«ГЗ»
Шрифт:
Смугловатые экскурсанты тут же опробовали новое слово на язык:
– Гезе… Гэзе… Гэ-зэ…
Vera Semenova махнула рукой по направлению к двери:
– Сейчас мы выйдем на улицу, чтобы оттуда лучше рассмотреть архитектуру этого здания. Идем-те за мной…
Группа послушно двинула на выход. Я не отставал.
Vera Semenova объясняла на ходу:
– Итак, мы выходим через клубный вход, что располагается со стороны Ломоносовского проспекта и метро с абсолютно логичным названием «Университет». Сзади нас, с противоположной стороны ГЗ, находится главный вход, который выводит к фонтанам, смотровой площадке и Москве-реке. Еще есть боковые рабочие входы, мимо одного из которых по ходу экскурсии мы
Выйдя на улицу, Vera Semenova остановилась на ступенях:
– Добираются сюда студенты, которые не живут в ГЗ, пешком от метро или на автобусе. Вот здесь – она указала на остановку, – останавливается автобус № 661 – «Шестьсот шестьдесят первый». Его любящие сокращения студенты называют просто ШШП – «Ше-ше-пэ»…
– Ши-си-пе, си-ши-пе – тут же зашепелявили смугловатые неязыконосители.
Vera Semenova продолжала:
– Так, спускаемся со ступеней и налево… Останавливаемся… Вы можете начать внешний осмотр здания, а я буду рассказывать о нем. Итак, прежде всего стоит отметить, что история возведения этого здания связана с именем генерального секретаря коммунистической партии бывшего Советского Союза Иосифа Виссарионовича Сталина. Согласно его указанию был разработан план реконструкции Москвы, которая пережила Великую Отечественную войну 1941–1945 годов и готовилась отметить 800-летие. По этому плану предусматривалось возведение уникальных высотных сооружений. По своему исполнению они должны были следовать древним российским традициям возведения башен, кремлей, крепостей, колоколен, петербургского Адмиралтейства. Надо сказать, что при всем этом задумываемые высотные здания столицы в определенной степени рассматривались как архитектурный ответ США – родине небоскребов. Да, после II Мировой войны СССР начал соперничать с американцами по всем направлениям – как в военной области, так и в различных мирных областях.
Смугловатые конкурсанты понимающе переглянулись и согласно закивали:
– Competition… Competition…
Поддакнул и я:
– Competition… Competition…
А Vera Semenova рассказывала дальше:
– Строительству в Москве высотных зданий от 24 до 32 этажей было посвящено специальное решение правительства. Первые восемь проектов были признаны новаторскими и получили Сталинские премии. Согласно общему проекту высотная композиция должна была охватывать историческую часть города. Также ей следовало быть торжественной и многоярусной, отражать, как я уже говорила, традиции московского зодчества – его стиль и масштаб. Вокруг центра Москвы по Садовому кольцу, а также вблизи него, высотные здания должны были образовать архитектурную корону столицы. От Дворца Советов, согласно проекту, начиналась главная вертикальная ось ансамбля, горизонтальная – от Университета на Ленинских горах…
Самый маленький и, видимо, самый любопытный из смугловатых экскурсантов спросил in English of course:
– А дворец Советов это…?
Vera Semenova кивнула:
– Дворец Советов – это…, это очень отдельная и также очень интересная история. Постараюсь вам вкратце ее рассказать, тем более, что она тесно связана с историей Университета. Так вот, еще при жизни Владимира Ильича Ленина в 1922 году один из его соратников по коммунистической партии – Сергей Киров предложил вместо дворцов для царей, капиталистов и помещиков, оставшихся в прошлом, создать новый дворец для современных пролетариев и крестьян. И вот после смерти Ленина, когда по всей стране начали воздвигать памятники коммунистическому вождю, решили построить тот самый Дворец Советов и установить на нем – выше всех – самый большой монумент Владимиру Ильичу.
Место для супернебоскреба выбрали непростое. Дворец Советов задумали возвести там, где стояла старая святыня – крупнейшей в России православный Храм Христа Спасителя.
Строительство Дворца Советов было провозглашено ударной стройкой и проводилось в очень сложных условиях, так как в гигантский котлован постоянно просачивалась вода из протекающей поблизости Москвы-реки. Тем не менее строителям удалось заложить фундамент, который уходил в землю на глубину более 20 метров и опирался на известняковые скалы. Они должны были выдержать колоссальный вес Дворца Советов. Дальше фундамента, однако, продвинуться не удалось, стройка так и не была закончена. Началась Великая Отечественная война, и металлические конструкции Дворца Советов пошли на восстановление разрушенных мостов, а также на изготовление противотанковых ежей.
После смерти Сталина в 1953 году новое советское руководство, возглавляемое Никитой Хрущевым, отказалось от дорогих и помпезных проектов. На месте бывшего Храма Христа Спасителя, над фундаментом Дворца Советов был устроен открытый бассейн «Москва», работающий даже морозными московскими зимами. Ныне в нем искупаться невозможно, так как после распада Советского Союза Храм Христа Спасителя был восстановлен на своем прежнем историческом месте. Если вам интересно, можете совершить туда отдельную экскурсию…
Смугловатые экскурсанты переглянулись:
– Without fail… Without fail…
Ну и я тоже подал голос:
– Without fail…
Vera Semenova продолжала:
– Это то, что касается Дворца Советов… Работа же над другими семью высотными зданиями общего проекта оказалась вполне успешной. Стоит отметить, что согласно плану, все высотные здания проекта должны были быть величественными не только внешне, но и внутренне. Поэтому их отделывали дубовыми панелями. Пол выкладывали дубовым и ясеневым паркетом. Высокие потолки украшала лепнина. Везде были лифты. Прямо на кухнях имелся мусоропровод. Под домами предусматривались подземные гаражи и бомбоубежища.
Первая построенная высотка – это жилой дом у Красных Ворот. Его строили как ведомственное здание министерства путей сообщения, которое находилось поблизости в знаменитом доме-паровозе.
Вторая высотка – это здание на Смоленской площади, построенное для Наркоминдела (МИД). И на первом, и на втором доме, согласно проекту, не должно было быть шпилей, но когда оба здания были уже почти готовы, мимо проехал товарищ Сталин. Посмотрел так, посмотрел и распорядился соорудить на высотках шпили. Вот, любил генсек башни со шпилями, любил.
Третья высотка – гостиница «Украина» у метро «Киевская». Четвертая – жилой дом на Котельнической набережной. Пятая – жилой дом на Кудринской площади. Шестая – гостиница «Ленинградская» у метро «Комсомольская». Ну, а седьмая – это как раз наше главное здание МГУ на Ленинских горах. Студенты, кстати, по обыкновению сократили их в свое время до просто Ленгор…
«Седьмая высотка», подумалось мне. Я вспомнил геметрическую лекцию Жанны: седьмая, значит, «Заин»… Хотелось спросить Vera Semenova, что она думает по этому поводу, но перебить не решился. Экскурсовод рассказывала дальше: