Хозяин химер

Горбенко Людмила

Зато о приближении Ознобов принц догадался первым.

Его пальцы закоченели так, что не разогнуть, каждый вдох обжигал грудь ледяным холодом, а выдох моментально замерзал под носом колким инеем. Спасибо хоть седалище в тепле – хакни грел лучше любой одежды, словно живая печка.

– Подъезжаем! – сказал он с облегчением.

– А скорняк-то наш, смотри, каким молодцом держится! – похвалил командир, искоса глянув на него.– Осанка прямо королевская!

Еще бы не королевская, такое чувство, будто дрын вместо позвоночника

вставили, подумал Геллан, тоскливо оглядываясь. Беглый осмотр убил былые планы в зародыше. Только очень и очень романтическая девушка поддалась бы на очарование местного пейзажа: лысая каменная твердь внизу, по бокам и вверху – вот и вся природа.

Заранее настроенный скептически, принц уже не ждал от Ознобов ничего хорошего и именно поэтому внезапно открывшаяся панорама поразила его своей красотой.

Узкий коридор, по которому они ехали, закончился аккуратным арочным проемом, из которого буквально били лучи света. Впереди и внизу широко расстилалось озеро, отдаленно напоминающее бабочку с растрепанными крыльями разного размера. Между ними, ровно посередине, словно драгоценная брошь, сверкала гладкая ледяная линза продолговатой формы. Левое крыло казалось мельче и чище – вода в нем переливалась голубизной. Правое темнело тревожной синевой.

Илива ахнула.

– Красота-то какая!

– Пришли! – довольно сказал маг.– Вот и Ледяная Линза.

Геллан заметил, что «брошь» действительно прозрачна и выгнута, как увеличительное стекло. Если присмотреться, то сквозь слой льда можно было даже различить застывшие хвосты водорослей. Высоко над озером, под самым небесным сводом летали разноцветные сполохи. Вьющиеся, петляющие потоки отраженного льдом света то собирались охапками, то развивались отдельными лентами.

Красиво до умопомрачения. Жаль только, что холодно до жути.

– Знаменитейшее в Лакатке место. Нигде больше такого не увидишь, – сказал Терслей.– Ну что, пошли?

– Погоди минутку, – осадил его Жекон.– Пусть новенькие полюбуются. Видишь, как наш дуся застыл? Чувствует красоту паренек. Тонкая натура, прямо даже не верится, что снайпер.

– Не стоит задерживаться из-за меня одного, – твердо ответил Геллан, тонкая натура которого уже совершенно окоченела в тонкой одежонке.– Дело прежде всего. Ночлег так ночлег – перед работой надо выспаться. Как отсюда спуститься?

– Проще простого.– Терслей слез со своего хакни и крепко ухватил его за ухо.– Просто шагайте следом, здесь пандус.

– Страшновато! – призналась Илива, поднимаясь на цыпочки и заглядывая Геллану через плечо.– Там ведь высоко!

Самого принца высота не волновала. С трудом разогнув ноги, он сполз с хакни и вцепился ему в уши сразу обеими руками – это была единственная возможность хоть немного согреть замерзшие пальцы. Холод намертво отбил все инстинкты и страхи. Геллан просто методично переставлял ноги, на чудесное озеро даже смотреть было холодно.

Про

внешний вид места, в котором они устроились на ночлег, принц не мог сказать ничего. Повинуясь инстинкту, он влетел внутрь и почти вплотную прижался к печурке, обогревающей холл, боясь только одного – что сейчас растает.

Мягкость ложа и невесомую толщину одеял он смог оценить гораздо позже – когда согрелся и уснул…

Пробудился Геллан ровно посередине ночи от страшной жажды и, накинув на себя куртку, побрел по коридору искать кухню или хотя бы гостиничную прислугу, чтобы попросить воды.

Низкий, под гномий росточек коридор оказался запутанным на манер лабиринта, и куда ни сворачивал принц, ноги упорно приводили его к одной и той же точке: комнате Иливы. В какой-то момент далеко впереди мелькнула неловко скособоченная человеческая фигура с мешочком в руках, но незнакомец сбежал, прежде чем Геллан успел его догнать.

Проблуждав неведомо сколько и изрядно разозлившись, принц решил схитрить: воспользовался «правилом левой руки», уверенно зашагал, держась за стенку и… вышел к той же самой заколдованной двери.

Тихо зарычав от досады, Геллан осторожно поскребся, решив, что если его не услышат, то и черт с ним. Он не станет повторно шуметь, а просто молча отойдет в сторону и дождется утра. Если не помрет от жажды, конечно.

Палец едва коснулся двери, как изнутри послышалось бряцанье цепочки.

– Ты? – почти утвердительно спросила девушка.

– Я. Случайно не знаешь, как пройти в кухню? В горле пересохло, сил нет.

– Сейчас.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла Илива – в нижней юбке, с рассыпавшимися по плечам длинными волнистыми волосами. Наспех натянутая рубаха топорщилась выпуклыми швами.

– У тебя рубашка наизнанку, – охрипшим вдруг голосом сказал Геллан и, протянув руку к плечу девушки, непонятно зачем крепко сжал его.– Вот, швы торчат. И здесь тоже…

Прозрачные серые глаза уставились на него с непонятным выражением нежности, страстного отчаяния и вместе с тем покорности, и каким-то внутренним чутьем принц понял, что вовсе не безразличен Иливе, совсем наоборот, и что минуту назад он невольно сказал или сделал что-то такое, после чего она уже не сможет его оттолкнуть.

– Воду нести? – тихо спросила девушка, замерев в его объятиях.

– Потом, – шепотом откликнулся Геллан, осторожно целуя склоненную голову, от которой сладко пахло клевером.

– Погоди! Мне нужно тебе что-то сказать!

– Потом…

Утром обнаружились сразу две неприятные вещи.

Во-первых, после вчерашних переодеваний и беготни по коридору Геллан слегка простыл и теперь хлюпал носом. Во-вторых, ловцов ограбили. Несмотря на охрану, ночью кто-то взломал сейф, где постояльцы запирали на ночь ценности, и выкрал часть свертков, сократив и без того скудные запасы магических средств защиты.