Hell Cat

Савченко Максим

— Обещаю, больно не будет, Влад Ленин, кажись? — сказал Люцифер Гурьянову.

Полковник сидел молча. Но по всей видимости, он не был достаточно напуган, поэтому Люцифер продолжил: — Так же меня называют у вас чертом.

Торговец секретами открыл рот и побелел.

— Откройте для меня проход, уважаемый Костя!

Котя потянулся к перу, Люцифер благородно предоставил тому свою руку. Обычная кровь. Перо вывело “Зло ”

Полковника подцепили пальцем за чалпан и повели к двери, Котя ее открыл.

Если бы здесь

была ведьма Маша, и если бы она посмотрела сквозь дверь ведьминым зрением, то она увидела бы массы темных человеческих смыслов, таких как: зависть, похоть, нетерпение, жажда наживы, месть, слабость и лень. И этот список был бы бесконечен. Она могла бы заметить растворяющихся в этой массе магии человеческих и не только тел. Здесь были собаки, кусавшие людей, здесь были лошади, убившие наездника, быки, задравшие тореадора, коты, стянувшие плохо лежавший окорочок.

Вот такое-вот оно, зло. Человечное, многогранное и несправедливое. Не всем повезло быть утопленным котенком, абортированным плодом или блаженным идиотом с синдромом лишней хромосомы. Украл в столовой в детстве лишний кусочек хлеба? Вор! Добро пожаловать!

Но Котя и Гурьянов видели лишь лаву с едким дымом, в которой горели чьи-то шевелящиеся останки.

Полковник попятился. Он плакал и стенал.

— Костя, вы не могли бы завершить начатое? — Люцифер обратился к Коте и показал на Гурьянова с дырой в спине.

— Что-то не очень горю желанием, — ответил тот.

— Право же! А чего вы добивались, делая приписку в вашей записке? — Люцифер впился взглядом в Котю, наслаждаясь, как до того доходит, что его шалости не остались незамеченными. — Не это ли конечная цель — возмездие?

Люцифер тихо смеялся, подрагивая крыльями.

— Не позорьтесь, Костя, ничего не отвечайте. Но вы все-таки обязаны завершить начатое. Чтобы в следующий раз вы имели причину хорошенько задуматься над последствиями ваши будущих поступков.

— Ну! — Люцифер рявкнул так, что на го лице зашевелились прожилки цвета горящей лавы, а глаза стали двумя черными дырами, какими и должны быть сингулярности абсолютного зла.

Гурьянов упал в ноги Коте, плакал и умолял. Сатана ухмылялся и давал понять, что у Коти нет никаких вариантов, кроме как завершить дело.

Привратник был достаточно силен, чтобы поднять за шиворот взрослого мужчину.

— Я прошу прощения. Хотя вы меня и не простите. — начал Котя.

— Да он теперь вечность будет вас проклинать, Костя. Заканчивайте цирк. — продолжал получать кайф от происходящего Люцифер.

В Коте назревал нервный срыв. Одно дело писать доносы, пусть и справедливые. Он даже был готов сразиться на мечах. Но вот так обречь на муки вечные… Нет, он не мог так поступить.

Резкая подсечка, мужик с крыльями попытался выставить вперед руки, Котя быстро схватил его за крылья, и, как курицу с сильным толчком отправил того в портал вместо Гурьянова.

— Будто бы

вреда не причинил на своей территории, как говорится.

Полковник был полностью растерян. Он только что ожил, познакомился с Люцифером и чуть не упал в лаву, где сразу бы не сгорел, а мучился, растворяясь в ней невесть сколько.

Котя вывел нелепого полковника в коридор, открыл дверь и вытолкал взашей.

— Что теперь будет со мной? — спросил тот.

— Да откуда мне знать, я даже не знаю, что теперь будет со мной. — сказал Котя и захлопнул дверь.

— Да ничего не будет, — Котя обернулся и увидел Гавриила, — он, как у вас говорят, брал тебя на понт.

— Странные у вас развлечения, — печально подметил Котя, — и вы с ним странные.

— Поживешь с наше — и не так раскорячишься. — Люцци печально ухмыльнулся. — Котя, ты чего задумал? — спросил он.

— Вы о чем сейчас?

— Я о твоей затее с записками. Нет, ты ничего не подумай, просто обычно привратники развлекаются, живут на полную, с барышнями имеют частый и регулярный успех. А ты вот задумал что-то.

Гавриил прошелся к бару, открыл замысловатую бутылку и отпил с горла.

— Ты бы мог напиваться, и ничего твоему здоровью не сделалось.

Он прошелся по залу и посмотрел на ковер.

— Мусорим? — спросил он ехидно.

— Да вы издеваетесь! — бросил ему Котя, — Уже несмешно.

— Пожалуй. — Гавриил смотрел на ковер, на том исчезали пятна.

— А вот за это спасибо. — сказал Котя.

— А я тут не при чем, здесь все примет изначальный вид, — повел рукой Гавриил, — тебе не показалось страннм, что зубровка все еще полна?

— Ясно. Так вы меня пришли пугать или уму-разуму учить? Предостеречь хотите?

— Упаси госп… упаси тебя, я же правду говорю: чистое любопытство.

Он немного призадумался.

— А знаешь что, — сказал Гавриил, — я тебе даже помогу! — в его глазах проскочило адское пламя азарта, — Я знаю где то, что тебе нужно!

— И что же мне нужно? — едко спросил Котя.

— Ты хочешь перемещаться между мирами, я это точно знаю.

— Ну допустим!

Гавриил приблизился и всмотрелся в Котино лицо.

— Как же это любопытно, куда же это нас заведет, ну да ладно, Святослава я беру на себя, поверь, он согласится, особенно после твоей выходки!

Гавриил искренне смеялся и тыкал пальцем в Котю.

— Он… даже… — выдавливал сквозь смех Гавриил, — не ожидал. А ты его… Умора, представляю его харю, перекошенную от неожиданности. — он немного пришел в себя, — Еще никто такого не выкидывал. Говорю тебе, он точно согласится. Открой-ка мне дверь! — и Гавриил протянул руку.

Когда Котя открыл портал, там был все тот же Ад с лавой и горящими в нем существами, никогда и не думавшими, что они обречены с самого рождения.

— Кольцо врат находится в логове тех, к кому стремятся попасть твои апостолы.