Храброе сердце
Шрифт:
– Мне совершенно безразлично, нравится вам это или нет! Если бы вы не обманывали свою жену, я бы не раскрыла вашу измену и не написала об этом в своей колонке!
– Да вы просто стерва! Моя жена грозит подать на развод! Я граф Фулкрофт из рода Уитфилдов! А Уитфилды никогда не разводятся! Вы немедленно опубликуете опровержение, иначе я позабочусь о том, чтобы вам было очень и очень плохо!
– И как же, позвольте вас спросить, вы намерены это сделать?
Губы графа скривились в зловещей ухмылке.
– Я стану копаться в вашем
Тор решил, что услышал вполне достаточно. Заметив слегка побледневшее лицо Линдси, он подошел к редакторскому столу, схватил графа Фулкрофта за лацканы дорогого фрака и, как следует встряхнув, приподнял его над полом.
– Хватит угрожать даме! – прорычал он. – Немедленно извинитесь перед ней и уходите!
– Сейчас же поставьте меня на пол!
На лице Линдси отразился испуг. Не обращая на нее никакого внимания, Тор еще раз встряхнул графа.
– Я сказал – извинитесь! Сейчас же!
Граф висел в воздухе, беспомощно болтая ногами в блестящих кожаных ботинках всего в нескольких сантиметрах от пола.
– Ну хорошо, хорошо! – с усилием выговорил он. – Прошу прощения за то, что назвал вас… стервой. Поставьте же меня на пол!
Тор опустил графа, и тот немедленно направился к двери. Бросив на Линдси испепеляющий взгляд, он прошипел:
– И все же ваш бульдог не спасет вас от возмездия! Я жду опровержения в ближайшем же выпуске, иначе берегитесь!
– Даже не надейтесь на это! – крикнула ему вслед Линдси.
Тор был вполне доволен своим поступком, но Линдси, похоже, все это не понравилось.
– Никогда больше так не делайте! – сердито сказала она ему.
– О чем вы?
– Вы вмешались не в свое дело. Я и сама могу справиться со своими проблемами, и мне не нужна ваша помощь!
– Вы хотели, чтобы этот человек продолжал вас оскорблять? – стиснув зубы, спросил Тор. – Вам понравилось быть… стервой?
Глаза Линдси широко раскрылись, потом в уголке рта мелькнула едва заметная усмешка.
– Разумеется, не понравилось, – ответила она. – Но я справилась бы с ним и без вашей помощи.
– Отлично! В следующий раз, когда вас будет оскорблять какой-нибудь мужчина, я сделаю вид, будто ничего не слышу и не вижу. Вас это устраивает?
– Да, – чуть помедлив, сказала Линдси, глядя ему в глаза. – Я не нуждаюсь ни в вашей, ни еще в чьей-либо помощи.
– Вы упрямы, как уродливая лошадь, – покачал головой Тор.
– Вы хотели сказать «как осел», – поправила она его.
– Вот именно, как осел!
Линдси молча повернулась и вышла из комнаты.
Чертова баба, подумал Тор, стараясь не замечать покачивания ее бедер под пышной юбкой и не думать о том, что ее талия настолько узка, что он вполне мог бы
И все же Тор не мог не признать, что у нее красивое лицо, гладкая белая кожа; ее золотисто-каштановые волосы сияли в лучах солнца, проникавших в помещение редакции сквозь стекла высоких окон.
Неожиданно Тор почувствовал сильное возбуждение. Это озадачило и разозлило его. Стараясь подавить неуместную реакцию, он быстро вернулся в подсобное помещение и принялся сердито раскидывать пачки журналов.
Нет, его вовсе не тянуло к Линдси Грэм. Она была решительно не в его вкусе. Но он почему-то не мог оторвать взгляд от ее грациозной походки.
Линдси заканчивала работу над своей колонкой. Она слышала, как в подсобке перекладывал пачки Тор, освобождая место для завтрашнего тиража.
Линдси знала, с каким нетерпением ждет Криста выхода в свет именно этого выпуска. Она всеми силами выступала против распространившейся в обществе отвратительной практики передачи, а вернее, продажи незаконнорожденных и потому «ненужных» детей в приемные семьи или государственные приюты, где их ждала если не смерть, то ужасная судьба.
Об этой практике избавления от нежелательных детей им рассказала их общая подруга Корали Уитмор Форсайт. Теперь, когда Корри была занята поисками мужчины, убившего ее сестру, Линдси стала вместо нее писать, статьи на социальные темы. Корри недавно вышла замуж за графа Тремейна, и молодая супружеская пара намеревалась всячески поддерживать борьбу Кристы против этого уродливого явления.
Линдси осторожно посмотрела в сторону подсобки и увидела Тора за работой. Высокий и широкоплечий, он без видимых усилий перекладывал огромные пачки газет и журналов. Похоже, он был из тех мужчин, которым нравится тяжелая физическая работа.
В отличие от своего брата Лейфа Тор не был одержим стремлением получить образование, однако за те пару лет, что он провел в Англии, успел самостоятельно научиться довольно многому. О Торе Линдси знала только то, что он родом с какого-то крошечного островка к северу от Оркнейских островов. Он хорошо говорил по-английски с едва заметным норвежским акцентом и умел читать и писать, хотя и не так хорошо, как говорить. К тому же Криста и ее отец постарались научить его основным правилам поведения в обществе.
И все же этот человек во многом оставался дикарем. Он не интересовался ни искусством, ни театром, ни оперой. У него не было ни малейшего желания ходить на балы, приемы, вечеринки и прочие светские увеселительные мероприятия, посещать которые так нравилось самой Линдси. Это не только доставляло ей удовольствие, но было и ее профессиональной обязанностью как редактора женского журнала и автора колонки светской хроники. Будучи дочерью барона, она чувствовала себя в высшем свете как рыба в воде.