Химеры 2
Шрифт:
– И шанс на которую ты знатно просвистел сегодня ночью.
– Ты смеешься надо мной, Нож?
– Киаран уже пожалел, что рассказал ему все.
Нож положил руку ему на плечо.
– Я горжусь тобой, мальчик.
– Он склонился ниже, заглядывая Киарану в глаза.
– Я безмерно рад, что Полночь не способна испоганить все, что в нее попадает и даже то, что в ней родилось. Потому что, Киаран, полуночные или не полуночные - мы все создания божии, и даже распоследний горгул способен отличить добро от зла, если захочет. Эту способность различать вложил в нас Создатель, а не
– Если бы, - вздохнул Киаран.
– Точно тебе говорю.
– Нож снова откинулся на спинку и поглядел в окно.
– Мы большие мастера оправдываться и объяснять себе наши дрянные мысли и поступки. Полночь - одно большое оправдание. “Ты же полуночный, у тебя нет выбора”! Есть выбор, мальчик, никакой Холодный Господин его у нас не отнимал. В глубине души каждый понимает, что дрянной поступок - это дрянной поступок, чем бы он ни был продиктован. Это просто дрянной поступок - и все.
Киаран помолчал.
– Тебе легко так говорить, - пробормотал он, наконец.
– Ты Нож, высший наймарэ, никто тебя не посмеет задеть. А мы с горгулом слабы, нам бы выжить…
– Однако ты не сожрал человека, который тебе помог, Киаран.
Слуа передернул плечами.
– Я не люблю сырого мяса.
Еще помолчали. Горбатая мостовая скатывалась вниз за задним стеклом. Машина карабкалась выше и выше. Киарана вдруг осенило:
– Нож, а ты ведь можешь сожрать герцога Эртао! И станешь, наверное, самым сильным в Полночи! Ну, после альмов.
– Точно, - удовлетворенно кивнул тот.
– А до того я мог сожрать своего племянника, короля Герейна. И померяться силами, например, с эль Янтаром. Вопрос - почему я так не делаю?
– Потому что дал обещание не вредить ни одному найлу?
– Герейну я никаких обещаний не давал. Кроме того, я - Нож, человек, и с меня за мои обещания спросят не сразу, а когда-нибудь, неизвестно еще, когда. Но я предпочитаю выполнять, что обещал и не делать то, что дурно. Почему-то.
Машина затормозила у большого серого здания с рустованным фасадом и стрельчатыми окнами. К нескольким высоким дверям вела облицованная гранитом терраса с десятком ступеней, выравнивающая крутой скат улицы. На бронзовой табличке значилось: “Управление королевских внутренних дел”.
Внутри было темновато и гулко. Охранники, глянув удостоверения, пропустили их беспрепятственно.
Нож уверенно провел Киарана на второй этаж, постучал в одну из множества дверей и, не дожидаясь ответа, распахнул створку.
– Капитан Комрак!
– весело заявил он поднявшемуся из-за стола офицеру.
– Герцог Астель передает под ваше командование новоиспеченного младшего лейтенанта, принца Неблагого Двора Киарана мааб Инсатьявля.
Человек посмотрел на Киарана, и лицо его вытянулось.
– Киаран, слушайся дядю и веди себя хорошо. Ты будешь помогать ему в расследовании. Капитан, надеюсь, вы воспитаете нам младшее поколение в присущем вам непримиримом северном духе! Ну, знакомьтесь пока, я принесу бумаги.
Нож, у котрого подозрительно поблескивали глаза, сделал пируэт и исчез за дверью. Человек некоторое время продолжал смотреть
– Сэн Анарен… пьян?
– спросил он нерешительно.
– Мне кажется, к нему просто вернулась радость жизни, - честно ответил Киаран.
– Может быть, Нож любит расследования? А что надо расследовать, кстати?
Капитан Комрак обошел вокруг навязанного помощника, оглядел его еще раз и вздохнул.
– Ты на найлерте читаешь… лейтенант?
– Я читаю на многих языках, - вежливо ответил Киаран.
– В Аркс Малеум огромная библиотека.
– Будешь заниматься делом о пропавших подростках. Тут явно завязана Полночь, может, тебе придет что-нибудь путное в голову. Герцог сказал, ты в повадках полуночных разбираешься.
– Герцог предупредил, что я буду вам помогать?
– Позвонил. Сказал, что пришлет мне помощника и консультанта, сведущего в Полночи. Но я не ожидал, что он сам будет полуночный. Ладно… Киаран. Вот твой стол, садись, устраивайся. Чаю хочешь? Эмм… - Комрак вдруг прикусил губу.- Этот… принц Лавенг сегодня на лекции читал, что с Полночью нельзя делиться. Это правда?
– Правда.
– Значит, и чаю тебе предложить нельзя?
– Можно. Я давал клятву о непричинении зла. Чтобы вам спокойнее было. Но я бы и без клятвы… не воспользовался.
– Хм. И Полночь не врет.
– Не врет, капитан Комрак.
– Ну, хорошо. Ладно. Может, сработаемся. Чаю я сейчас нам принесу.
Но только он открыл дверь, как в кабинет вошел Нож с большой охапкой папок и бумаг.
– Капитан, вы так предупредительны, благодарю вас.
– Он сгрузил папки на стол.
– Киаран, это тебе. Протоколы допросов, документы, материалы. Изучай.
– И вам спасибо, что бумаги принесли, сэн Анарен, - нахмурился Комрак.
– Но больше я не смею вас задерживать.
– Увы, - Нож уселся на столешницу, рядом с грудой бумаг.
– Вам придется меня задержать, дорогой капитан. Герцог направил вам помощника и консультанта. Так вот, Киаран - помощник, а я - я как раз консультант.
***
Семья Гваля жила в самом верхнем ярусе Химеры, там, где улицы имели сильный наклон, а дома начали строить еще в девятом веке. Узкие темные фасады с каменными основаниями теснились один около другого, прижимаясь впритык. Мощеные неровным булыжником улицы были так узки, что сюда невозможно было проехать на машине, а фуникулер останавливался в полукилометре от Гвалева дома, и приходилось подниматься пешком. Зелени в верхнем городе никакой не было, только плотно стиснутые островерхие дома с темными каминными трубами, булыжник и кованые желобы для стока дождевой воды.
В тесной, обшитой темным деревом, столовой царила непривычная пустота. Старшая сестра была на работе в госпитале, а Анайра…
– Ушла днем, сказала, что к подруге идет, но подруга ее так и видела, - горестно сказала мать.
Она сидела около стола, вся в черном, седая, подтянутая, с прямой спиной, и смотрела, как Гваль ест. Под глазами залегли глубокие тени, губы сжаты.
– Я собираюсь присягнуть герцогу Астелю, - сказал Гваль.
– Он обещал мне помощь и содействие в поисках.