Шрифт:
Часть 1
Голоса умерших. Глава 1
«Представитель Министерства Внутренних Дел города Москвы подтвердил факт ограбления центрального хранилища Европейского Банка. Слухи же о том, что скрытая камера рядом со зданием хранилища запечатлела человеческую фигуру, прошедшую сквозь стену, является ничем иным, как плодом больной фантазии одного из охранников, потреблявшего алкоголь на рабочем месте».
Новости «Первый»
«Прошу уволить меня по собственному желанию с должности
Заявление в дирекцию Троекуровского кладбища
«Война между кланами „Неназываемые“ и „Дух Охоты“ достигла беспрецедентного размаха. Всё больше и больше мелких кланов присоединяются к одной и другой стороне, делая конфликт ещё масштабнее. Кланы делят между собой города, инстансы и зоны прокачки, что усложняет жизнь обычным игрокам, от которых требуют обязательного выбора одной из двух коалиций. Похоже, скоро каждому из жителей Арктании придётся стать частью конфликта, и только вопрос времени, когда внутренняя война перерастёт в географический раздел территории. Похоже, нас ждёт глобальное противостояние двух фракций игроков в довесок к войне с постоянно разрастающимися силами Инферно».
«Арктания Today»
Вертолёт падал. В эти мгновения помимо силы притяжения на меня давило осознание того, что спасти всех нас могу только я. Наумов и пилот обычные люди, Марк — иллюзионист, он может разве что сделать наше падение чуть эффектнее, а у меня всё ещё есть небольшой шанс применить магнетизм и… что? А, главное, как именно и куда его применить?
Все эти мысли пролетели в моей голове за сотые доли секунды, а сразу после этого я начал действовать. Максимальный импульс магнетизма был направлен в землю с вливанием предельно возможного объема маны. Иных вариантов всё равно не было, я даже не думал, какой будет от этого толк, и будет ли вообще, ведь от обычной земли оттолкнуться всё равно не получится. Но я остервенело продолжал толкать магнетизм перед собой, благо, мы падали носом вниз, и я мог мотивироваться быстрым приближением деревьев.
Странно, но никто из присутствующих не кричал, разве что пилот тихо матерился под нос. Возможно, именно отсутствие отвлекающих факторов и позволило мне лучше сконцентрироваться на ощущениях и в тот момент, когда раздался хруст веток, на посылаемые мной импульсы ударов магнетизма пришёл неожиданный отклик, оттолкнувший их обратно. Словно встретились два разнополюсных магнита. Совершенно не понимая, что же происходит, я усилил натиск, и, как мне показалось, падение действительно замедлилось.
— Дави! — закричал Марк, поняв, что мы замедлились именно благодаря мне.
Но я и сам делал всё что мог. Возможно, тем же руководствовался и Марк, поскольку прямо под нами из ниоткуда появилась огромная надувная подушка, из тех, что используются при выполнении трюков в кино. А потом был сильный удар, и всё померкло.
В себя я пришёл раньше всех, болтаясь на ремнях безопасности головой вниз. Возможно, мне просто повезло, а может, спасибо нужно сказать повышенным характеристикам, всё-таки они как-то влияют на конституцию тела в целом, а выносливость у меня прокачена явно выше, чем у мага иллюзиониста.
Некоторое время я так и висел на ремнях, приходя в себя, и борясь с накатившим ощущением сюрреализма ситуации, в которую попал. Фаэрболы в воздухе, крушение вертолёта, я, пытающийся замедлить падение. Сумасшествие какое-то.
— Ого, жив? — закряхтел рядом Марк.
— Жив, — подтвердил я, морщась от головной боли.
— Да ты-то чёрт с тобой, я про себя, — огрызнулся парень. — Из-за тебя мы рухнули! Гремлина он решил с собой взять, идиот!
Иллюзия сурового вояки спала, и парень не торопился её восстанавливать. Может экономил ману, а может её не осталось и вовсе, мало ли сколько потребовалось на создание условно-материальной подушки под нами.
— Не согласен. Если бы гремлин не вырубил вертолёт, то мы бы поймали огненный шар и сгорели заживо.
— Это лишь теория, они могли промахнуться! — не согласился Марк. — И вообще, какого чёрта мы тут висим?! А если они решат добить нас ещё одним фаэрболом?!
— Вертолёта не слышно, видимо, они уже улетели.
Я осторожно отсоединил ремень и схватился магнетизмом за железный корпус вертолёта. К сожалению, способность не сработала, и я рухнул вниз, на спинку переднего сидения, лишь чудом ничего не сломав. Падение отдалось сильнейшей головной болью, возможно, являвшейся следствием сотрясения мозга, что было бы совершенно не удивительно.
— Ау…
Очевидно, что во время падения вертолёта я потратил всю ману на магнетизм. Жаль только, что я всё ещё не мог ощущать её объемы, сейчас это было бы очень кстати.
Марк действовал аккуратнее, и приземлился куда мягче. Потом мы проверили состояние Наумова и пилота, сидевших на передних сидениях — оба были живы, но всё ещё без сознания. Вытащить двух мужчина оказалось не так-то просто, особенно учитывая физические кондиции Марка и полное отсутствие маны у меня. Полагаю, если бы наши противники хотели нас добить, то успели бы это сделать раз двадцать, пока мы выбирались из упавшего вертолёта. И только чудо, что мы сами не убились в процессе.
— Ты что-нибудь слышишь? — на всякий случай спросил я Марка, не особо доверяя своему слуху после падения.
— Видимо, ты был прав, вертолёт уже улетел, — неуверенно ответил он.
— Тут вокруг одни деревья, сесть негде. Думаю, они высадятся где-нибудь поблизости и придут сюда на своих двоих, — предположил я и тут же на всякий случай включил магниточувствительность. Точнее, попытался, но маны не хватило даже на это, к тому же по вискам вновь ударило сильнейшим импульсом боли. Чёрт, как же плохо жить без нормального счетчика маны! Я бы хоть знал, через какое время мне станут вновь доступны способности.
— Тогда нужно отсюда валить, — резюмировал я.
К счастью, Наумов и пилот отделались мелкими царапинами и ушибами, и вскоре пришли в себя. Оба выглядели бодрячком, разве что, пару раз опустошили желудки да двигались словно с бодуна.
— Уф, как же нам повезло, что мы упали на деревья, — вздохнул наш пилот, немного придя в себя.
— Ага, точно, — нервно ухмыльнулся я, переглянувшись с Марком. — Деревья.
Вот только помимо деревьев в нашем спасении участвовали магнетизм и частично материализованная иллюзия, и лишь всё это вместе позволило нам выжить.