Холостяк
Шрифт:
Солнце стояло низко, но было совсем светло, и Роман понимал, что рискует: при свете дня кто-нибудь может заметить, что он рыщет вокруг ее квартиры. Но ему было все равно. Он хотел убедиться, что с Шарлоттой все в порядке, хотя понимал, что не стоит говорить с ней прямо сейчас и пытаться ее убедить. Слишком рано.
Он остановился в тени деревьев и посмотрел наверх. Шарлотта сидела на площадке пожарного выхода. Одна по собственному выбору. Не отвечая на телефонные звонки и на звонки в дверь. Роман покачал головой, ему была ненавистна мысль, что это он причина ее страданий. Несколько непослушных
Ей хватило смелости начать очень космополитичный бизнес в сонном заштатном городке, но не хватает смелости рискнуть своим спокойствием. Сделать ставку на жизнь. На него.
«А вдруг реальность разочарует?» — сказала она, когда он спросил о книгах и о ее мечтах. Тогда он ей не ответил, он был абсолютно уверен, что может воплотить ее мечты в реальность. Но от поездки за город в уик-энд было ой как далеко до воплощения мечты всей жизни. Он был уверен, что способен и на то, и на другое.
Сейчас Роману хотелось поколотить самого себя за то, что он был так высокомерен, так уверен в себе. Наученная горьким опытом на примере отца, Шарлотта ждала, что жизнь ее подведет. А он, вместо того чтобы доказать, что она не права, подтвердил все самое плохое, чего она ожидала от мужчин.
Роман выругался под нос, бросил последний взгляд на Шарлотту и пошел домой.
Райна взяла сумочку и подождала, пока доктор Лесли Гейнс сделает запись в ее карточке. С тех пор как они с Эриком начали встречаться, она стала ходить к Лесли как к своему лечащему врачу. На то было две причины: Райна не хотела ставить Эрика в неловкое положение, вынуждая лгать ее сыновьям, и ей хотелось, чтобы в их отношениях оставалась какая-то загадка. Возможно, это звучало глупо, но она боялась, что он не сможет смотреть на нее как на женщину, если будет прикладывать к ее груди стетоскоп, слушая сердцебиение, и общаться с ней как с пациенткой.
— Ваша кардиограмма в порядке, изменений нет. — Врач закрыла карточку. — Райна, вы здоровы. Могу только посоветовать не увлекаться жирной пищей и продолжать делать гимнастику.
— Да, доктор.
Но Райна знала, что сказать легко, а продолжать притворяться перед сыновьями больной нет. Хотя она и испытывала некоторые угрызения совести из-за своего небольшого мошенничества, как она стала его называть, все же она верила в свою правоту. Она хотела, чтобы ее мальчики обзавелись семьями и были счастливы.
Врач улыбнулась:
— Вот бы все мои пациенты были такими же сговорчивыми.
В ответ Райна только кивнула:
— Спасибо за все.
Она вышла из клиники, не заходя к Эрику. Встречи с Эриком она предпочитала откладывать на другое время, когда вопрос ее «болезни» не возникнет и не вызовет споры.
Роман провел весь день с Чейзом в редакции, Рик был на дежурстве, поэтому Райна направилась прямиком домой, переоделась в спортивный костюм и спустилась в подвал позаниматься на беговой дорожке. Только двадцатилетний или Супермен
Двадцать минут спустя она сошла с беговой дорожки и быстро приняла душ, испытывая огромное облегчение от того, что ее не застукали. Потом она наскоро перекусила и наконец была готова заняться тем, что сейчас считала своей главной заботой: личной жизнью Романа.
Судя по тому, в каком мрачном настроении пребывал сегодня Роман и как он отказывался говорить о чем бы то ни было, его отношения с Шарлоттой оказались под угрозой. Роман заявил, что сам справится со своими проблемами, но Райна как мать в свое время меняла ему подгузники, вытирала ему слезы, которых он стеснялся, и она хорошо чувствовала его состояние. Как бы он ни пытался скрыть свои чувства, она все равно их прочитала и поняла, что ее младший сын страдает.
В чем бы ни состояла его проблема с Шарлоттой, это наверняка не более чем кочка на пути к счастью. Ни один роман не протекает гладко как по маслу. Пока она сделала своему младшенькому немало добра: ее «болезнь» привела его домой и удержала в Йоркшир-Фоллз, и здесь он заново познакомился со своей первой любовью, даже больше чем познакомился. Еще немного подтолкнуть, и не успеешь оглянуться, как они снова будут вместе.
Райна отправилась в «Мансарду Шарлотты», надеясь, что никто не заметит, что она два раза за один день выходила в город, и не доложит ее сыновьям. К счастью, когда она вошла в магазин, там было пусто.
— Есть кто-нибудь?
— Сейчас буду! — ответила Шарлотта откуда-то из глубины магазина.
— Не спешите.
Райна подошла к прилавку с бельем и погладила пальцем прекрасную ночную рубашку из чистого шелка. Продавался и халат в комплект к ней.
— Вам идет этот цвет, — сказала Шарлотта. — Цвет слоновой кости подчеркнет зеленый оттенок ваших глаз.
Райна повернулась к черноволосой красавице. Как и ее сын, девушка затаила в глубине души боль.
— Не уверена, что мне уместно носить белый цвет.
Шарлотта улыбнулась.
— Он светлый, но не белый. Скорее, это цвет античности. Почему бы не побаловать себя, в этом цвете нет никакого скрытого смысла. Уверяю вас, это классическое сочетание. — Шарлотта положила руки на перекладину металлической вешалки. — Я вижу, вам очень хочется купить эту вещь, вы все еще поглаживаете кружевную отделку.
— Поймана на месте преступления, — рассмеялась Райна. — Ладно, заверните это для меня.
Райна попыталась представить, будет ли комплект лежать в ящике комода или…
Шарлотта прервала ее мысль:
— Я рада, что вы настолько поправились, что ходите по городу.
И прервала очень кстати: Райна боялась даже думать о столь интимных вещах. Очень, очень давно никто не видел ее в таком свете.
— Я знаю, мне полагается не переутомляться, но мне нужно было сюда прийти. — Открыть причины своего визита Райна пока была не готова. — К тому же считается, что шопинг снимает стресс, не так ли?