Шрифт:
« Запись XXX17.
Из-за потери связи с аппаратом 2 ( код РИК), приготовила к выведению в космическое пространство аппарат 3 (код ХОУТ); на борту остаётся две штуки.»
Вилио выключила компьютер и, после нескольких поворотов, которыми она пыталась избежать доносившихся в другой части коридора мужских голосов, вошла в кухню. Заглянув во вторую дверь, через которую комната имела связь с частью коридора, уходившую к рабочим кабинетам, и ни кого около неё не заметив, закрыла входи.
«Ну да, снова не подчиняюсь режиму, и что? Они вообще свою работу не делают.» – возмущаясь,
С ребяческим восторгом она выдавила первый приплывший к неё тюбик с едой и начала гоняться за рассыпавшимися по комнате шариками. Съев двойную порцию завтрака, Вилио, разгребая встречавшиеся на пути цилиндрическообразные контейнеры, искала пульт. И как только в поле её зрения попал небольшой зелёный прямоугольник, крутящийся вокруг себя в нескольких метрах от девушки, одна из дверей открылась, зазвенела сирена с предупреждением: «Разгерметизация станции». Несмотря на раздражающий слух звук, Вилио неспеша доплыла до пульта и включила генератор притяжения.
– Я же говорил тебе, не выключать генератор и больше повторять не буду!– подбежав к девушке и выхватив из её руки пульт, закричал Катар.
– Если ты забыл, то его создала я, и я знаю, как будет влиять на общую стабильность отключение его в одной комнате. А ты знаешь? Никак!– Вилио попыталась отнять прибор, но мужчина закинул его на верх шкафа.
– А я знаю, с какой вероятностью при следующем твоём волеизъявлении сорвётся дверь.
– Вилио, тебя снова поймали! – радостно воскликнул, впрыгнувший в помещение Деригер. – Может быть вы хотя бы ударите друг друга. Хоть слегка. Мне так скучно!
– Вот и радуйся, что тебе работать не надо. – осадил друга Катар.
– Верни мне пульт, я всё равно сделаю ещё один. – продолжила настаивать Вилио.
– Это хотя бы займёт тебя ещё на неделю. – оспорил мужчина и, столкнувшись в дверях с Ониесом, вышел из комнаты.
– Вилио решила полетать. – предугадав вопрос капитана, ответил Деригер.
– Пожалуйста, перестань.
– Я знаю. Ониес, не беспокойся, иди. – проскрежетала Вилио и, сев на колени, принялась собирать упавшие на пол тюбики, с чем Ониес решил ей помочь.
– Ну и я не крайний. – воскликнул Деригер и присел у стола, облокотившись на который, стоя слушал диалоги.
– Получается Катар был прав вчера, когда сказал, что космос это беспорядок. —пресёк молчание врач.
– То же и на Земле. – вступила Вилио.
– Там была стабильность, а у меня работа.
– Это предсказуемость. Ты привязан к одному месту, ходишь по одним и тем же улицам, в том же кафе каждый день пьёшь одинаковый латте.
– И в чём отличие этой станции?
– За иллюминатором каждую секунду вид, который никогда больше не повториться; латте когда-нибудь закончится, и тебе придётся выбрать новый напиток.
– Космос— непредсказуемость?
– Нет, загадка.
– Может быть ты и видишь там что-то прекрасное, но мне надоела эта клетка.
– Ребята, до начала работы пять минут, нам стоит поторопиться. – зашевелился Ониес, не принимавший участия в разговоре.
В молчании все тюбики
« Ну что, дружок, они как хотят, но мы то с тобой всё видим. Кстати, получается в прямом смысле видим. – разговаривала сама с собой Вилио, вкатывая ХОУТ в небольшой ящик, который за ним закрылся, а девушка села за стол, на котором умещались несколько мониторов, один из которых был подключён к камере аппарата. – Выходи на волю.»
По средствам ХОУТА она вышла в космос, после того как являвшаяся сначала стенкой, к которой был подкачен аппарат, дверь открылась и его вынесло в безвоздушное пространство. Заметив скоростное отстранение от станции своего помощника, Вилио включила магнит, и ХОУТ возвратился. Но недостаточно сильное притяжение, оставило его на расстоянии около сотни метров.
« Планета MD-03. – записала Вилио и, приступив к изучению небесного тела, продолжила разговор с собой. – И что их тянет к этой Земле? Меня там ничего не удержало. Всё то же, одинаковое. И как можно устать от космоса? У каждой планеты свои неповторимые черты, а комбинации свечения звёзд, их отражения никогда не повторяются. Деригер говорил, что привязан к той планете. И хотя он выражался метафорой, я понимаю это в прямом смысле. Нити он не видит, но её и не надо, чтобы удержать всё силой притяжения.»
Продолжительный монолог девушки прервало напоминание, возвещавшее о начале обеда.
– Закончила с новой? – когда Вилио вошла в кухню, громко поинтересовался Катар.
– А ты вчерашнюю классифицировал? – переспросила девушка, но не сводившиеся с неё глаза сурового лица заставили её ответить. – К вечеру.
– Значит занесёшь завтра.
Не обращая внимание на лидерские задатки, в большом количестве имеющиеся в характере проживающего с ней по обстоятельствам мужчины, Вилио села за стол.
– Еду доставят через три месяца. Ониес, того что у нас осталось, хватит до этого времени? – обратился к капитану Катар.
– Да.
– Он снова опоздает. – заметил Деригер.
– Об этом ты нам уже один раз высказался, будто с докладом выступил. – улыбнувшись, попыталась поддержать друга Вилио.
– Они ни разу не прислали нам его точного расположения. Я не буду им верить, пока не увижу это, написанное на бумаге.
– Ты даже девушку свою заставляешь присылать письма, написанные от руки. – усмехнувшись, вставил Катар.
– Не умрёшь же ты, если она запишет тебе видео, как наши семьи.
– Это наше с ней дело, как нам общаться. А умереть здесь способов не больше, чем на Земле, но они уникальнее…
– Началось. – прошептал Катар.
–… Мне снова это снилось. На этот раз я не просто задохнулся, а нашу станцию проредили кометы. Вам повезло, вы умерли мгновенно, а мне всего лишь сломало ноги, вывихнуло плечо и вынесло туда.
– У тебя же медицинское образование. Ты должен понимать, что все твои переживания повторяются в снах. Перестань думать об этом и всё, ты исцелён. – горделиво порекомендовал Катар.