Хеллсинг: Моя земля
Шрифт:
— Вы меня что здесь, караулили?
Человек улыбнулся.
— Разумеется, мисс. Я бы мог, конечно, искать вас по всей базе, тратя немалое количество драгоценного времени, но логика подсказывала, что вы неизбежно придете именно сюда. Боюсь, однако, что я не представился — за что искренне прошу прощения. Меня зовут Уолтер К. Дорнс, дворецкий леди Интегры Хеллсинг, руководителя нашей организации. Впрочем, «Уолтер» будет вполне
Снова ересь какая-то. Не помню точно, какая у него была фамилия в оригинальном аниме, но точно не эта. Что-то более испаноязычное, что ли? Гомез? Донез? Нынешнее же имя звучало более… естественно, конечно, более по-английски, но оригиналу не соответствовало совершенно.
Еще одна загадка — откуда все эти отличия? Что за ними кроется?
— А уж мне как приятно, — сказала я слабым голосом.
— Анализы ваши я забрал, — Уолтер помахал тонким пластиковым листом. — Ничего особенного в них нет, все полностью соответствует тому, что говорил чуть ранее сэр А. Вам же сейчас надлежит отправиться в канцелярию, это на этаж выше, получить удостоверение, пропуск, направление в оружейную. Словом, стать на довольствие и превратиться, с бюрократической точки зрения, в полноправного члена нашей организации. А затем, если хотите, сходите в столовую и перекусите. Леди Интегра примет вас в шесть часов вечера.
«Сэр А?» Нет, правда? Но сказала я совсем другое.
— Я думала, вампиры никогда не едят, а только пьют… Пьют кровь.
Уолтер скупо улыбнулся.
— Не совсем так, мисс Виктория. Вампиры могут ничего не есть… довольно долгое время. Но большинство из них все же предпочитает старую добрую человеческую кухню. А кое-кто, позволю себе заметить, уже буквально жить без нее не может.
— Не уверена, что понимаю, о чем вы.
«Эй, а я уже вполне наловчилась ухватывать эти великосветские интонации. Еще полдня практики — и могу отправляться хоть в Букингемский дворец».
Уолтер слегка поклонился.
— Полагаю, вам лучше будет узнать все подробности у сэра А. Вне всякого сомнения, он сможет посвятить вас в детали вашего нынешнего состояния куда лучше, нежели ваш покорный слуга. И, мисс, пожалуйста, не забудьте — ровно в шесть у вас встреча с леди Хеллсинг.
***
О записи в стройные ряды организации и получении всевозможных справок и удостоверений рассказывать особенно нечего — бюрократия в любой стране утомительна. Хотя, надо признать, здесь все же старались, насколько возможно,
Словом, не прошло и двух часов, как у меня появился магнитный пропуск в большую часть помещений «Хеллсинга», стандартный армейский идентификационный жетон на цепочке, разрешение на ношение оружия (пистолета или револьвера) — то есть я официально была приравнена к госчиновникам или полицейским на службе Ее Величества — а также удостоверение, которое, по идее, должно решать большинство проблем с полицией и прочими лезущими не в свое дело службами.
К этому времени я уже проголодалась, и решила зайти приморить червячка в местную столовую. Вампиры или не вампиры, а — Уолтер был прав — кушать хочется всегда.
Людей в столовой было в этот час немного — обед прошел, а до ужина оставалось еще несколько часов. Отдельного меню для вампиров здесь, по всей видимости, не существовало, так что, ухватив поднос, я быстро расположила на нем суп из помидоров и базилика, рисовый плов, на сладкое — груши дольками в сиропе, овсяное печенье, чашку растворимого кофе со сливками, и сахар.
Стоявший рядом со мной парень с подносом иронически хмыкнул.
— Да ты, я вижу, только что из Африки, подруга. Там и правда так плохо кормят?
Меня ведь просили вливаться в коллектив?
— Как сказать, — изобразила я раздумья. — Если ведешь себя нормально, с едой проблем нет. А для всякого хамоватого отребья, конечно, ситуация складывается непростая. Ты вот, например, к кому себя относишь?
Парень отшатнулся было от неожиданности, но быстро взял себя в руки.
— Ты что-то слишком дерзкая, девочка. Не стоит грубить незнакомым людям, тебя разве не учили этому в том борделе, который ты считала средней школой?
Ух, как бодренько пошло, прямо как дома!
— Не путай свое детство с моим, — посоветовала я ему, мило улыбаясь. — Потому что меня учили прямо противоположному: без жалости бить всяких наглых зарывающихся хлыщей, пока они не поймут, в чем были неправы. Бить, в том числе, и ногами.
— Может, тогда и начнем? — поднос парня звякнул о подставки. Я отложила свой.
Первый удар я позорно пропустила. Спишите это на некоторую задумчивость, смятение чувств и, мягко говоря, непривычные ощущения в новом теле. Но все-таки позорно, да, удар был простой и незамысловатый — под колено.
— Пусть это станет тебе уроком на первое время, — нравоучительно сказал парень в майке. — Сперва неплохо было бы…