Хмарь
Шрифт:
Внезапно хватка резко ослабла, что стало полной неожиданностью для нее, а вот душитель по видимому знал наверняка, что делает. Она машинально раскрыла рот глубоко вдыхая смрадный, но все же воздух. В ту же секунду рука секундами ранее душившая ее, метнулась ей прямо в рот, цепко хватая её язык за основание. На Лену накатили рвотные спазмы, из глаз потекли слезы от боли, воздуха в легких снова стало катастрофически не хватать. Она задергалась, и тут рука со всей силы рванула за язык, вырывая его с мясом. Кровь хлынула рекой, вместо крика раздалось лишь громкое мычание. Лена рухнула на колени, и в ту же секунду потеряла
Зина еще какое то время выкрикивала ее имя в полутьму дома, но так и не решившись войти следом, вскоре убежала в сторону милицейского участка. Нужно было срочно все рассказать участковому! В поселке явно творилась какая-то чертовщина, а то и криминал! Не зря газеты в последнее время пестрили про маньяков! Чикатило! Фишер! Хорошо что их наконец поймали! Зинаида, держась за сердце прибавила шагу, боженьки только бы не рухнуть посреди дороги, а то не ровен час и ее настигнет маньячина. Ленку и хозяев дома – Сергеевну и Саныча она уже как то списала со счетов. В ее охваченном ужасом сознании они уже были мертвы!
Поглядев на обмякшее тело Василия полулежащее на стуле, майор осторожно подкрался к окну и приник к пожелтевшей, воняющей куревом тюли. Майор поморщился. Ох и жулик этот хозяин, пепельница на столе, толь пропахла никотином, а говорит не курит. Окна судя по всему ни разу не мыли и то, что творилось во дворе можно было разглядеть лишь хорошенько прижавшись к грязному стеклу окна. Прижиматься майор не стал, а сквозь пожелтевшую тюль толком разглядеть ничего не удалось, единственное, что уяснил майор, это то, что никакого движения во дворе не наблюдалось. Не спуская взгляда с окна Степан Павлович, стараясь не сильно скрипеть половицами вернулся к столу.
– Видно чего? – Волосы на голове у Сереги намокли от пота и напряжении. Одной рукой он целился из пистолета в сторону двери, второй сжимал плечо Иванова.
– Стекла все мутные, не видно ни черта, но движения вроде нет! – Майор наклонился к притихшему хозяину. – Кто там у тебя во дворе? Медведь?
Серега тоже нагнулся поближе к хозяину, одновременно крепче сжимая его плечо.
– Что у тебя тут за чертовщина творится? Кто там на улице? По кому наш стрелок так палил на чердаке?
Хозяин поморщился, Серега ослабил хватку и нагнулся практически вплотную к лицу Иванова.
– Ты же знаешь сука, кто там! Не зря так рвался огонек проверить.
Внезапно, майор снова бросился к окну, громко скрепя половицами.
– Палыч!! Ты чего?! Шумишь, как на параде!?
– Андрюха ж там остался!!
Серега похолодел, а ведь и правда может именно Андрюху с такой силой приложили о дверь. Звук удара как раз был похож на то как бывает, когда швыряешь кого-то тяжелого на дощатый пол. Но если это так, то он сейчас должен лежать там, на крыльце рядом с дверью. Отлепившись от Ивановского плеча, Сергей, стараясь ступать осторожно, покрался к двери. Майор к тому времени достиг окна, и более не таясь, прильнул к мутному стеклу пытаясь рассмотреть ,что же там на крыльце.
– Ну чего там? – Серега
Застыв словно изваяние, Майор не сразу среагировал на вопрос.
– Майор!? – тот вздрогнул, отвел взгляд от стекла и показал пистолетом на дверь.
– Тут тоже ничего не разглядеть! Нужно вылезать наружу!
Словно услышав эти слова, где-то за стенами дома, что-то тяжело ухнуло о землю смачно чавкнув, словно какой-то великан ухватив покрепче тяжелое полено и со всего маху ударил им о сырую землю. Выходить наружу в раз перехотелось. Поднявшись с пола, Серега снова подошел к сидевшему без движения Иванову. Присел перед ним на корточки.
– Ты же знаешь, что там! Или кто?
Едва приоткрыв рот, хозяин едва слышно прошептал.
– Детишки балуются....
– Какие еще детишки?
Слева громыхнул стулом наконец пришедший в себя Василий. Вперив в Серегу горящие нездоровым блеском глаза, он выпалил.
– Говорил же тебе Серег! Дети там! Два выродка каких-то! Одежда в кровище вся! Скачут как мартышки, а рожи, что у чертей страшные, глазища красные и зубья! Крокодилов видел же по телику? Вот у этих такие же....
– С чего взял, что в кровище? Дети же! Могли в краске извозюкаться! А ты стрелять сразу! Надеюсь хоть не в них палил? – Встав в позу, майор строго смотрел на враз побледневшего Васю. – Не хватало нам огнестрела детского! Ты хоть думал, когда на курок жал? Тут весь отдел потом раком поставят! Объяснительной тут хрен отделаешься! А если попал?
– Говорю же выродки! – Василий насупился.
– Какие выродки? Что ты несешь то? Говори конкретнее!!!
– А не скажет он ничего! – Иванов вдруг стал подниматься со стула, голос его стал неожиданно твердым и каким то....злым, Сергей сделал шаг по направлению к нему, но опоздал. Показав пальцем на дверь, хозяин так же твердо сказал – Смотрите!
Все резко развернулись на дверь и..... схватив массивную пепельницу Иванов рубанул ею в висок Василию.
– Твою ж мать!!! – Словно в замедленной сьемке, Майор стал оборачиваться от двери, у которой ничего не происходило, обратно к столу. Слева, разбрызгивая фонтанчики крови из пробитого черепа, хрипел и заваливался на пол оперативник Василий Демин. Справа стремительно бежал к задней двери Иванов. И откуда в нем столько прыти. Сергей также обернувшийся на звук удара, запоздало вскидывал ствол, пытаясь выстрелить в убегающего преступника. После того, что сотворил Иванов, сомнений в том что он причастен к чему-то из ряда вон нехорошему, более не оставалось.
Прозвучал выстрел. Майор увидел, как рядом с почти достигшим двери Ивановым отлетел от стены кусок древесины. Тот пригнулся, и, распахнув мощным ударом дверь, стремительно скрылся за ней.
– Млять! – Пальнув еще раз наугад, сквозь стену, Серега подбежал к упавшему на пол Васе. Кровь уже почти не фонтанировала, но все равно, текла широким ручьем из отвратительного пролома в височной кости. Хоть Иванов и казался с виду хлипким алкоголиком, удар он нанес ужасающей силы.
– Вась, Вась! – заботливо приподняв его голову, Серега стянув с себя футболку попытался остановить кровь. – Вась. Слышишь меня? Сейчас остановим кровь и повезем тебя в больницу! Ты только держись, Вась! Слышишь меня?