Хоббит

Толкин Джон Рональд Руэл

* * *

И вот войско эльфов двинулось в обратный путь. Его ряды поредели, но ликования все же было больше, чем печали: ведь на многие годы в северные земли вернулась радость. Дракон погиб, гоблинов разбили в пух и прах, – сердца эльфов рвались навстречу весне и веселью.

Гэндальф и Бильбо ехали в передовом отряде, позади короля эльфов, а рядом с ними шагал Беорн, вновь принявший человеческий облик. Он смеялся и горланил песни. Так добрались до опушки Лихолесья, севернее того места, где вырывалась на простор лесная река. Там задержались, ибо маг с хоббитом не собирались входить в лес и вежливо отказались от приглашения погостить в королевском дворце. Они намеревались обогнуть чащобы с севера, проехать по пустыне, что пролегла между

Лихолесьем и хребтами Серых гор. Путь предстоял долгий и не слишком веселый, но все же он казался лучше ужасной тропы через лес – тем более что гоблинов в Серых горах почти не осталось. Беорн тоже выбрал этот путь.

– Прощай, о король, – сказал Гэндальф. – Да будет весел зеленый лес, пока мир еще молод, да будет весел твой народ!

– Прощай, о Гэндальф! – отозвался король. – Не бросай своего обыкновения – появляйся, когда ты больше всего нужен и когда тебя меньше всего ожидают. Чем чаще я буду видеть тебя в своих чертогах, тем сильнее будет моя радость.

– Прошу тебя, государь, – проговорил с запинкой Бильбо, поджав в смущении одну ногу, – прими от меня это. – Хоббит протянул эльфу жемчужное с серебром ожерелье, подарок Даина.

– Чем же я заслужил столь щедрый дар? – удивился король.

– Ну… Ты вряд ли знаешь… – Бильбо польстило изумление короля. – В общем, это… плата за гостеприимство, что ли. Я хочу сказать… Грабители – народ порядочный. А я съел много твоего хлеба и выпил много вина.

– Я принимаю твой дар, Бильбо Великолепный, – промолвил король. – И нарекаю тебя отныне другом эльфов! Да не станет короче твоя тень, да будет прибыльным твое ремесло! Прощай.

Эльфы двинулись к лесу, а Бильбо поворотил пони на север.

* * *

По дороге домой ему выпало немало трудностей и опасных приключений. Дикий Край оставался все таким же диким, и в те дни там хватало опасностей и без гоблинов. Но Бильбо хорошо охраняли и заботливо опекали – ведь с ним были маг и Беорн, так что по-настоящему он больше ни разу не испугался. К середине зимы, обогнув лес, Бильбо с Гэндальфом подъехали к дому Беорна. Хозяин закатил пир, на который собрались многочисленные гости. Гоблинов в Мглистых горах осталось раз-два и обчелся, да и те настолько перепугались, что не казали носа из своих подземелий, варги тоже куда-то пропали – посему от приглашения никто не отказался.

Впоследствии Беорн стал великим вождем и правил всеми землями от гор до Лихолесья; говорят, что его потомки на протяжении многих поколений обладали способностью превращаться в медведей. Некоторые из них были угрюмыми и даже злыми, но большинство походили на Беорна – хотя бы добрым сердцем, если не размерами и силой. Именно они изгнали последних гоблинов из Мглистых гор, и по всей границе Дикого Края воцарился мир.

В чудесный весенний денек, когда уже вовсю пригревало солнце, Бильбо с Гэндальфом покинули дом Беорна. Бильбо рвался домой, но от человека-медведя уезжал с сожалением, ибо весной цветы в садах Беорна были не менее прекрасны, чем летом.

Долгий и утомительный путь по горам привел к тому самому проходу, где на путников когда-то напали гоблины. Добрались туда утром и, когда оглянулись, увидели в небе ослепительное солнце. Вдалеке синело Лихолесье; его ближняя опушка была темно-зеленой, даже по весне. За лесом возвышалась Одинокая Гора. На ее вершине до сих пор лежал искрившийся на солнце снег.

– Где полыхало пламя, выпал снег, и даже драконы погибают! – сказал Бильбо, поворачиваясь спиной к местам своих похождений. Беспокойный дух Старого Тука слабел с каждым днем, зато вторая часть его натуры заявляла о себе все настойчивее. – Эх, очутиться бы сейчас в моем креслице! – прибавил он со вздохом.

Глава XIX

Последний

шаг

* * *

Первого мая путники достигли ущелья, в котором стояла Последняя (теперь получалось, что первая) Приветная Обитель. Сгущались сумерки, пони заметно устали – особенно тот, который вез сундуки с золотом и серебром. Всем хотелось отдохнуть. Дорога нырнула вниз, и послышалась песня. Бильбо подумалось, что эльфы Раздола не переставали петь с тех самых пор, как он с гномами здесь побывал. Как только въехали на лужайку, эльфы запели новую песню, удивительно похожую на ту давнишнюю. Звучала она приблизительно так:

Ах, змей, – ах, он что же?Распался на части!Ни кости, ни кожи,Ни чести, ни власти!Ах, меч, он заржавлен,Престол пошатнулся,Но будет исправлен –Король-то вернулся!Ах, люди в надежде,Ах, гномы с их кладом,Все будет как прежде,Все будет как надо –Тра-ли-ли-лине! –Как в нашей долине!Алмазы на своде,Ах, кажутся близки,А месяц, он вродеСеребряной миски!И золота краше,И ярче, и чищеСокровище наше –Лесное огнище!Тра-ля-ля-ля-лину!Спешите в долину!Откуда, куда вы?И что же так поздно?Затихли дубравы,И ночь уже звездна.Отбросьте унынье –С добычей вы нынеВернулись к долине!И ныне в долинеТанцуют эльфини!Тра-ля-ля-ля-лину –Спускайтесь в долину!Тра-ля-ля!Тра-ля-ля!Тра-ля!

Эльфы приветствовали путников, помогли переправиться через реку и проводили к Элронду. Владыка Раздола радушно встретил гостей. Эльфам не терпелось послушать, что произошло у Горы. Гэндальф принялся рассказывать, а Бильбо сидел и подремывал. Поначалу маг пересказывал то, что узнал от хоббита по дороге и в доме Беорна; но потом речь зашла о том, что Бильбо не было известно; хоббит встрепенулся, приоткрыл один глаз и прислушался.

Из разговора Гэндальфа с Элрондом наконец-то выяснилось, где маг пропадал. Оказывается, после расставания с гномами Гэндальф направился прямиком на большой совет белых магов, хранителей мудрости и доброй магии. Всем вместе магам удалось изгнать Некроманта из его черной твердыни на юге Лихолесья.

– Скоро лес изменится, – сказал Гэндальф. – Надеюсь, мы прогнали его надолго. Как жаль, что не навсегда!

– И вправду жаль, – согласился Элронд. – Увы, ни в эту эпоху, ни в последующие, боюсь, окончательно его победить не удастся.

Когда Гэндальф кончил рассказ, эльфы принялись вспоминать древние сказания, петь новые песни и пересказывать неподвластные времени предания. Бильбо забился в уголок, свесил голову на грудь и крепко заснул, похрапывая во сне.

Проснулся он в постели, на белоснежной простыне, а в распахнутое окно светила луна. От реки громко и отчетливо доносились звонкие голоса эльфов: