Халявинг.exe
Шрифт:
– Bay, – подала голос Моника. – Отлично. Но почему в ноздрю?
Моника моделировала свою речь в стиле Девчонка из Переулка, пользуясь словарем сленга двадцатого века. Они парили в восходящих потоках теплого воздуха над утесами в северной части Санта-Круза, все трое в режиме пеликана, переговариваясь пронзительным писком, быстрыми скрежещущими пакетами закодированной информации, которые молди использовали для общения между собой. Со стороны трое молди напоминали обычных крупных птиц, перекликающихся над бурным в этом день морем, покрытым белыми барашками волн – при этом друг для друга их речь звучала
– Одно из самых слабых мест в черепной коробке созданий из плоти – это верхняя часть носовой пазухи, – объяснила старушка Андреа. – По соседству с орбитой глазного яблока. Именно там проще всего проникнуть щупальцем внутрь черепа. Далее у вас открывается полный доступ к мозгу. После чего остается только установить человеку мыслительный колпачок.
– Черт! Управление мозгом! – воскликнул Кслотл.
– Ваш мыслительный колпачок в черепе создания из плоти будет словно ядро ореха в пустой кожуре, – ответила Андреа, каркая и сильно хлопая крыльями. – Колпачок действует словно порт ввода-вывода или внутренний ювви. После того как вы установите сырному шарику мыслительный колпачок, он становится вашим периферийным манипулятором.
– Это по-настоящему круто, – взволнованно сказала Моника. – Чтоб я сдохла. А если я не придушу его как надо?
Только я начну это: «А где ваша слабая точка?» – как он очухается. Ну, не знаю. И как прикажете мне разобраться, в какую именно часть его мозгов нужно ставить мыслительный колпачок?
– Приблизьтесь, дети, – взмахнула крылами Андреа. – Я скачаю вам свою копию полной спецификации человеческого интерфейса. Установите физический контакт со мной для прямой передачи.
Три парящих в небе пеликана на мгновение соприкоснулись крыльями, в течение которых Андреа передала каждому младшему молди терабайты информации. Благодаря проводящим полимерам, покрывающим пластиковые ткани молди, они обладали способностью общаться между собой не только звуками, но также и электромагнитными волнами.
– И ты, Андреа, на самом деле пробовала это? – воскликнула Моника, усвоив и сохранив информацию. – Только скажи мне правду.
– Да. В жизни я поставила мыслительные колпачки двум сырным шарикам, – ответила Андреа. – Я имею в виду Спайка Кимбалла и Абдула Квайума – о которых я не раз вам рассказывала. Став моими слугами, эти двое мужчин оставили свои семьи и свои прежние жизни. Все их состояния и средства, вырученные от распродажи собственности, перешли мне.
Используя полученные средства, я смогла пройти курс омоложения и приобрести достаточно имиполекса, чтобы произвести на свет Ксананну и тебя, Моника.
Спайк Кимбалл был мускулистый мормон-миссионер, три года назад опрометчиво предложивший Андреа заняться сексом. Абдул Квайум, араб, программист ковров, рьяный исламист, обратился к Андреа с тем же предложением за три года до мормона. Будь у них на каплю побольше ума, они, вместо того чтобы пытаться заняться с Андреа сексом, немедленно сожгли бы ее, облив крепким алкоголем.
– И что ты сделала с материалом, после того как выкачала из них все досуха? – спросил Кслотл. – Приказала им застрелиться? Посоветовала подняться на крышу небоскреба и броситься головой вниз, чтобы наверняка раскроить себе череп?
– Прямое управление поведением сырных шариков не Должно
– О да, – воскликнули вместе Моника и Кслотл.
– Я приказала им ночью отплыть в открытый океан на милю от берега и там плыть дальше и дальше до тех пор, пока от переохлаждения они не пошли ко дну. Как только мозг объекта умер, я приказала моему мыслительному колпачку выбраться наружу через нос и в виде рыбы приплыть ко мне к берегу. Сама я ждала его в это время на берегу.
– Ого, вот это жестоко, – сказала Моника.
– Среди созданий плоти есть много таких, кто относится к нам не менее жестоко, – продолжила тогда Андреа. – И вспомни, дорогая Моника, именно таким путем я смогла приобрести достаточно средств для того, чтобы дать начало твоему существованию и существованию Ксананна. Неужели ты откажешь своей матери в возможности омолодить свое тело?
Ткани, из которых состоят наши тела, высоко ценятся среди молди. Я не сомневаюсь, что вы предпочтете принести в жертву создание плоти, вместо того чтобы убивать и грабить себе подобных молди. Как я слышала, именно так добывают себе материал для тела безумные лунные молди. Вы же не хотите быть похожими на молди-лунян?
Вот почему, когда этот сырный шарик, имеющий вид законченной деревенщины, стал делать Монике знаки из-за стеклянной двери номера 3D, Моника немедленно начала анализировать возможность установить этому оболтусу мыслительный колпачок – проделывая это с быстротой молнии, со скоростью быстрее скорости света. Должна ли она это делать? Сможет ли она это сделать? Посмеет ли она?
Именно в этот момент в голове Моники раздался голос Кслотла:
– Время обеда, детка. Встретимся на пляже?
В баре «Лос-Транкос» предпочитали, чтобы Кслотл уходил на обед с полудня до часа дня, чтобы его присутствие не отпугивало желающих пообедать в это время. В принципе Кслотл умел герметично закупоривать свои поры, исключая на время все запахи, исходящие от имиполексового тела, однако человеческое предубеждение иногда было лишено всякой логики. Таким образом, было решено, что Кслотлу не стоило находиться поблизости от места, где одновременно обедало много людей.
– Заметано, – мысленно ответила Моника. – Тут есть кое-что, что я хотела бы обсудить с тобой лично.
Ввиду чрезвычайной плотности и перемешанное™ электромагнитных сигналов связи, в чем-либо, касающемся планов убийства, нельзя было полагаться на ювви.
Игриво помахав сырному шарику, застывшему за залепленным красными и зелеными прозрачными стикерами стеклом раздвижной двери, Моника плавно устремилась вниз по лестнице к выходу из мотеля на Бич-стрит.
Мимо проехал молди-автобус, полный туристов, за ним следом проскакали несколько молди-рикш, занимающихся частным извозом людей. Лавируя между рикшами и кидая приветствия знакомым, Моника вскоре добралась до пляжа.