Хищники

Горшков Валерий Сергеевич

– Ладно, потерплю, – шептал себе под нос Пень. – Есть ради чего. Если к тем пяти тысячам, что я уже получил, мне прибавят еще хотя бы штуку, то выходит, что за каждый час сидения в этом склепе мне полагается полтора косаря зелени. Это ж двадцать пять баксов в минуту! Как у банкира, мать его так… Ничего, то ли еще будет!.. – И очередной истлевший до самого фильтра окурок громко шипел, прикасаясь к набухавшим на ржавой решетке дождевым каплям.

Наконец Пень решил, что пора снова принимать лежачее положение. Он опять натянул на голову противную мокрую маску, взял лежавшую рядом винтовку и улегся лицом к окну.

Включив лазерный прицел, Пень припал к нему уставшим от напряжения глазом.

Смертоносное отверстие в стволе «ремингтона» было направлено точно на входные двери ночного клуба «Манхэттен». А из-за ближайшего поворота уже прорвался свет фар подъезжавшего к зданию клуба белого «линкольна». Это был лимузин одного из богатейших людей города на Неве, решившего устроить праздник по случаю рождения у него второго сына, одного из будущих наследников создаваемой Гаврюковым могущественной мафиозной империи. Вслед за припарковавшимся «линкольном» к ступенькам крыльца с периодичностью в три – пять минут стали подъезжать все новые и новые сверкающие иномарки.

Главный рэкетирский авторитет Питера также не спеша катил на черном «мерсе» по Каменноостровскому проспекту в сопровождении красного джипа «ниссан-патрол» в сторону ночного клуба. Янис Калбергс по кличке Бизон ехал на банкет к Николаю Гаврюкову в сопровождении красавицы Жанны – фотомодели, еще недавно покорившей своим роскошным телом всю Италию, – и двух человек охраны, один из которых до недавнего времени работал на могущественную государственную организацию, аббревиатуру которой многие советские граждане вообще боялись вслух произносить, и имел звание майора. Теперь бывший чекист командовал небольшой, но оснащенной по последнему слову техники армией, в чьи обязанности помимо всего прочего входила и охрана драгоценной фигуры одного из главных питерских «быков». Сегодняшняя поездка на банкет не предвещала никаких эксцессов, и экс-чекист Владимир Николаевич Слепчук спокойно потягивал «кока-колу», сидя на заднем сиденье джипа и наблюдая за вспыхивавшими впереди тормозными огнями хозяйского «мерседеса». За рулем «ниссана» сидел второй телохранитель, бывший старшина-десантник Тимур. Он тоже постоянно смотрел на «мерседес» и тихо бурчал себе под нос какую-то мелодию из репертуара группы «Браво».

– Ты не слышал новость? – вдруг спросил у Тимура отставной майор, подаваясь вперед и бросая на переднее сиденье пустую банку из-под «колы». – Насчет встречи хозяина и спеца?

Из всех приближенных к Бизону громил Владимир Николаевич доверял только одному человеку – Тимуру. В отличие от прочих мордоворотов, чье трудное детство прошло в грязных дворах-колодцах и состояло, как правило, из питья бормотухи, курения «травы», возни со шлюшками в подвалах и со штангой в спортивном зале, Тимур напоминал бывшему майору КГБ его самого в молодости – твердого, уверенного, честолюбивого и принципиального. Такому можно доверить свою жизнь без страха, что тебя заложат из-за какой-нибудь сиюминутной выгоды. Тимур был правой рукой Владимира Николаевича, и бывший чекист мог вести с ним самые сокровенные разговоры.

– Какую новость? – Тимур посмотрел в зеркало заднего вида и встретился глазами с шефом. – Нет, не слышал. Что-то серьезное?

– Думаю, да, – кивнул майор и нахмурился. – Ты же знаешь, как я привык работать и какую должность занимал. В общем, ради безопасности самого же хозяина я подсадил в его машину и мобильный телефон, и подслушивающие «жучки».

– И что? – Тимур заметно оживился, заерзав на кожаном сиденье. – Проблемы?

