Хитрый бизнес

Благодарности и предостережения

Я начну с предостережения, которое поставил в своем первом романе «Большие неприятности», только на этот раз для большей ясности возьму шрифт покрупнее:

ЭТА КНИГА СОДЕРЖИТ НЕПРИСТОЙНЫЕ СЛОВА.

Я обращаю на это особое внимание, потому что после публикации «Больших неприятностей», даже несмотря на предостережение в

начале, мне приходили письма от людей, недовольных языком книги. Я написал им ответ, где объяснял, что да, в книге действительно присутствовали малопривлекательные выражения, но это потому, что в истории были выведены некоторые малопривлекательные персонажи, а они разговаривают именно так. Такие персонажи не говорят: «Я сейчас снесу твою богом проклятую голову, ты, негодяй!» Они так не делают.

Так что позвольте мне обратить внимание на то, что:

ЭТА КНИГА СОДЕРЖИТ НЕПРИСТОЙНЫЕ СЛОВА.

Или скажем по-другому:

ЕСЛИ ВЫ НЕ ЖЕЛАЕТЕ ВСТРЕЧАТЬСЯ С НЕПРИСТОЙНЫМИ СЛОВАМИ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЧИТАЙТЕ ЭТУ КНИГУ.

СПАСИБО.

Далее, я хотел бы поблагодарить некоторых людей. Начну с моего издателя в «Патнэм» Нила Найрена, который умудряется оставаться жутко спокойным, когда последний срок сдачи книги давно уже истек, обложка напечатана, рекламная аннотация для каталога написана, а Нил все еще не получил ничего, что согласно стандартам издательской индустрии можно было бы назвать «книгой».

Я хотел бы также поблагодарить своего агента Эла Харта, человека вежливого и выдержанного, который регулярно уверяет меня, что не надо беспокоиться, книга будет закончена, и, хотя все свидетельствует об обратном, я верю ему, настолько он вежливый и выдержанный.

Я благодарю Джуди Смит – мой замечательный отдел исследований и кадров, – которая настолько хорошо знает свое дело, что обладает даром предвидения, и которая никогда не выбегает с криком из комнаты; я бы обязательно поступал именно так, если бы работал со мной.

Хочу также поблагодарить людей, которые давали мне технические консультации во время работы над книгой, в особенности Джеффа Берковица, Алана Грира, Патрисию Сейтц, Бена Стэвиса и Роба Стэвиса. Под «техническими консультациями» подразумевается, что они задумчиво выслушивали некоторые мои первые сюжетные замыслы, а затем вежливо объясняли мне, что я идиот. Особенно я благодарен моему другу Джину Вейнгартену: он ненормальный, но дал мне мощный толчок в нужном направлении, когда это было по-настоящему необходимо.

Спасибо Джину Синглитэри, который взял на себя труд достать пару телефонных номеров, позвони по которым, я бы наверняка получил действительно полезные сведения.

Кроме того, Джин – лучший поставщик провизии, какого я когда-либо встречал.

Спасибо моим друзьям-писателям, а именно – Джеффу Арчу, Полу Ливайну и Ридли Пирсону за моральную поддержку.

Спасибо двум моим прекрасным детям, Робу и Софи, хотя я и не позволю Софи прочесть эту книгу – если она выучится читать, конечно.

И, наконец, больше всего я благодарен моей жене Мишель,

спортивному комментатору, которая трудится в той же комнате, что и я. Если два человека столько раз работали в одном помещении в условиях дедлайна и после этого еще хотели вместе обедать – это наверняка любовь.

Капитан набрал номер и прижал трубку к уху. Он перевел взгляд с неспокойного залива Бискейн к темному небу над Атлантикой.

– Ну, – сказал голос в трубке.

– Это я, – сказал капитан.

– Ну?

– Вы видели, что за окном? – спросил капитан.

– А что там?

– Погода портится, – ответил капитан. – Идет тропический шторм. Тропический шторм Гектор. Ожидается…

– Мне до крысиной задницы, что там ожидается. Мне плевать, даже если это ураган Шакил О'Нил, [1] понял? Я объяснил это тебе вчера вечером.

– Я понимаю, – сказал капитан, – но нельзя ли перенести это на…

– Нет. Запланировано на сегодняшнюю ночь. И ночью мы сделаем то, что запланировали, как обычно.

Капитан глубоко вдохнул.

– Понимаете, – сказал он, – из-за таких ветров море будет бурным. Кто-нибудь может упасть, клиент может получить травму.

– Вот для этого нам и нужна страховка. Да в такую погоду, наверное, и клиентов не будет.

– Тут вы ошибаетесь, – сказал капитан. – Если мы выйдем, клиенты будут. Эти люди чокнутые. Им плевать на погоду, им на все плевать. Им нужно только отплыть.

– Значит, мы им даем, чего они хотят.

– Мне это не нравится, – сказал капитан. – Я хочу сказать, это мое судно. И я несу ответственность.

– Пункт первый: судно не твое. Пункт второй: дорожишь работой – делай, что я тебе говорю.

Капитан сжал трубку, но промолчал.

– Кроме того, – добавил голос, – это большое судно. «"Титаник" тоже был большим», – подумал капитан.

Уолли Хартли разбудил стук, после чего из-за двери спальни раздался голос матери.

– Уолли, – сказала она, – это мама.

Она всегда говорила так, будто за ночь он мог каким-то образом забыть.

– Привет, мама, – сказал он, стараясь не показывать усталости и раздражения. Посмотрел на радиобудильник. 8.15. Уолли лег спать в 5 утра.

Дверь открылась. Уолли зажмурился от света и увидел мать в дверном проеме. Она оделась и уложила волосы, словно собралась куда-то пойти – чего, если не считать супермаркета, никогда не делала. Встала мать, как обычно, в 5.30.

– Хочешь вафель? – спросила она.

– Спасибо, не хочу. – Так он говорил каждое утро с тех пор, как, к своему стыду и отчаянию, в 29 лет – 29, боже мой! – переехал жить обратно к матери. Уолли не завтракал, но уже отчаялся ей это втолковать. Мать вбила себе в голову, что должна печь сыну вафли. И так просто от этой затеи отказываться не собиралась.