Гвоздь в пятке
Шрифт:
– К-кажется… в четверг… После того как Юнис позвонила тебе…
И перед тем как сама Корделия из-за внезапно вспыхнувшего чувства к нанятому ею детективу решила отстранить этого самого детектива от расследования. Удивительно… Только я почему-то не удивлен.
Теперь-то ясно, чем была вызвана рассеянность Корделии во время нашего телефонного разговора. Я ведь
Обе сестры и теперь не скрывали страха.
– Что же со мной будет? – прошептала Юнис, терзая в руках носовой платок.
– Ты ведь не сообщишь полиции, нет? – Корделия, обойдя диван, приблизилась ко мне и попыталась изобразить свою фирменную лучезарную улыбку. Не вышло. На искаженных от страха лицах улыбки выглядят какими угодно, только не лучезарными. – Да и зачем, верно ведь? Только дедулю расстраивать. Если все узнают правду… получится, будто бабуля зря погибла… – Корделия легонько стиснула мою ладонь. – Ну пожалуйста, Хаскелл… ради меня?
Что ни говорите, а прекраснее голубых глаз Корделии в целом свете не найти. Я выдернул руку.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Время от времени я встречаю Юнис. То случайно столкнусь с ней на улице, то увижу, как она покупает в магазине продукты для дедули, робко толкая перед собой тележку, словно боится сделать ей больно. Юнис всегда со мной здоровается. Или хотя бы машет издалека.
Словно нас с ней не связывает страшная тайна.
Корделию же после того разговора я больше не видел. Полагаю, она вернулась в Нэшвиль. А мне, собственно, плевать, где она и что делает. Корделия, как оказалось, – из тех женщин, что используют свою красоту в корыстных целях. Чтобы добиться желаемого. На здоровье. Но мне с такими не по пути.
После того как я выдернул руку, Корделия здорово обиделась. Даже надулась. Но мне тогда уже было все равно.
– Ладно, будь по-вашему, – сказал я. – Только знай, Юнис: решаюсь на это только ради тебя и дедули. И точка.
Тут
Только не подумайте, что я совсем пал духом. Ничего подобного. Ну есть на свете дамы типа Корделии и Клодзиллы – и что с того? Есть же и такие, как Юнис… Немного застенчивые, пугливые, простенькие… но сколько же в них, оказывается, истинного благородства и стойкости!
Вот вам и дважды два четыре, как не преминул бы вставить мой старик.
При виде Юнис я, само собой, всякий раз думаю о толпах клиентов, которые, увы, не обивают порог моего частного агентства. И вспоминаю громкое убийство миссис Терли, которое я раскрыл, не получив заслуженной славы. Но в следующую секунду Юнис улыбается и машет мне рукой…
Она стала почти хорошенькой. Теперь я легко узнаю в ней прелестную крошку из младшего класса. Поговаривают, что она вот-вот разведется с Джо Эдди.
Видит Бог, этот громила не заслуживал такой жены.
После их развода… как вы считаете, не сделать ли мне предложение Юнис, а?
Хотя… Ох, боюсь, ничего не выйдет. Меня будет пробирать дрожь всякий раз, когда Юнис возьмет в руки сковородку или еще что из тяжелой утвари.
Кстати, о сковородках. Я согласился держать рот на замке с одним условием. Юнис обещала купить для дедули новую сковороду.
Ну что вам еще сказать… В моем детективном бизнесе снова наступило затишье. Теперь я каждый день надраиваю аппарат для содовой в аптеке Элмо. Но не жалуюсь. Нет-нет, и не думаю даже!
А вздумай я пожаловаться, нашел бы совсем другую причину. Не далее как сегодня утром мне позвонила Беатрис Оффут и, захлебываясь от восторга, сообщила, что ее внучка наконец-то приехала в Пиджин-Форк! И ждет не дождется встречи с самым настоящим живым сыщиком!
Так-то вот. Помните, что я говорил в начале? Крутому парню вроде меня нелегко держать частное детективное агентство в маленьком городке.