Храброе сердце
Шрифт:
Во время пожара в городе Надежды, когда я вытащила Джека из морозильника...я впервые спасла ему жизнь. Во второй раз я спасла его от адовых червей. Осталось спасти его в третий раз. Потом его жизнь будет принадлежать мне.
И пока я обдумываю это, пока мой мозг разжевывает это, мои глаза продолжают наблюдать за тем, что происходит вокруг.
Оркестр играет. Танцоры танцуют. Мэг все еще сидит на краю платформы. Лью у ее ног. Он смотрит вверх на нее. Его руки обхватили ее лодыжки, гладя ее голые ноги неугомонными движениями. Она спрыгивает вниз. Она берет его
Маив это тоже видела. Ее спина напряжена, она крепче обхватывает себя руками. Горячая волна покрывает ее шею. Она стоит так с мгновение. Затем, подымая голову высоко, она поворачиваетца и уходит.
Правило трех. Спасти его жизнь еще раз и он мой. Спасти его...
Жизнь Джека. Он в опасности. Следующее полнолуние.
Следующее полнолуние. Через три ночи начиная от сегодня.
Звуки мира уходят ударяют в спину. Словно стеной воздвигаютца позади меня. Музыка, смех, голоса. Ярость бьет меня поддых и взывает к жизни. Кончики пальцев покалывает. Я завожусь так сильно, што готова вот-вот разорватца на части.
Так я чувствовала себя перед боем в Клетке. Живой. По-настоящему и свирепо живой. Я могла думать ясно.
Я прокладываю себе путь сквозь толпу танцующих, прямо к платформе. К музыкантам. Лилит распевает похабные песенки. Я кладу руку на её плечо и она умолкает, уставившись на меня.
— Безнадега, — говорю я. — Слышала о такой? Чего-нибудь знаешь?
— Конечно, — говорит она. — Это жилище Молли. Мы с Мэг работали там.
— Где это?
— В Новом Эдеме, — говорит она. — Прямо по середине Пояса Бурь.
— Понятно, — говорю я. Я начинаю идти и она хватает меня за руку.
— Ты не можешь пойти туда, — говорит она. — За твою голову назначена цена.
— Никому не говори, — говорю я. — Поклянись.
— Но я...
— Поклянись, Лилит!
Она молча смотрит на меня. Она может видеть, што я полна решимости.
— Хорошо, — говорит она. — Но ты...
Я уже спрыгнула вниз, направляясь к палатке Ауриэль. Но я могу слышать ее голос даже сквозь шум музыки. Могу слышать, как она зовет меня.
— Саба! Будь осторожна!
Никто не преследует.
Траккер развалился перед палаткой Ауриэль. Как только он замечает меня, он сразу же встает. Я приставляю палец к губам, показывая ему, штобы он молчал. Я проверяю, чтобы никто не следил, когда мы входим внутрь.
Лью с Томмо оставили все наше снаряжение в стороне. Все оно было аккуратно собрано, готовое к отправлению на запад на рассвете. Я хватаю свой кожаный мешок и быстро проверяю, что же там внутри. Полный бурдюк, огниво, нож, одеяло, вяленое мясо. Все только для того, штобы выжить.
После того, как я надеваю тунику, я ищу оружие. Мне нужно какое-то оружие. Мои глаза смотрят на лук и колчан Лью. Нет, это будет неправильно. Вместо этого я беру его рогатку. Засовываю ее себе в штаны за спину. Я отбрасываю мысль, што я оставляю его, Эмми и Томмо. Мысли о том, как
Двигайся быстрее. Не думай.
Я хватаю снаряжение Гермеса. Забрасываю свой мешок на плечо. Траккер сидит там. Наблюдает. Ждет.
— Пошли, — говорю я.
Я проверяю снаружи, все ли чисто, когда мы выскальзываем с ним из палатки. Мы торопимся скорее-скорее добратца до окраины лагеря, штобы там найти Гермеса. В течение дня, весь скот собирали (лошадей там, верблюдов, мулов, да короче всех) и привязывали к колышкам, на случай, если они испугаютца ночного шума и попытаютца броситца в рассыпную. По дороги я свистом подзываю Неро.
Когда показываетца небольшой загон, я останавливаюсь.
— Траккер, ко мне, — говорю я. Он прижимаетца ко мне. — Ты не можешь пойти со мной, — говорю я. — Это слишком далеко. Ты должен остатца с Ауриэль. С ней безопасно. — Пока я говорю, то разматываю веревку со своего пояса, крепкую, сделанную из бечёвки из дикой маслины, и одеваю петлю из неё ему на шею. Я веду его к большому тополю, который растет в нескольких футах от шалашей и привязываю его к стволу. Его бледные глаза следят за каждым моим движением. — Не смотри на меня так, говорю я. — Это для твоего же блага.
Он ластитца ко мне. У меня в носу покалывает, но я стараюсь успокоитца. У меня нет времени рыдать. Я чешу ему за ушами и целую в грубый мех.
— Спасибо, — шепчу я. — Теперь ты останешься здесь. И сиди тихо.
А затем я оставляю его. Какое прекрасное создание, он не издает ни звука. Как я ему и велела.
Из темноты выныривает Неро и усаживаетца мне на плечо, у него в клюве зажат кожаный шнурок, с которого свисает мой сердечный камень.
— А ну отдай-ка мне его, негодник. — Я забираю свой талисман у Неро и вешаю его себе на шею. — Если бы ты не оказался сейчас таким услужливым, то я бы тебя бросила здесь, привязав к какому-нибудь дереву, — говорю я.
Мы добираемся до загона для скота. И видим Ауриэль. Она стоит возле Гермеса, поглаживая того по носу. Звездный свет освещает звездную девушку, завернутую в темно-красную шаль. В лунном свете блестят бусинки в её волосах. Неро подлетает и усаживаетца на веревку, натянутую рядом с ней.
Я подхожу и бросаю свой походный мешок на землю. Я ничего не говорю. Я не смотрю на неё. Даже мимолетного взгляда не бросаю на неё, когда седлаю Гермеса попоной и мягкой циновкой и продеваю через его голову уздечку.
Она помогает мне все привести в порядок. Наши глаза встречаютца. Я тут же отвожу взгляд.
— Я иду за Джеком, — говорю я. — В Новый Эдем. Он отправил мне послание. Он в беде.
— Скажу в последний раз, — говорит она. — Ты опасно открыта, Саба. Мы еще не закончили, мы остановились в неподходящий момент. Пожалуйста, останься и позволь мне закончить.
— Я не могу ждать, — говорю я. — Я и так уже потратила слишком много времени.
— Хорошо, — говорит она. — Я сделала все, што могла. Я принесла тебе это.