Хранимая

Бег Кира

А чего я, собственно, так боюсь? Это моя история, моя сказка, и Миру нужна именно я. Ну не покусают же меня эльфы, если даже их Владыка принял благосклонно?

— Арика, скажи, это у всех тут такая традиция — держать гостей сначала за порогом, потом на пороге? — громко прошептала я, наклонившись к эльфе. Лари, услышав это безобразие, сделал страшные глаза, а Малыш фыркнул, соглашаясь.

— Ну что вы, что вы, дорогая! — запричитала хозяйка, подхватывая меня под локоток и утаскивая в гостиную. Я вежливо выкрутилась и пошла самостоятельно. Не люблю, когда ко мне прикасаются посторонние.

Еще полчаса бесполезных

разговоров на мягких диванчиках, и нас, наконец, пригласили к столу. Там уже сидели представители младших ветвей рода и дети с внуками Главы — конечно, только те, которые достаточно подросли, чтобы сидеть за столом наравне со взрослыми. Когда мы вошли, один из слуг объявил зычным голосом хозяев, и все присутствующие встали, дождались благосклонного кивка и только тогда опустились обратно. Потом объявили Лари с Арикой, и любопытного внимания удостоилась коляска на колесах, по самим эльфам едва скользнули взглядами. А потом объявили меня. Такого оживления не вызвал даже приход Главы! Шепотки, оглядывания с ног до головы создавали впечатление, словно я персонаж какого-то шоу или экспонат на выставке. Но минуту спустя про меня все забыли, и виной тому стала Арика.

Эльфа не смогла подъехать на коляске вплотную к столу, и ей предложили пересесть на обычный стул. Но то ли слуги, то ли сама Арика не справились с этой задачей, и эльфа с грохотом оказалась на полу. Сидящие за столом дамы скривили носики, а мужчины поджали губы в ожидании истерики и скандала, а когда ничего этого не последовало, стали удивленно переглядываться. Арика же отогнала жестом кинувшихся ей на помощь слуг, пододвинула к себе стул и поднялась на него самостоятельно. Вокруг повисла пораженная тишина. Никто не ждал такого от капризной эльфийки. Она же вежливо кивнула всем собравшимся и по-прежнему невозмутимо приняла у подоспевшего слуги горячее влажное полотенце, изящно протерла им руки и указала на ближайшую тарелку салата, прося ей наложить. Я, пока никто на меня не пялился, тихонько проскочила на своё место и застелила колени салфеткой, как того требовал этикет. Горячее полотенце принесли и мне.

— Какая сегодня чудесная погода, — неловко разорвала тишину хозяйка. Вокруг тут же защебетали, подтверждая и соглашаясь.

— Я бы так не сказала, — опять «включила тишину» Арика, когда сидящая ближе всего дама поинтересовалась её мнением. — Слишком жарко для этого времени года. Уважаемый Глава, — воспользовалась повисшим молчанием ушастая красавица, — а когда вы вернете украшения моей матери?

Шушуканье, последовавшее за этим вопросом, накрыло волной. Казалось, ничто не успокоит эту стаю ворон, но Главе даже не пришлось перекрикивать шум. Едва мужчина раскрыл рот, все присутствующие тут же замолкли, боясь пропустить хоть слово.

— Что вы хотели этим сказать, милая кузина? — медовой патокой прозвучал голос Главы, такой же приторный, как и его улыбка. — Я лишь попросил вернуть то, что изначально принадлежало роду. Не вам, милая кузина, и не вашему брату, но роду в целом. В том числе всем, кто здесь присутствует, — изящно обвел рукой сидящих за столом мужчина. Его взглядом можно было колоть лёд. А гости не знали, можно им уже осуждать и обсуждать происходящее, или будет еще что-нибудь интересное? «Что-нибудь» не заставило себя ждать.

— Боюсь, уважаемый Глава, мы с вами не совсем поняли друг друга, — скопировала интонации длинноухого интригана

Арика. Глава едва заметно расслабился, мысленно уже празднуя победу и, судя по взгляду, выселяя Арику с братом на другой конец леса, в болота. Но подруга не подвела, и, одарив оппонента нежнейшей из улыбок, столь же ласково закончила:

— Я говорю о тех украшениях, в которых моя мать выходила замуж. Согласно уложению пятнадцать части два Хартии о Наследовании, абзац третий, все украшения, наряды и прочие ценности, которые надеты на эльфийке во время обряда бракосочетания, становятся достоянием новообразованной семьи и переходят одной или нескольким их дочерям в качестве приданного. Глава рода вправе принять, по просьбе супругов или их прямых наследников, эти ценности на временное хранение, но обязан вернуть по первому же требованию. Быть может, вы имели ввиду какие-то другие украшения, я полагаю? — похлопала ресницами Арика.

Я же едва не аплодировала ей и, затаив дыхание, ждала ответа Главы. Мужчина стиснул вилку и уже не так медово ответил:

— Это положение к Хартии было подписано еще при прошлом Владыке и уже давно утратило силу, — супруга, глядящая на Главу с другого конца стола, побледнела и растеряно переводила взгляд с одного спорщика на другого, не зная, как прекратить это безобразие.

— Вы так уверены в этом, Глава? Значит, вы знали об этом пункте изначально?

У Главы покраснели кончики ушей. Мамочки! Сейчас прилетят неприятности!

Едва мужчина открыл рот, я, не дав ему произнести ни звука, затараторила, глядя исключительно на Арику. На остальных было слишком страшно поднимать глаза.

— Ой, а давайте, я об этом у самого Владыки спрошу? Мы с ним завтра идем за Слезами Богини, говорят, очень красивое место!

Я не уточняла, о чем «об этом», пусть каждый сам составит для себя вопрос, достойный суда Владыки. И я не врала ни слова — сегодня утром мы получили приглашение, оформленное личным секретарем эльфийского правителя. Лари, получив свиток, несколько минут стоял, растеряно глядя на бумагу. А потом молча протянул мне и ушел в кабинет. Похоже, с моим появлением его мир стал неумолимо рушиться.

Глава побагровел. Сжал кулаки, выдохнул, резко встал и скрылся за дверью. Десять минут спустя, когда гости устали строить догадки, эльф вернулся. Поставил перед Арикой черную деревянную шкатулку и так же, не говоря ни слова, вернулся на свое место. Ари не стала проверять, что внутри. Передала слуге и попросила положить в прикрепленную к её коляске сумку. Улыбнулась всем присутствующим и Главе в частности, отпила из бокала и взялась за вилку.

До конца вечера Глава не произнес ни слова, а его супруга тщетно пыталась отвлечь гостей от случившегося и мило щебетала.

Перед десертом, как полагается по этикету для таких приемов, сделали перерыв. Большая часть гостей ушла в сад. Арика не рискнула пересаживаться в коляску — ей еще предстоит самостоятельно перебраться туда в конце вечера. Она осталась за столом, держа невозмутимый вид, словно ничего не случилось. Её сосед, пожилой эльф, тоже предпочел задержаться и развлекал Арику легкой беседой.

Меня Лари утащил к окну и, воровато оглядевшись, доверительно сообщил:

— Близнецы от тебя в восторге. Они собираются сделать тебе предложение встречаться, и будут не против поцелуев или чего покрепче, — подмигнул этот… ушастый гад!