Харшини

Фаллон Дженнифер

— Почему? — тихо отозвалась Р'шейл, не спуская глаз с жениха и невесты, будто они могли как-то ухитриться и избежать своей судьбы, если она отвернется.

— Эта свадьба ничего не значит, пока ты не попадешь в Гринхарбор и не убедишь Верховного Арриона в законности медалонской церемонии, — объяснил он.

— Главу Лиги чародеев?

— Верховный Аррион — единокровная сестра Дамиана.

— Ее это не слишком-то обрадует, правда?

— Даже если не брать в расчет, что она беспокоится о нем, как о своем брате или наследнике Высочайшего

Принца, он все равно рискует очень многим.

— Но согласись, Брэк, это лучшее из того, что возможно. Свадьба установит мир между Хитрией и Фардоннией. Ничем другим мы бы этого не добились.

Брэк оставался при своем мнении.

— Все еще сто раз может пойти вкривь и вкось, Р'шейл.

— Нет, все пойдет как надо.

Он посмотрел на нее.

— Я говорю, все пойдет как надо!

— Я поражен тем, что Зигарнальд позволил тебе это.

— Бог войны торжественно обещал мне, что не будет вмешиваться. Кроме того, он будет думать, что появился хороший повод для войны.

— Это потому, что это действительно хороший повод для войны, Р'шейл, — отметил Брэк.

— Только на первый взгляд.

Брэк лишь покачал головой, глядя на ее безрассудное упрямство, и переключил свое внимание на церемонию. Она уже почти закончилась. Денджон призывал богов благословить союз: Кальяну — благословить любовью, Желанну — благословить детьми. Его голос звучал не очень уверенно, но на упоминании богов, хотя бы нескольких, настояла Р'шейл. Лично она не считала, что это имеет большое значение, но Дамиан и Адрина были язычниками, и значение здесь имело только то, во что верили они. Один из них или они оба могут попытаться отказаться от этого союза, если оставить им хоть одну лазейку.

Под жидкие аплодисменты собравшихся защитников и хитрианцев Денджон объявил союз вступившим в силу. Новобрачные, повернувшись к толпе, улыбались с лицемерной непринужденностью актеров, с детства привыкших работать на публику. Они спустились с холма и двинулись в сторону Р'шейл и Брэка. Р'шейл вздрогнула, и вовсе не от холода.

— Насколько же сильна Лига чародеев?

— В смысле политики или магии?

— Меня интересует и то и другое.

— Магия, которой они владеют, тебя не должна тревожить. Они пытаются достучаться до тех же сил, что и мы, но добиваются этого годами учебы, а не благодаря врожденным способностям. Все делается заклинаниями и чарами и при небольшом участии богов. А вот политически они представляют одну из главных сил Хитрии.

— И если Верховный Аррион публично одобрит этот союз, военлорды признают его?

— Они не станут открыто протестовать, но на их одобрение тоже рассчитывать не стоит.

— Значит, нужно, чтобы Лига чародеев была на нашей стороне.

— Несомненно.

Р'шейл кивнула, уже занятая мыслями о том, как привлечь Верховного Арриона на свою сторону. И еще короля Фардоннии. Брэк мог бы столковаться с ним. На самом деле она подозревала, что ему это придется по нраву. У нее только что в глазах не рябило

от разнообразных возможностей, стоящих перед ней. Интриги были для нее как воздух — одно из неизбежных следствий того, что ты выросла среди сестер Клинка.

— Ну вот, все и готово, — раздался голос Дамиана, подошедшего к ним вместе с Адриной.

— Не правда ли, он настоящий романтик? — пожаловалась Адрина. — Мы так здесь и будем стоять до посинения? Я замерзла. Я мерзну каждый раз, как выхожу замуж.

— Нам надо возвращаться в лагерь. Денджон приказал поварам приготовить для вас свадебный пир.

— Полагаю, эту пищу мне не приходилось есть ни разу в жизни, — пробурчала Адрина.

— Ты ведь не собираешься успокоиться, не так ли? — поинтересовалась Р'шейл.

Принцесса неохотно уступила.

— Хорошо, я приложу все усилия, чтобы оценить по заслугам хлопоты хозяев.

— Полагаю, что этого тебе точно не приходилось делать ни разу в жизни, — вкрадчиво заметил Дамиан.

«Военлорд получает удовольствие от опасностей», — отметила Р'шейл, поймав взгляд, брошенный на него Адриной. Она извинилась перед невестой и женихом и оставила их на Брэка, а сама ускользнула, чтобы поговорить с Денджоном.

— Спасибо, капитан.

— Мне кажется, Р'шейл, сегодня я нарушил все законы, какие мог. Ты уверена, что это было необходимо?

— Несомненно. Теперь Хитрия и Фардонния не ударят нам в спину, пока мы будем разбираться с кариенцами.

— Хотелось бы, чтобы ты была права. Я-то не уверен, что женитьба хитрианского военлорда на фардоннке сильно поможет Медалону. Особенно такого военлорда, который последние десять лет промышлял в основном кражей коров на пастбищах на нашей границе.

— Теперь этот военлорд на нашей стороне, Денджон.

— Приходится поверить тебе на слово. В общем-то, он кажется достаточно благоразумным.

Она улыбнулась, прикидывая, как бы Дамиан отнесся к такому сомнительному комплименту.

— Не бойся. В конце концов все выйдет как надо.

— Надеюсь, что ты права, дитя демона.

Времени на то, чтобы выбранить капитана за употребление ненавистного имени, у Р'шейл уже не было. Ее отвлекло волнение, поднявшееся с приближением защитника, бегущего прямо к ним от линии шатров и выкрикивающего ее имя.

— Что случилось? — требовательно спросила она, когда защитник, наконец, пробился к ней через толпу гостей.

— Тарджа, — выпалил молодой человек. — Он проснулся.

Р'шейл первой влетела в лазаретный шатер. Сметая всех на своем пути, она подлетела к соломенному тюфяку, на котором в дальнем углу шатра лежал Тарджа, пытаясь освободиться от стянувших его веревок.

— Тарджа?

Он повернулся на звук голоса, но, похоже, не узнал ее. Тарджа уже не был мертвенно-бледен, он выглядел так, словно внутри у него бушевала битва. Темные волосы свалялись, лоб в каплях испарины. Грубые серые армейские одеяла, которыми его накрыли, превратились в спутанный комок.