Хранитель душ
Шрифт:
— «…Но незнание не избавляет от ответственности. Покараем же его во имя правосудия, и в нашем мире снова воцарится порядок! — Толпа согласно закричала в ответ. — Хочет ли кто-нибудь из вас высказаться?»
В зале снова воцарилась тишина. Обстановка казалась такой же нестабильной, как волны в бушующем море. Люди слишком напряжены и взволнованы, и одна фраза могла кардинально изменить их мнение.
И это был очень удачный момент, чтобы наконец вмешаться. Окружающие не сразу заметили Лерину робко поднятую руку, но как только она начала пробираться через зал, те уже сами расступались, давая дорогу.
— Позвольте мне сказать, о Ваше Величество.
Предводитель королевства был в замешательстве, как и все вокруг, пусть и не выдал этого. Его вопрос был простой формальностью, он не ожидал, что у кого-то действительно найдется свое мнение. Лори стоял на коленях у самого трона и, обернувшись, все же сумел встретиться взглядом со своей подопечной. Уж он-то не мог ее не узнать. Илларион, как ни в чем не бывало, подмигнул ей, словно они и не оказались втянуты во всю эту историю. И все же это придало девочке смелости.
«Держись, Лори, мы тебя обязательно вытащим! — подумала она. — Ты столько раз меня спасал… Может быть, теперь пришла моя очередь?»
Но молчание затянулось, и Лера уже чувствовала себя неуютно. А что если он догадался? Но тот, в конце концов, кивнул.
— Дорогие мои соотечественники и земляки! Я всего лишь старуха, но позвольте обратиться к вам, — Лера старательно искажала свой голос, и пока что эта роль ей удавалась. Произнося свою речь, девочка как будто чувствовала, что кто-то ей помогает. — Так же, как и вы, больше всего на свете я желаю жить в мире и согласии. Но задумайтесь, вы вините во всех грехах этого человека, даже не разобравшись. Разве вы не заметили, что наш мир начал меняться гораздо раньше?
Люди начали о чем-то шептаться и переглядываться. Даже Король вдруг поднялся со своего трона. Его маска Будды оглядывала «старуху» с подозрением. Он уже собирался применить свои силы и заставить ее замолчать, но внезапно обнаружил, что его способности не действуют на нее. Точно, маска! Она не из дерева Святой Ивы. Заметив это, Король заметно занервничал, а на его шее выступил пот, что не укрылось от глаз Иллариона.
«Похоже, твой план работает, Лера», — подумал Хранитель душ, в тайне радуясь, что Король не умеет читать чужие мысли. Хотя, возможно, сегодня именно тот день, когда у Оскара появится возможность овладеть и этой способностью. Илларион внутренне напрягся, готовый вступить в игру в любой момент.
— А помните, когда вы и ваши дети впервые надели маски? — продолжала Лера. — Помните, зачем вообще это сделали? Сейчас буря бушует не на улице, а в ваших сердцах.
«А ведь правда… зачем мы носим эти маски?» — пронеслось в мыслях у каждого присутствующего в зале. А ведь раньше у них уже возникали подобные мысли. Но, надев однажды маски, они позабыли обо всем, и просто делали то, что им велели, слепо доверяя своему Королю.
— Еще одна смерть не спасет ваш мир! — вырвалось у Леры. О нет! Она хотела сказать — «наш» мир.
Король поднял свой скипетр и отдал приказ через одного из слуг: «Схватить самозванку!»
И девочку действительно тут же схватили стражники, заставляя замолчать. Среди сконфуженной толпы началась суета.
«Неужели это мятеж?» — произнес кто-то, и
— И так вы обходитесь с каждым, кто посмеет открыть рот?
Дариус внезапно появился в центре зала, и теперь уже он оказался под гневным взором узких глаз Будды. Дариус почувствовал, как Король попытался заговорить с ним телепатически. Как-никак он все же был Стражем Библиотеки и умел распознавать любую магию. И несмотря на то, что его маска тоже была из обычного картона, он все же позволил Предводителю королевства вступить с ним в контакт. Что ж, не хочешь говорить прямо, не нужно. Трусливый Король, когда же ты покажешь свое истинное лицо?
«Кто ты такой?»
Дариус подошел ближе к Королю и ответил негромко, так, чтобы его услышал только он.
— Вы правильно догадались, Ваше Величество, — ехидно ответил Страж. — Но, боюсь, время вашего царствования подошло к концу.
«Схватить!»
Но Дариус лишь ухмыльнулся, несмотря на то, что в итоге его руки тоже сжали крепкого телосложения охранники. Похоже, Король занервничал, раз начал так поспешно отдавать приказы. А это именно то, что им нужно.
— Думаете, что поймали безоружного и старуху, и сразу же одержали победу? Не слишком ли просто, Ваше Величество?
«Что… что ты имеешь в виду?»
— Нас тут больше, чем вы думаете. Мы повсюду, и преимущество явно не на вашей стороне.
Король, как мальчишка, начал оглядываться по сторонам, и нервозность сыграла с ним злую шутку. Разыгравшееся воображение уже само отыскивало похожие белые маски среди толпы. Тот факт, что в зале есть множество людей, чьи мысли и действия не подчинены его воле, пугали его. Король неосознанно сам завел себя в ловушку, хотя на самом-то деле все козыри и «нарушители порядка» уже были у него в руках.
— Вы, люди, слышите? Ваш Король все это время использовал вас как марионеток. Или я неправ, Ваше Величество?
В сердца присутствующих закралось сомнение. Их оживленный шепот перешел в громкие дебаты. Бедняки были первыми, кто попытался снять маски. Но…
— Не могу снять!
— Я тоже!
— Они не снимаются! Почему?!
— Что происходит?!
Такого раньше никогда не случалось, и паника поднялась среди и без того напуганных горожан. А предводитель королевства лишь ликующе выпрямился, и его слова прозвучали в голове каждого. Даже люди за пределами замка слышали его голос. Его слышали абсолютно все, кто носил маски, вырезанные из древесины Святой Ивы.
«Верно! Вам никогда не освободиться из моих силков, глупцы! — его зловещий смех разливался по королевству, заставляя весь мир впасть в хаос. Лера не могла слышать его речь, но, судя по реакции горожан, ничего хорошего его слова не предвещали. — Ха-ха-ха! Вы же сами отдались в мои руки! Но теперь уже слишком поздно и никому из вас не спастись!»
Внезапно грянул гром, все окна во дворце распахнулись от порыва ветра, и холодный воздух заставил всех задрожать. Горожане начали испуганно разбегаться по углам. Как ни горько это признавать, но сейчас они напоминали мышей, пытающихся сбежать с тонущего корабля. Вот только корабль уже больше чем наполовину погрузился в воду.