Хищник
Шрифт:
– Могу я поговорить с доктором Уэсли?
Бентон до сих пор не мог привыкнуть, что его так называют. Он уже много лет носил звание доктора философии, но никогда не требовал, чтобы к нему так обращались.
– Я вас слушаю, – вздохнул он.
Люси сидела на кровати в гостевой комнате своей тетки. Вокруг было темно. Она слишком много выпила, чтобы сесть за руль. На дисплее «Трео», когда она пробежала джойстиком по меню, высветился номер с кодом 617. Алкоголь еще не выветрился у нее из головы.
Она
Мысли о Стиви не давали ей покоя. Эта девушка явно что-то знала! Она была в Новой Англии как раз в то время, когда там убили женщину, найденную у Уолденского озера. И эти странные отпечатки рук на них обеих. Стиви сказала, что нарисовала их не сама. Это сделал кто-то.
Кто?
Чуть поколебавшись, Люси нажала на кнопку соединения. Она должна проверить этот номер и убедиться, что он действительно принадлежит Стиви!
– Алло!
– Стиви?
Так, значит, номер ее.
– Ты меня помнишь?
– Как можно забыть тебя?
Ее низкий голос звучал по-прежнему соблазнительно, и Люси почувствовала, что опять теряет голову. Пришлось напомнить себе, зачем она звонит.
Отпечатки. Откуда они у нее? Кто их нарисовал?
– Вот уж не ожидала, что ты мне позвонишь, – проворковала Стиви.
– Ну вот, позвонила.
– А почему ты так тихо говоришь?
– Я не у себя дома.
– Вероятно, я не должна задавать лишних вопросов. Но уж очень трудно удержаться. С кем ты сейчас?
– Ни с кем. Ты все еще в Принес?
– Я уехала сразу же вслед за тобой. И никуда не заезжала. Сейчас я дома.
– В Гейнсвилле?
– А ты где?
– Я до сих пор не знаю твоей фамилии, – заметила Люси.
– А у кого ты, если не у себя? У тебя ведь свой собственный дом? Или я ошибаюсь?
– Ты на юг не собираешься?
– Я человек свободный. Езжу куда хочу. Ты сейчас в Бостоне?
– Я во Флориде. И очень хочу тебя видеть. Нам надо поговорить. Почему ты скрываешь свою фамилию? Может, мы уже пересекались.
– А о чем ты хочешь поговорить?
Стиви явно не хотела себя называть. Нет смысла просить ее об этом. Возможно, она вообще ничего не скажет, во всяком случае, по телефону…
– Давай встретимся, – предложила Люси.
– Да, так будет лучше.
Она сказала Стиви, что будет ждать ее на южном берегу завтра в десять вечера.
– Ты знаешь бар «Двойка»?
– Прекрасно, – кокетливо ответила Стиви. – Место довольно известное.
Глава 40
Круглое латунное основание гильзы сияло на экране, как маленькая луна.
Том, специалист по огнестрельному оружию, сидел в темной комнате в окружении компьютеров и микроскопов.
Он смотрел на увеличенное изображение царапин и вмятин, оставленных на двух гильзах металлическими частями ружья. Их рисунок полностью совпадал. Эти микроскопические подписи, как называл их Том, были практически идентичны.
– Конечно, пока я не сравню их под микроскопом, можно говорить лишь о возможном совпадении, – объяснял он по телефону доктору Уэсли. Легендарному Бентону Уэсли!
А про себя подумал, что тут и так все ясно.
– Но для этого из округа Бровард мне должны прислать вещдоки, что, к счастью, не является проблемой, – продолжал Том, подавляя ликование. – А пока могу сказать, что вряд ли это случайное совпадение. По моему мнению – подчеркиваю, это лишь предварительное заключение – эти два патрона были выпушены из одного ружья.
Он ждал реакции, чувствуя в душе необычайный подъем, словно он только что пропустил пару стаканчиков виски с лимонным соком. Обнаружить такое совпадение – все равно что выиграть в лотерею.
– А что вам известно о том голливудском деле? – невозмутимо спросил доктор Уэсли. Никакого намека на благодарность!
– Насколько я знаю, оно раскрыто, – оскорбленно поджал губы Том.
– Мне там не все понятно, – продолжал доктор Уэсли все в той же своей манере.
Неблагодарный высокомерный тип. Впрочем, что в том удивительного? Ни для кого не секрет, что ФБР, пользуясь своим влиянием, нещадно эксплуатирует местных следователей, относясь к ним с пренебрежением, а потом присваивает себе их успехи. Заносчивый козел. Не зря Траш перекинул на Тома этого пресловутого доктора. Сам-то не больно хочет иметь дело с фэбээровской братией.
– Это произошло два года назад, – начал Том отчужденно. Голос его звучат тускло и вяло. Как и всегда, когда бывало задето его самолюбие. Жена нередко пеняла ему на мягкотелость, сердясь, что в ответ на обиды он реагирует как пришибленный. – В Голливуде тогда ограбили ночной магазин, – продолжал Том, стараясь, чтобы голос его звучал равнодушно. – Туда ворвался парень в резиновой маске и застрелил мальчишку, подметавшего пол. Но продавец не растерялся и выстрелил в него из пистолета, который он держал под прилавком. Попал в голову.
– И они проверяли гильзу в NIBIN?
– Да, чтобы посмотреть, не замешан ли этот парень в маске в каком-нибудь нераскрытом преступлении…
– Мне не совсем ясно, что произошло с ружьем, после того как парень был убит? – нетерпеливо прервал его доктор Уэсли. – Вместо того чтобы находиться в полицейском управлении, оно вдруг всплывает в Массачусетсе, и опять в деле об убийстве.
– Я задал следователю округа Бровард тот же вопрос, – ответил Том, тщательно следя за своим голосом. – Он сказал, что после экспертизы ружье было передано в полицейское управление Голливуда.