Х...евая книга

Никонов Александр Петрович

– Микки, ты сам говорил, что если б ты влил в себя бутылку коньяка, ты бы ее выебал,– почему-то повторил Адам.

– Да. Даже триста грамм хватило бы,– опять подтвердил для истории Микоян. – Даже не бутылку, а триста грамм.

– Что будем есть с картошкой, блядь, сельдь или хек?– спросил я, поигрывая двумя консервами (как щас помню). – Адам!

– Чего?.. Будем есть, блядь...Сельдь -

на хуй! Вот это еще, блядь...Вот это...Хек... А может, не будем открывать? У нас шпроты есть вот.

– Дак ведь картошки-то у нас еще до ебени попки!

– Н-да?.. Нет, в течении месяца я бы раза три напился бы и выебал. Я не сомневаюсь.

– Знаешь,– вдруг поделился Бен воспоминаниями о Танюше. – Когда я стоял на эскалаторе с ней, мне тоже захотелось ее выебать... Дай соль.

– Мне трех дней бы хватило,– продолжал мечтать о прошлом Адам. – Она, кстати, ночевать от вас к себе с неохотой уходила?

– Да, похоже,– задумался Микоян.

– Хуй ее знает, проститутку,– бормотнул я.

– С кем она там жила?

– Хуй ее знает... С какими-то бабами.

– Она с этой жила... С КВПД.

– Что такое КВПД?

– Аббревиатура. "Которая Всем Пизды Дала".

...Была там на веранде маленькая бабская драчка...

– Ебаный в рот...

– Блядь...

– На хуй...

– Шпроты ложкой трудно хуярить.

– Бен, сделай вилки с кухни...

– Куда смотрел Мика, куда смотрел Шеф, я не знаю,– не унимался Адам. – Ходили на дискотеку баб снимать, а под боком, блядь...

– А я помню,– поделился Микоян, – она даже предлагала, чтоб мы ее сняли вместо тетки.

– Кто?!!

– Половцева.

– А что она говорила?

– Ну, мол,чего вы на разные там дискотеки ходите, дескать, снимите меня вместо тетки. А мы говорим: иди ты на хуй отсюда, извиняюсь за выражение.

Адам засмеялся. Его смех предназначался Бену и означал: ну и олухи же Шеф с Микояном!

– Ёлки зеленые!– изумился Бен. – Блядь, вы не джентельмены!

– Да, не выебали бабу.

– Это очень редко бывает, чтоб женщина просила, чтоб ее сняли,– сказал Адам - жизневед и мудолюб.

–

Как в песне поется: если женщина просит...

– Это если женщина просит,– не сдавался Микоян. – А если Половцева просит?..

Адам вновь засмеялся. Его смех означал: да какая разница!

– Эх, Микки, если бы ты ее выебал!..

– Какой еврей нож спрятал?!

– Да вот он.

– Это ты, Бен, небось, спрятал его от меня.

– Ах ты, еб твою мать. На хуй мне твой нож нужен... "На улице Марата я счастлив был когда-то..."

– Я, блядь, про Марата ебаного доклад, блядь, в школе делал, как его тетка зарезала, на хуй.– вспомнил я.

– Шарлотта Корде,– блеснул эрудицией Микоян.

– А он и так больной был, Марат, он бы так и так умер,– вдруг сказал Бен.

– Ты считаешь, что и хуй с ним?

– С Маратом?

– С хуятом...

– Твои ебаные шпроты... можешь сунуть их в пизду... кончились.

– Тут пизду еще найти надо!– засмеялся Адам.

– А вообще, мужики, Татьяну здесь можно было бы держать.– сказал Бен. – Она бы нам готовила обеды. Мы бы ее ебали бы.

– Микки, у меня к тебе вопрос: ты лично - пиздатый чувак? Вот лично ты?

– Да я ли не пиздатый чувак?!!

– Тогда передай хлеба.

– Помню, Половцева нам там рубашки гладила, чтоб мы на дискотеку ходили.

– "На улице Марата..."

– Муха... хвать тебя за ухо.

– Птичка - хвать тебя за яичко... Как! Уже шпротов нет?!!– опомнился Микоян.

Все довольно заржали.

– Мика! В кругу друзей еблом не щёлкай!

– ...Вон почту несут,– выглянул в окно Бен.

– Тока тебе хуй дадут ее,– объяснил я местные правила.

– У меня есть предложение: пойти все-таки, любых баб снять,– это, конечно, Адам.
– Ужраться в жопу...

– Куда?

– В жопу ужраться. И повеселиться немного.

– Посифилиться...

– Ну как вам мой план?

– Сраный план, хуевый. Ебаный кракатук.

– ...А я срать захотел.