Холода.Нет
Шрифт:
– Извините. Паршивый денек.
– Бывает.
И тут он мне улыбнулся. Так ободряюще, словно мне было лет пять и у меня отняли любимую игрушку. Его глаза так живо на меня поглядывали, что я невольно тоже растянула губы в улыбке.
– Почему вы до сих пор живете здесь? Домой не тянет? – спросил Соболев. Спросил обычно, нормальным тоном.
Мне даже не захотелось хамить ему в ответ. Я умудрилась как-то расслабиться и спокойно произнести:
– Решила сменить обстановку. Надоедает, знаете ли, рутина.
– Пожалуй, вы правы. Иногда,
Я удивилась, что он вроде бы понял. Так это было как-то по-человечески что ли. Совсем не похоже на полицейского. Впрочем, откуда мне знать, что соответствует поведению мента, а что нет – кроме Кирилла Сергеевича у меня знакомых в милиции не было. Да и его назвать знакомым язык не поворачивался. Он может посадить меня в тюрьму. И ни к чему придавать значение тому, что он тут сейчас стоит и мило так со мной общается.
– Вы извините, но мне надо домой. – наконец, решилась я сказать. Присутствие Соболева явно нарушало мое и без того доведенное до отчаяния расположение духа. И пусть дома я снова останусь наедине со своими мрачными мыслями, но там я хотя бы буду чувствовать себя в безопасности.
– До свидания, Кира Юрьевна. И попросите свою неуловимую подругу связаться со мной. Иначе мне придется прислать ей повестку. Официальный вызов.
Я вздрогнула, испугавшись за Ритку.
– Обязательно передам, – Я уже открыла домофон, как снова услышала его голос. Он стоял за моей спиной, придержав железную входную дверь.
–У вас точно все хорошо?
Я обернулась. Его глаза, казалось, видят меня насквозь.
Ответить я не успела. Потому что случилось нечто странное. Я услышала какой-то свист над ухом. А капитан вдруг схватил меня за плечи и силой вжал в стену, я успела заметить только голубой блеск глаз Соболева в сантиметре от своего лица. Спиной я ощутила удар о холодную стенку. Мне даже показалось, что посыпались маленькие кирпичики на подъездной кладке. А сам Соболев вдруг как-то странно дернулся. И схватился за руку. Я ошарашено вертела головой по сторонам, таращась на Кирилла Сергеевича во все глаза.
– Вы что спятили?! – наконец, воскликнула я.
Но он меня не слушал. Убрал ладонь от своей руки, и я увидела, что чуть выше локтя его куртка как-то странно потемнела.
– Черт! – выругался он, а в следующий миг капитан, оттолкнув меня, влетел в подъезд, выставив перед собой оружие. Я уставилась на пистолет в его руке как очумелая.
– Зайдите в подъезд и закройте дверь. Быстро! – скомандовал мне Соболев, взлетая по лестнице через три ступеньки.
Я сломя голову бросилась за ним, мало что понимая. Но оставаться одной мне было ужасно страшно. Кирилл Сергеевич обернулся.
– Нет, вниз, останьтесь у лифта. И если он появится, бейте со всей силы!
Я застыла. Это было похоже на какой-то дурацкий фильм. Я послушно вернулась к лифту, заставляя себя делать каждый шаг и не свалиться в обморок. Если я правильно поняла, то в нас только что стреляли, Соболев ранен и пытается
Я не знала, сколько прошло времени. Я лишь слышала, как топает Соболев по ступенькам. Судя по звукам, он был где-то в районе крыши. В доме девять этажей и капитан преодолел их в рекордный срок. А мне, чтобы подняться на третий этаж, приходится заставлять себя усилием воли.
Наконец шаги стихли. И в подъезде стало очень тихо. А затем я услышала, как поехал лифт и затряслась в панике.
– Мамочки…
Что же делать?! Что!!
Спокойно.
Соболев сказал, если парень выйдет из лифта, бить со всей силы.
Я спряталась, насколько это было возможно, справа от лифта. И стала ждать. В руках у меня была только сумка, я сжала ремешки со всей силы. Там внутри лежала парочка книг о египетских царях, что я взяла в библиотеке. Я очень надеялась, что этого будет достаточно. Да где же Соболев! С ним мне не было бы так страшно.
И тут лифт остановился на первом этаже. Я зажмурилась и, услышав, как открылись двери, размахнулась, что было сил. И треснула выходившего из лифта сумкой по лицу. Раздался неясный стон. В ужасе от происходящего я так и не смогла открыть глаза. Но мне показалось, что он сейчас снова станет в меня стрелять, и я ударила его еще дважды, прежде чем услышала знакомое чертыханье.
– Прекратите немедленно! – зло проорал Соболев прямо мне в ухо.
Тут уж я распахнула, наконец, глаза. Несчастный Кирилл Сергеевич стоял у лифта и тер свою красную физиономию. Я увидела разбитую губу, и большую царапину над левой бровью. Из нее сочилась кровь. Я перевела взгляд на простреленную руку, и меня едва не затошнило. Кровь уже просочилась сквозь куртку и расползлась противным темным пятном почти до локтя.
– Извините. – залепетала я, делая шаг к капитану. Я пыталась придумать, чем могла бы ему помочь, но ничего не приходило в голову. Он лишь зло отмахнулся.
– Вы страшная женщина, Кира Юрьевна, я уже начинаю вас бояться.
– Я не хотела…Вы сказали, бить со всей силы, если выйдет из лифта, вот я и…
– Ну, вы хоть глаза бы открыли что ли прежде, чем дубасить меня по башке.
– Извините еще раз, – я покраснела как помидор. – А где этот…
– Ушел. Через крышу. – процедил сквозь зубы Кирилл Сергеевич. – Ствол у мусорки скинул. Так что одна улика у нас есть. – он указал на оружие в своей левой руке. Одновременно Соболев пытался расстегнуть куртку, и вытащить правую руку, морщась от боли.