Гувернантка
Шрифт:
Я бы регенту всё это сказала. Вот только он до вечера на глаза мне не попадался. Наверное, не хотел дразнить змею. А вот дети подобными мыслями себя не отягощали и через полчаса заявились вместе с котятами. Начался такой бедлам, что думать о чём либо стало невозможно — котята носились за Светкой, дети за котятами… С другой стороны, никто мне не запрещал улыбаться. Хоть глупо, хоть мечтательно. Этим я и занималась, пока бегуны не умаялись и не решили перекусить. А потом потащили меня в сад.
И
— Сегодня последний вечерний приём перед летним балом! А значит, летний бал произойдёт завтра!
— Подожди, Ярослав, — удивлённо посмотрела на него я. — Но бал должен состояться через четыре дня?
— И что? — беспечно откликнулся он. — Последние гости с проживанием уже прибыли, а остальных оповестили! Всех!
— Но… — начала было я, но меня перебил император:
— Это мой каприз!
— Император не должен капризничать! — строго сказала я.
— Почему это? — вмешалась Анастасия. — Его право!
— Точно! — подтвердил Ярослав. — А вот ещё каприз — ты должна присутствовать сегодня на вечернем приёме! Вместе с нами и обязательно! Потом ещё что-нибудь придумаю!
И ускакал по дорожке.
— Завтра летний бал… — печально вздохнула Анастасия.
— Вот и молчи, а то сглазишь! — отозвалась я.
Анастасия снова вздохнула, и мы молчали минут пять. А потом она принялась с восторгом рассказывать, как всем было весело в квартире моих родителей. Надеюсь, что мама с папой выпили таблетки от головной боли...
Никогда не любила официальную часть какого угодно мероприятия! Все хвалебные и восторженные речи… Конечно, здесь представления прибывших шли повеселее, но меня потянуло на зевоту ещё в самом начале приёма. И регент это заметил. Он что-то прошептал императору, быстро вышел из зала, а вернулся почему-то с другой стороны…
— Катя! — позвал Ярослав. — Это всё будет долго продолжаться. А вон там, позади придворных, твоя подруга. Ты можешь с ней поговорить. Но когда представление окончится, возвращайся. Я буду речь держать!
В общем-то, возможность поболтать с Машкой затмила подозрения насчёт императорской речи. Но, прекрасно понимая, откуда у этой заботы ноги растут, я благодарно кивнула регенту.
Машка была с мужем. Он с уважением поздоровался со мной, с глупой улыбкой посмотрел на жену и отошёл в сторонку. Зато к нам тут же подрулила маркиза Кляйстер.
— Добрый вечер, герцогиня Стрелецкая! Баронесса Литтенгофер! Я хочу извиниться за то небольшое недоразумение…
— Принято! — довольно грубо оборвала я маркизу. — И у нас приватный разговор.
— Конечно, герцогиня! Если вы не возражаете, я
Похоже, что мой вид сильно возражал. Потому что маркиза сделала два шага в сторону, а потом ещё два. Ну а я уже привычно поставила звуковую стену и из вредности добавила световых искажений.
— Что случилось, Катька?! Твой не то чтобы нас от дела оторвал, но был близок к этому. И ничего не объяснил! Только сказал, что мы можем выручить тебя!
— Уже выручили! Мне так, Машка, муторно стало на этом приёме… А регент заметил. Плохо, конечно, если отвлекли…
— Фи! Мой говорит: «Как свечку зажгли — значит, ночь и пришла!» А спичек у него!.. — Машка хихикнула и посмотрела на мужа. — Даже не знаю сколько! И мой детей хочет! Я ему честно объяснила, что раньше, чем через пять дней, можно и не стараться, а он говорит, тренировка — основа всего! Ведь однажды у него график установится?!
— Однажды, наверное, — с улыбкой кивнула я. — А ты доживёшь?
— Доживу! — оптимистично заявила Машка. — Зато намекать и выпрашивать ничего не надо! А ты хоть здоровье поправила?
— Поправила. Даже очень.
— И как он?
— Да не хуже твоего барона.
— Так ты его, Катька, за рога и в стойло!
— Не будет у него рогов, Машка. Люблю я его. Он и у родителей моей руки попросил.
— Класс! Вот как залетим на пару и будем хвастаться, у кого зубы чаще и кто раньше ножками пошёл! Как же нам с тобой повезло!
Долго мечтать нам не дали. Подошёл слуга и принялся беззвучно шевелить губами. Когда я догадалась убрать барьер, пришлось попросить:
— Повторите!
— Великий князь Георгий Александрович Романов просят вернуться к трону императора! Предпоследняя пара гостей на представлении!
— Надо идти, — недовольно поморщилась я. — Вы смоетесь?
— Немного побудем, а уж потом… Чингачгук успеет!
Для меня последняя пара приглашённых выглядела ничуть не лучше первой. Граф и графиня какие-то…
Я была уверена, что как только последняя представленная пара смешается с толпой придворных, Ярослав произнесёт обещанную речь, но он даже не встал с трона. Выдержав короткую паузу, император громко спросил:
— Великий князь! Я не ошибаюсь — вы брали у меня два разрешения на брак? Одно получили барон и баронесса Литтенгофер, а для кого предназначено второе?
Вопросы императора произвели очень интересные эффекты. Регент растерялся, а придворные в зале подались ближе к трону, при этом впереди оказались самые привлекательные женщины.
— Для меня, мой император! — твёрдо произнёс пришедший в себя Великий князь.
— Надеюсь, что ваша избранница в этом зале? — поинтересовался Ярослав.