рив не понимал. Что же это такое творится? Мироздание свихнулось? Как мир может, нарушая законы Мироздания, вопреки всем упорядоченным движениям, во внешней части Потока, двигаться сам по себе? Что целый мир обрёл Разум и как следствие Личность?
– Не сам по себе. Движется, то есть. Рив, тебе ничего не напоминает этот мир? Огонь, жара, вон глянь, какие маньяки по поверхности бродят. Знакомо, а?
Знакомо? В каком смысле? Рив напряг память: может, он и правда, нечто подобное уже видел. Что это может быть? Девять Миров? Одна из девяти обителей Лордов Пламени? Но… Похоже, но всё же не то. Девять миров – унылое местечко, вулканов там мало. Их только Тайбор – глава Лордов, и уважает. Сами Лорды предпочитают вот такие, как у того холма, плато из застывших вулканических пород. Да и Чёрных Древ не видно. Не Девять Миров. Тогда, что? Тройственный Мир! Вроде, но как-то…
– Вот именно! Тройственный мир: обитель Ангелов, обитель Демонов, а по серединке, обыкновенная Вселенная с Живыми. Но этот мир один. Но он похож, очень похож…
Ад, Рай – два мира паразита, на теле Среднего. Миры Богов-Некромантов. Два полюса: одни чистое Зло (те ещё ублюдки!), другие добрые (хорошие, но тоже сволочи не хилые). Этот мир походил на Ад. В юности. А где ещё два? Тройственный мир не зря называют так: три мира так близко расположенные друг к другу, что и слабенький маг способен путешествовать между ними. И они никогда не расходятся в Сфере! Они всегда рядом: Ангелы и Демоны, далеко не слабые Боги, хотя и особо сильными не назовёшь. Что-то здесь не срастается. Если это Ад – где собственно Рай?
– А куда движется этот мир? Не к Аду ли? И тебе не кажется Мудрый – Показалось? Или Голос и правда говорит с некой издевкой? – Рив, что этот мир кто-то меняет под себя? Делает его более привычным для себя любимого. И конечно, в свете всего увиденного тебе весьма сложно, сообразить, а кито же це может быть?
Рив скрипнул зубами: Голос определённо издевался. И зря, он уже всё понял, просто трудно было в это поверить, даже увидев собственными глазами. Он прислушался к Силам. Так и есть, мир меняли специально и его двигали внутри Сферы. Очень осторожно, очень скрытно. И правильно, что скрытно. Рив издал горловой звук, весьма похожий на рычание.
– Обнаглели сволочи. Рив, я вот что хочу сказать: не пора ли кого пришибить?
Руки просто чешутся! Но не даром зовётся Рив, Ривом Милосердным! Нет, он просто исправит учинённые здесь злодеяния, всё вернёт на круги своя!
– Во дурак! Ринн давно бы принялся крушить всё направо и налево… Если б не было лень, конечно… Слушай Рив нельзя это так оставлять. Ты лучше меня знаешь, как опасно давать волю Богам-Некромантам. Этот мир их не устроит. Уже через пару столетий возьмутся за другой. Усиление любой из этих сторон… Рив этого нельзя допустить. Всё равно как, но это нужно остановить.
Он знал. Он понимал. Едва кто-то из них усилится, хотя бы до уровня Пантеона Высших, начнётся война. Пантеон Высших не потерпит ни чьих амбиций. Как только Ангелы или Демоны покусятся на подконтрольные Пантеону миры, Талон взбесится и Высшие дадут добро на битву Богов. Лорды Пламени так же не обрадуются гостям. Боги Вальгаллы – те ещё хуже. Этим вообще плевать с кем и по какому поводу воевать. Только чужаки появятся, ребятки Одина с дебилоподобными улыбками начнут сражаться: с агрессорами и друг с другом немножко. Война Богов, конечно, дело так себе – не заслуживает внимания. Прибьют друг друга и вот уже потише стало. Но другое дело война Пантеонов. Если сцепятся по три сотни Богов с каждой стороны, причём Богов очень не слабых…
– Да, вернутся времена Первых войн Первых Богов. Конечно, весело было, не отрицаю, Рив, но как пусто стало в Мироздании, когда эти бараны закончили свою грызню…
Да, именно пусто: сотни и сотни миров просто сгорели. Поток поглотил их без остатка. В Мироздании ни что не пропадает даром. Поток со временем наплодил новых Миров, но сколько замечательных, неповторимых Вселенных, просто сгинуло без следа!
А войны Богов не избежать. Пантеоны Демонов и Ангелов слишком амбициозны. Усиление мощи хоть одной из сторон погонит их на захват других Миров. И не важно какие цели они будут преследовать, добрые или злые: начнётся война.
– Как ты поступишь Великий?
Как? Он не знал как. Рив летел над меняющимся прямо на глазах миром, в мрачной задумчивости. Если б с ним сейчас был Ринн! Вдвоём они почти Всесильны. Проблема была бы решена очень быстро и почти бескровно…
– Это с Ринном? Бескровно?! Я не ослышался?
Как он может ослышаться? Голос часть Рива, он всегда с ним. Он часть его.
– Тут ты прав Рив, мы едины.
Он просто летел. Тоску навевал этот мир. Он был таким… Рив не знал каким. Тоскливо. Царство Смерти…
– Какой мерзкий писк! Ты слышал Рив? Гадость какая!
Рив недовольно повернул голову на этот мерзкий крик. Взгляд Бога был грозен. Но он быстро утратил эту угрозу. Просто птичка. Большая, с шипастыми крыльями. Клыков ещё много, но в целом птичка, как птичка. Он и по страшнее и по больше видел. Как можно злиться на полудурочного представителя животного мира? Разве что, прикончить из сострадания, как часто делал Ринн. Но Рив на брата похож не был. Он не мог убить просто так безобидную птичку. Пусть себе летит! Как же, как же быть?