Хозяин
Шрифт:
…Минул еще год или около того.
Бизнес-леди Софья Ковалевская развернула бурную деятельность по продвижению себя на светском рынке. Как комета ворвалась она в сначала в московскую, затем в российскую элиты. С кем нужно — спала, кого нужно — просто очаровывала. Она вообще была чрезвычайно очаровательна: уверена в себе, образована, современна. Ей подсказали, куда следует вложить деньги, — и она увеличила свое состояние вдвое. Еще раз подсказали, и еще раз… Так что с деньгами вскоре не стало никаких проблем, ну ни малейших.
Ковалевская не опасалась, что кто-нибудь ее узнает, так сильно она изменилась.
Поклонников
Вообще же, поле для применения своих талантов Ковалевская выбрала безошибочно: благотворительность, милосердие и права человека. А конкретно: помощь женщинам, находящимся в местах лишения свободы или недавно освобожденным. Большинство этих падших страдалиц и вправду нуждались в помощи — материальной, юридической, психологической, медицинской, всякой.
Начала Ковалевская с учреждения собственного фонда — «КЛЕЙМО». Некоммерческая неправительственная организация. Создавала прямо в колониях разнообразные курсы (получение новых специальностей и т. п.), посылала продукты питания и медикаменты, устраивала консультации по любым вопросам. Тем, кто вышел на волю, помогала адаптироваться — трудоустройство, социальная защита, психологическая реабилитация. Ничего особенного — просто добрые дела. Которые, как ни крути, приносят дивиденды в форме общественного мнения.
Масштабы добрых дел привели к тому, что на «Клеймо» обратили внимание в Европе. Европа всерьез сотрудничает лишь с теми некоммерческими структурами, которые способствуют демократизации жизни в России (читай — развалу) и споспешествуют любым проявлениям свободомыслия (читай — неповиновению властям). Аксиома. И работа нового фонда хорошо укладывалась в эти рамки.
Известность нашей героине принесло участие в международных кампаниях, таких, как проект Всемирного Банка: «Соблюдение прав сексуальных меньшинств, отбывающих наказание в колониях строгого режима». Или проект ЮНИСЕФ: «Мониторинг процессов полового созревания несовершеннолетних в воспитательных колониях».
Затем были скандальные акции типа: «„Завязал“ сам — „завяжи“ друга», а также «Психологический тренинг осужденных — против беспредела оперчасти».
Или, например: «Ликвидация безграмотности личного состава исправительных учреждений» («конек» Ковалевской!).
Ну и, наконец, был запущен знаменитый проект ОБСЕ «От малых грантов к большому милосердию». Здесь автором и исполнителем выступила сама Софья. Она собрала воедино, в один кулак, все доселе разрозненные благотворительные и правозащитные организации, специализировавшиеся на помощи заключенным. Новорожденная организация вошла в Европейский фонд помощи заключенным — на правах российского отделения. Во главе ее встала, разумеется, госпожа автор…
Софья Ковалевская выросла в заметную общественную фигуру. Подобных ей насчитывалось с десяток, но ведь это был первый десяток.
И вот, на одном из раутов, она впервые увидела супругу Президента живьем.
С удовлетворением Сонечка поняла, что эта — ей не соперница…
…Настал долгожданный момент, когда наша героиня смогла показаться Президенту.
В Кремле был устроен торжественный прием в связи с выдающейся победой российского спорта. Сборная России выиграла мировой чемпионат по боулингу, состоявшийся на днях в Москве. Боулинг, как известно, был любимым видом спорта Президента, в который он и сам отлично играл… Среди приглашенных, разумеется, оказалась госпожа Ковалевская.
Бывший прапор подготовился ко встрече. Уж он-то, как никто другой, знал, что Хозяину нравится в женщинах: как они должны выглядеть, как пахнуть и как двигаться, чтобы вызывать нужную реакцию. Высокие каблуки. Облегающее прямое платье без рукавов — с разрезом от бедра, закрытое спереди до шеи и полностью открывающее спину. Духи «Голубая лагуна» — с запахом свежести, молодости, морского бриза… Dress-контроль был пройден без проблем. Оставалось попасться на глаза Ему…
Действо, как полагалось, происходило в Георгиевском зале. Стены, облицованные белым мрамором; имена кавалеров ордена святого Георгия, выбитые золотом; высоченный цилиндрический свод с кессонами. Державная роскошь была призвана подавить одних и возвысить другого.
В центре зала размещался банкетный стол, уставленный деликатесами. Кроме того, обслуга разносила блюда с канапе (мини-бутерброды были на пластиковых шпажках, чтобы гости пальцы не пачкали). Публика в ожидании Самого бродила с бокалами в руках и, с тщательно сдерживаемым возбуждением, общалась. Кроме обязательных спортсменов здесь были бизнесмены, актеры, космонавты, общественные деятели… Чемпион мира по боулингу в личном зачете столкнулся с Софьей нос к носу. У парня отвалилась челюсть.
— Ну, ты сегодня, старуха, блеск!.. — только и смог он выжать из себя. Непроизвольно взмахнул руками, вычертив в воздухе воображаемые контуры. Очевидно, вспомнил былое, мачо хренов.
Какое-то время назад Ковалевская и вправду крутила с ним интрижку, надеясь через федерацию боулинга выйти на Президента… Этот дурак собрался было еще что-то ляпнуть, и тогда она сунула канапе в его открывшийся рот — вместе со шпажкой. (Судя по лицу дамы, она сожалела, что шпажка слишком коротка.) После чего быстро удалилась — не нужны ей были случайные кавалеры; только один ей был нужен, один-единственный…
Наконец, заиграл гимн.
Гостей выстроили — не по росту и не по заслугам, а в соответствии со списком, понятным только Администрации. Появился господин Президент; пошел, покатился вдоль строя гостей, пожимая руки всем подряд. Возле кого-то останавливался и говорил пару приветливых фраз. Софья была не последней в ряду, но близко к концу. Хозяин подступил к ней уже уставший, уже витающий мыслями где-то высоко. Такой маленький, такой ладный, крепенький, — прижать бы к себе и не отпускать…