Хельсрич
Шрифт:
— Видишь? — ухмыльнулся Андрей. — Я всегда прав. В этом я лучше всех.
Несколько секунд жители Хельсрича не слышали ничего, кроме низкого, тяжёлого и угрожающего дыхания.
— Сыновья и дочери улья Хельсрич, — голос разнёсся по всему району порта, он был слишком низким и звучным, чтобы принадлежать человеку, приправленный ещё и небольшим потрескиванием вокс-передатчиков. — Взгляните на море. Море, из которого вы черпали богатства для города. Море, которое несёт теперь только смерть.
— Тридцать шесть
— Вы в долгу перед ними. Вы должны за все уже принесённые жертвы. Вы должны и за жертвы, которые принесут в ближайшие дни и ночи.
— Здесь и сейчас вам выпал шанс, который вы заслужили, шанс вернуть долг. Более того, вам выпал шанс покарать врагов за то, что они осмелились осадить ваш город, желая уничтожить ваши семьи и разрушить ваши дома.
— Наблюдайте за приливом тварей. Смотрите на всплывающую скрап-флотилию, что движется в порт с ордой завывающих зелёнокожих на борту. К концу недели, ни один из захватчиков не будет осквернять священный воздух этой планеты. Вы убьёте их. Вы спасёте город.
— Страх естественен. Он присущ человеку. Не стыдитесь сердце, которое бьётся слишком часто, или пальцев, которые дрожат, когда вы впервые держите в руках оружие. Позор лишь в трусости — готовности сбежать и бросить других умирать, когда всё зависит от ваших действий.
— Вас возглавляют лучшие ветераны Имперской гвардии из Стальных легионов — имперские штурмовики. Но не только они. Войска Хельсрича на подходе. Держитесь и сражайтесь, и вы увидите тысячи произведённых в городе танков, которые оставят от врагов только прах. Помощь придёт. А пока сражайтесь с честью. Стойте непоколебимо.
— Запомните эти слова, братья и сёстры. ”Когда придёт смерть, совершённое нами добро не будет значить ничего. Наши жизни судят по количеству уничтоженного нами зла”.
— Настал ваш судный день. Я знаю, что все вы чувствуете это в своих костях и крови.
— Я Гримальд из Чёрных Храмовников, и я клянусь вам всем. Доки никогда не падут, пока жив хоть один из нас. Солнце вновь взойдёт над непокорным городом, даже если мне придётся убить тысячу врагов в одиночку.
— Смотрите на чёрных рыцарей рядом с собой. Мы будем в самой гуще жестокой битвы, в самом сердце бури.
— Сражайтесь рядом с нами, и мы спасём вас.
Вновь опустилась тишина.
Магхерн вздохнул, напряжение покинуло докера вместе с превращающимся от холода в туман воздухом. Андрей отрегулировал затворную часть модифицированного лазерного ружья. Оружие загудело, от чего у Томаза начали ныть зубы.
— Решительная речь, а? Мало кто побежит теперь, я думаю.
Магхерн кивнул. Ответить он смог только через несколько секунд. — Что это за винтовка?
— Эта? — штурмовик закончил ритуал проверки и указал на толстые кабели, что протянулись от массивного приклада к гудящему металлическому силовому ранцу. — Мы зовём
— А это что?
— Это взрывчатка, — Андрей хлопнул по висевшему на поясе диску с детонатором размером с ладонь. — Её прилепляют к танкам, и они разлетаются на множество замечательных кусочков. У меня было много их, теперь лишь один. Когда я использую и его, то не останется больше ни одного, и будет грустно.
Магхерну захотелось спросить, действительно ли Андрей был штурмовиком. Он осторожно подбирал слова. — А ты не такой, как я ожидал.
— Такова жизнь, — ответил солдат и посмотрел в сторону, словно смутился. — Целая серия замечательных сюрпризов с плохим концом.
Штурмовик повернулся к отряду, и с усмешкой застегнул на подбородке ремешок шлема.
— Мои любезные новые друзья, скоро придёт время воевать. Поэтому, прекрасные дамы и возвышенные господа, если вы хотите остаться столь же прекрасными и возвышенными, то держите головы пониже, а лазганы повыше. Цельтесь всегда от щеки, смотря вдоль ствола. Не стреляйте от бедра — это лучший способ почувствовать себя превосходно и никуда не попасть. А, и кругом будет шумно и страшно, да? Будет много паники, я думаю. Всегда ждите секунду, прежде чем нажать на спусковой крючок, удостоверьтесь, что вы целитесь туда, куда целились раньше. Иначе вы можете подстрелить другого человека, что будет плохой новостью для вас, и очень плохой для него.
Группы докеров начали рассредоточиваться, занимать позиции в переулках между складами, за грудами ящиков, на углах зданий и на разных уровнях многоэтажных ангаров и бетонных строений, обращённых к морю.
— Пошли, пошли, — Андрей привёл отряд в тень грузового крана и приказал рассеяться и укрыться среди ближайших огромных металлических опорных колонн и грузовых контейнеров.
— Сэр? — окликнул его один из докеров.
— Меня зовут Андрей, и я это уже много раз говорил. Но да, в чём дело?
— Мой лазган заклинило. Я не могу вставить обратно энергетическую батарею.
Сидящий на корточках впереди отряда штурмовик преувеличенно сильно вздохнул и покачал головой. С надетым очками и расплывающейся по лицу детской ухмылкой, Андрей был похож на огромную довольную муху.
— Во-первых, стоит задуматься, зачем ты её вообще вытащил.
— Я просто…
— Да, да. Прояви уважение к духу машины оружия. Попроси его вежливо.
Докер смущённо посмотрел на лазган и запинаясь произнёс, — пожалуйста?
— Ха! Как почтительно. Теперь нажми переключатель на другой стороне. Это предохранитель и тебе нужно сдвинуть его, чтобы вставить обратно батарею.
Обойма выпала из дрожащих рук мужчины, но со второй попытки он вернул её на место. — Спасибо, сэр.
— Да, да, я герой. А теперь, мои храбрые друзья, скоро начнёт выть сирена. И это будет означать, что враг вошёл в зону поражения нашей артиллерии, которая, к сожалению, слишком малочисленна, чтобы я улыбался. Когда я скажу приготовиться, вы все присядете и начнёте высматривать огромных и уродливых зверюг для стрельбы.