– Даже не знаю, – покачал головой Владимир Николаевич. – Ты в курсе, кто взорвал Пегаса на Лисьем Носе? На яхте…

– Поговаривают, будто это дело рук Ворона. Того самого…

– Вот именно! – перебил начальник охраны, щелкая пальцами. – Несколько дней

назад Янис встретился с человеком, при упоминании имени которого кое-кого из серьезных людей бросает в дрожь. Механик. Улавливаешь, для чего?

– Механик?! – почти шепотом произнес Тимур. – Он же убийца, киллер…

Владимир Николаевич замолчал, достал из пачки сигарету, щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся.

– Я слушал все их разговоры. Хозяин заплатил Механику четыреста пятьдесят тысяч баксов за голову Ворона. Улавливаешь, чем пахнет?..

– Так, в общих чертах, – не нашелся с ответом Тимур. – Разве что…

– Разве что Механик спалится, и тогда Ворон попробует убрать нашего босса, – ледяным тоном произнес майор. – Именно этого я и опасаюсь.

– Насколько я про него слышал, такие люди не из тех, кто спаливается, – парировал Тимур. – Скорее всего, скоро мы узнаем, что Ворон уже мертв.

– Как знать, старшина, как знать! – экс-майор Слепчук стряхнул пепел в пустую пачку и задумчиво посмотрел в окно. – Ворон тоже не из тех сопливых желторотиков, что позволяют легко себя убрать… Он – хищник. Опасный, хитрый! – Бывший чекист бросил взгляд на идущий впереди «мерседес» Бизона и добавил, понизив голос почти до шепота: – За сутки до того, как в Алжире взяли нашего резидента, у меня было такое же чувство, как сегодня. Холодная пустота…

И чисто машинально Владимир Николаевич провел ладонью по левой стороне груди, где под пиджаком висела специальная милицейская кобура с пистолетом Стечкина.

– Хотя очень может быть, что я ошибаюсь, – закончил он и взял лежавшую рядом с ним на сиденье трубку сотового телефона. Черный «мерседес» медленно поворачивал на прямую аллею, в конце которой уже светились прорывавшиеся сквозь пелену дождя яркие огни самого респектабельного в городе ночного клуба – «Манхэттен».

– Саша, внимание! – раздался в наушнике Пня четкий голос «Макса». – Похоже, что прибывает наш приятель. Приготовься. Если придет подтверждение, что это действительно он, ты знаешь, что надо делать.

– Я готов, – непослушными от холода губами ответил наркоман. – Держу на прицеле подъезжающий «мерс».

Кортеж Бизона плавно подрулил к ступенькам клуба, на которых уже стоял сам Николай Гаврюков в окружении розовощеких упитанных мужчин в смокингах и двух швейцаров с раскрытыми зонтами. «Мерседес» и «ниссан» остановились практически одновременно, из джипа тут же появились двое телохранителей, которые встали по обе стороны правой задней дверцы «мерседеса». Один из них, тот, что был постарше, внимательно смотрел по сторонам, а второй услужливо открыл дверцу. Из салона автомобиля вальяжно вылез улыбающийся Янис Калбергс по кличке Бизон. На фоне его белого смокинга и белоснежной рубашки с воротником-стойкой ярким пятном выделялась красная «бабочка». Подоспевшие швейцары раскрыли над вновь прибывшим гостем огромные черные зонты.

– Толстый клиент в белом смокинге! – послышался в ушах у Пня четкий голос блондина. – Повторяю – клиент в белом смокинге!

– Вижу, не слепой… – прошептал наркоман, которого вдруг охватила сильная нервная дрожь, и навел центр прицела на голову вылезшего из «мерседеса» толстяка. Пень не мог не узнать Бизона, и это было для него настоящим шоком. Он ожидал, что ему придется убрать кого-то из визуально знакомых питерских криминальных боссов, но чтобы Яниса!.. Сглотнув подкативший к горлу комок, Пень покрепче упер приклад в плечо и приготовился нажать на спуск. Но в этот момент один из телохранителей, тот, что стоял слева от Бизона, дернулся вперед и на мгновение заслонил собой босса. Остановить посланный мозгом для двигательных нервов руки импульс было уже невозможно. Снайперская винтовка «ремингтон» выплюнула во мрак раскаленный кусочек железа…