Ходок II
Шрифт:
Поэтому совершенно не удивительно, что красный ударился пяткой о камень достаточно чувствительно. Однако, невзирая на боль, он тут же попытался контратаковать левой рукой без замаха, от груди – проведя так называемый уракен, но Денис уже успел прийти в себя и полулежа на земле мощно подбил красного под оба колена круговым ударом, так что ноги краснопоясника взлетели чуть ли не выше головы. Арсан выполнил страховку практически безупречно, самортизировав удар о землю руками, но несмотря на это все же чувствительно приложился копчиком. Высокая остаточная скорость, на которой произошел контакт его задницы
Противники вскочили на ноги, Арсан больше не улыбался – зато на губах Дениса заиграла наглая ухмылка, которая наверняка должна была бесить краснопоясного.
– Иди сюда, мой сладкий сахар! – насмешливо произнес Денис, делая приглашающий жест рукой, – если конечно не боишься! – этого Арсан стерпеть не мог – чтобы его! – курсанта с красным поясом! – и кто? – какая-то белопоясная вошь! – кровь ударила ему в голову и он прыгнул!
А вот теперь уже Денис ожидал этого, уклонился, сделал быстрый подшаг и нанес мощнейший удар ближней ногой, как только красный приземлился. Теперь уже он бросился на добивание, и уже Арсан сумел уклонится от финального удара.
Такая катавасия, со взаимными шансами, но в совершенно равной борьбе, продолжалась несколько минут, пока ш’Тартак не приказал Арсану: – Кадат!
Соперники в этот момент смотрели друг другу в глаза, и тут Денис не то чтобы испугался – нет-нет, теперь его непросто было напугать, но ледяные мурашки по спине проскочили. Как только прозвучала команда Мастера войны, глаза краснопоясного из привычных – волчье-кошачьих, превратились в какие-то непонятные, неживые что ли, и очень страшные. В них не осталось ничего человеческого – ведь выражение глаз волка или уличного кота, оно такое же как у людей. В глазах волков, людей и котов всегда отражаются какие-то эмоции: начиная от ледяного спокойствия и заканчивая неукротимой яростью. А тут были глаза какого-то биоробота, киборга, зомби – черные провалы, без малейших эмоций – б-р-р-р-р!
«Терминатор! – подумал Денис, – точно Терминатор, блин!»
Время как будто остановилось, краснопоясной сделал какое-то неуловимое движение, мгновенно оказался на ударной дистанции и Денис понял, что все – каюк! Сейчас его убьют: он не успевал ничего сделать, а каменный кулак Арсана уже был в считанных миллиметрах от его виска! И тут раздался голос ш’Тартака: – Стоп!
Краснопоясной улыбнулся, подмигнул и хлопнул Дениса по плечу:
– Молодец, без кадата дрались на равных! – Денис удивлено уставился на красного – положительно мир сошел с ума! Впервые с ним кто-то из курсантов заговорил. Нет, раньше один тоже говорил… но лучше бы он молчал – для него лучше. А вот так – без подколок и издевок, первый раз. В ответ, Денис тоже улыбнулся.
– Спасибо, свободен, – поблагодарил красного ш’Тартак и Арсан направился к своим.
– Убедился? – с усмешкой поинтересовался Мастер.
– Да! А что это было!?
– Я уже говорил – кадат…
– Нет… я понимаю, что кадат, но что это такое, этот «кадат»?..
… повторяю для идиотов – радиостанция не на лампах и не на полупроводниках – радиостанция на бронепоезде!..
Ш’Тартак задумался:
– Я не могу объяснить…
– Ясно… – печально отозвался Денис, – а меня можно научить?! – с робкой надеждой поинтересовался он.
– Нет! – твердо ответил Мастер войны.
– Секрет значит… – вздохнул Денис.
– При чем тут секрет? – удивился ш’Тартак. – Для этого надо каждый день, в течении восьми лет, медитировать по два рата, – Денис уже знал местное исчисление времени, очень логичное с его точки зрения – сутки делились на двадцать ратов, а один рат на сто аратов, – и то не все сдают на красный пояс.
– А укорить нельзя?
– А женщина может выносить ребенка за декаду?
5 Глава
Денис проснулся посреди ночи от ощущения опасности. В последнее время никаких проблем со сном у него не было – проблемы эти возникают только от физического или душевного нездоровья, а он был здоров. Физически Денис и раньше, после Реаниматора, был неплох, а теперь, за счет плотного общения с наставником Хадудом, его «мальчиками» и Мастером войны ш’Тартаком, стал и вовсе хорош.
С душевным здоровьем тоже был полный порядок, и благодарил за него Денис Настара. Да-да-да! Теперь, остыв и дистанцировавшись от произошедших событий, Денис был склонен считать, что если бы Настара не было, его следовало бы придумать. Этот, чего уж тут скрывать, мерзопакостнейший юноша оказал Денису неоценимую услугу – помог найти ответ на вечный вопрос: «Кто я – тварь дрожащая, или право имею!»
И теперь, приходя вечером после «купания», Денис в изнеможении валился на свою лежанку, закрывал глаза и открывал их только утром, будто по будильнику, никаких снов и душевных терзаний – голова, подушка, спать! И просыпался отдохнувшим и вовремя – правда один раз Денис все-таки проспал… и остался без завтрака… – больше не просыпал.
Страха не было – было ощущение опасности, но страха не было. Когда глаза уже более-менее адаптировались, Денис пристально вгляделся во мглу и понял, что именно, его разбудило – его разбудило то, что темное входное отверстие было темным неоднородно, в нем выделялась более темная область, которая еще и шевелилась. Гость – понял Денис! Незваный… Не выдав себя ни единым движением, он приготовился проявить гостеприимство: как только незнакомец окажется в зоне достигаемости, сначала сдвоенный удар ногами... а дальше, как карта ляжет…
Как уже отмечалось, разница в подходах к решению проблем у прошлого и нынешнего, так сказать – актуального, Дениса была диаметрально противоположной: точкам сближения интересов, переговорному процессу и консенсусу, будь он неладен, нынешний Денис предпочитал более простые, но гораздо более эффективные методы, хотя кое-кому из либеральной интеллигенции они могли бы показаться грубоватыми. Денис молча приготовился к атаке, но драться не пришлось – раздался глуховатый голос:
– Шэф ждет тебя у тропинки к морю, – и тень исчезла.