Х 2

Бо Вова

— Эфирный щит, — произнес Восьмерка. — Мощный какой-то. Ты же практически состоишь из эфира.

— Да чтоб меня со стены обоссали.

Ну да, я ведь частично Иной. А человечество все последние годы училось убивать иных. И эфирный щит тоже может быть оружием.

Снова скрежет металла, опять пулеметная очередь дырявит стены и оборудование. Элиот прячет мелкую за остатками дымящегося анализатора. Тот уже давно перестал искрить. Больше нечему.

Надо

как-то разруливать ситуацию. Я махнул рукой старику, чтобы тот не высовывался. Сам же оттолкнулся от стены, падая на спину. Сделал три выстрела прямо в стену, целясь примерно в то место, откуда велся пулеметный огонь.

Заряды оставили в стене дыры с обожжёнными краями, но из дальнего помещения я расслышал лишь шипение. Аккумулятор, который похож на барабан, мерцал красным, а рука уже начала ощутимо ныть.

Как же он медленно заряжается. Надо будет разобраться с этим, у меня же эфира, хоть обливайся.

Делаю перекат и рывок в сторону. Место, где я лежал, поливает градом свинца. При таком вооружении сторон, стены становятся скорее визуальной помехой, нежели укрытием.

В этот раз я двигался не в сторону противника, а в соседнее помещение, где лежали личные вещи химер, а еще был пробит выход в туннели. Эту дверь я уже капитально снес с петель и сразу сместился в сторону.

На сдвоенную автоматную очередь броня огрызается звоном рикошетов. Солдаты были уже внутри, видимо пришли из дыры. Значит и вправду в кольце.

Так получилось, что пролом в туннели был справа от дверного проема, а я ушел влево. Меня и двух солдат разделяло порядка десяти метров. Щелчок пистолета, но индикатор все еще мигает красным.

Меня обстреливали с двух сторон, так еще и ублюдок с пулеметом развернулся, вновь прошивая стену. Сделал первое, что пришло в голову.

Пинаю небольшой железный ящик, что валялся на полу. Одного из солдат сносит к стене. Индикатор мигнул желтым и я отправляю заряд в рожу второго. Вспыхивает бледная пленка эфирного купола, но она не спасет.

Противника отбрасывает на спину, а на мгновение становится тихо. Пока пулеметчик перезаряжается, я спешно соображаю, что делать дальше.

Двое солдат пришли со стороны туннеля, а должно быть три по всем правилам. И щиты у них стандартные, так что выстрел лишь ослабят. Вряд ли убью с одного попадания, даже я в свое время не сдох от такого. Так у этих еще и полимерная броня.

Из туннеля показывается голова третьего и тот сразу же улетает куда-то в темноту, получив заряд эфира в забрало. Знал же, что он там есть. Но скоро прибудет подкрепление.

Из-за того, что я вынес дверь, образовался сквозняк. Сейчас слезоточивый газ медленно втягивался в комнату, так что видимость была приемлемой.

Я дождался желтого индикатора и выглянул в проем. Да чтоб меня со стены обоссали. Я смотрел на двухметровую махину из стали, скрытую голубоватой завесой купола. Сраный экзоскелет с ленточным пулеметом под левой

рукой.

Мой выстрел с шипением растекся по куполу эфирного щита, не причинив никакого вреда. Такими темпами я буду долго его пробивать. А со стороны лестницы были еще солдаты. Когда все стало так паршиво, а?

Щелчок, тяжелые шаги, скрип металла. Экз идет сюда сам. С его-то калибром и щитами я бы тоже себя не боялся. Огляделся вокруг в поисках хоть чего-то похожего на оружие, только вот откуда бы ему тут взяться?

Можно было рвануть в дыру в стене. Вряд ли такую махину смогли бы туда спустить, а значит встречу только солдат инквизиции. Только вот мелкая. Да и Элиот. А еще там рюкзак с оставшимися резервуарами.

Взрывать эфир посреди подвала — чистое самоубийство. Думай, восьмерка.

— Сам думай, — ответил Восьмерка.

— Да закройся ты.

— Помянем же душу внезапно и в мучениях усопшего, — раздался голос слева. — Да не остынет под его задницей адская сковорода.

Черный стоял в углу, облачившись в робу церковника. Левой лапой прижимал к груди книгу из человеческой кожи. У книги был рот и она явно пыталась вырваться. Другой рукой Черный осенял меня святым знаменем.

— От вас помощи… — прорычал я.

— Если ты решил разворошить муравейник, — произнес Восьмерка, глядя в потолок. — То станешь ли тыкать в него пальцем?

А ведь это мысль. Я огляделся вокруг и бросился к стене, где под потолком проходили вереницы труб. Схватился за ближайшую и вырвал одну из них. Вышел огрызок в пару метров.

Шаги приближались, а я спешно мял край трубы, превращая его в подобие наконечника.

— На ваших глазах, дорогие телезрители, жалкая восьмерка изобрела первое орудие труда, — вещал Черный. — так мы можем наблюдать формирование зачатков интеллекта.

Экз показался в проеме как раз вовремя. Он уже начал разворачиваться в мою сторону. Зеркальное забрало показало мне расплывчатого монстра с красными прожилками. Труба пробила шлем и голову ублюдка, выйдя с другой стороны окровавленным острием.

Сервоприводы жужжали, пытаясь завершить разворот, но руки солдата безвольно упали. С той стороны послышался шум, а я дернул арматуру на себя, позволяя груде металла обрушиться на пол.

Полыхнула и исчезла голубоватая сфера щита, а я уже влетел в общий зал, где должны были находиться остальные солдаты. Но вместо них я увидел монстра, покрытого зеленой чешуей.

Тело Элиота покрылось ярким желтоватым орнаментом. Мышцы бугрились под плотной кожей, а из пасти валил зеленоватый дым. Подзарядка эфира явно пошла старику на пользу. Его боевая ипостась словно помолодела лет на десять.