Хранитель историй
Шрифт:
Рик вновь закрыл глаза и заплакал. Книга показала ему ужасную истину. Он стал камнем преткновения, нитью связывающей Призрака с дорогой ведущей того к заветной цели. И на этом тернистом пути существовало одно весомое препятствие — Клер. Именно она пыталась помешать Сквидли, порабатить брата. В противном случае он мог совершить ошибку. Бросить писать. Отложить в сторону перо и навсегда захлопнуть проклятую книгу.
Рик отчетливо вспомнил ее образ, являвшийся к нему во снах. Ее силуэт, скользивший по мрачному дому. Такой печальный и одинокий. Даже когда
А что же Рик? Вместо того чтобы помочь Клер, он, доверившись непонятно чему, перешел на сторону врага.
Рука коснулась щеки, где возник кровавый след.
— Что с тобой? — обеспокоенный голос Оливера дрогнул. Только он и без обьяснений догадался, какие мысли сейчас терзают друга. Тот, кто собственной кровью царапал на страницах окружающий их мир; кто в настоящую секунду творил историю, — сделал шаг вперед. Он переиграл их. И расплата за ошибку была непомерна велика.
Отчаянный всплеск волн шипящих, словно стая ядовитых змей, коснулась ботинок Клер. Она едва оступилась и тут же почувствовала пронизывающий холод. Сильный ветер безжалостно трепал ее одежду пытаясь пробрать до самых костей. Заставить ее сдаться. Но теперь Клер не намерена была пасовать перед трудностями. Она знала: Рик где-то рядом. Его всегда притягивали корабли. Пускай старые, лишенные будущего, но все же именно они много лет назад бороздили просторы дальних морей в угоду королевской прихоти стать самым могущественным на всем белом свете.
Не переставая молиться Клер двинулась по берегу в противоположную сторону от заброшенного маяка, того самого, что располагался на мысе Лаленталь. Она всем сердцем верила, что брату удалось избежать печальной участи, постигшей всех, кто сталкнулся с мистером Сквидли.
Какова была его цель? Увы, Клер этого не знала. И не хотела знать. Она ненавидела чужака так, как способен ненавидеть лишь тот, кто окончательно потерял в жизни последнюю, самую призрачную надежду.
Сделав не больше трех десятков шагов, Клер остановилась, замерла, прислушиваясь к учащенному биению собственного сердца. Рик должен быть неподалеку. Совсем близко.
Она безоговорочно верила своим внутренним ощущениям.
Слева, между плотных рядов расколотых надвое рыбацких лодок, показался огонек. Невероятно крохотный, словно кто-то, держа в руке свечу, решил среди ночи прогуляться по корабельному кладбищу.
— Рик? Это ты?! — первое, что сорвалось с губ Клер.
Но ей, никто не ответил.
Ускорив шаг, она стала быстро пробираться сквозь возникающие на пути обломки мачт, рыбацкие снасти и прочую рухлядь.
Огонек, покачивающийся над землей, быстро приближался: с каждым шагом маня своим ярким светом. Запутавшись в полах юбки, Клер едва не сбилась и, выскочив на освещенную площадку окруженную остовами рыболовных сетей, застыла будто изваяние.
Возле костра стояли трое: седобородый худой старец в потрепанном камзоле, имеющем принадлежность,
Кашлянув в кулак, старик придирчиво осмотрел внезапно возникшую гостью и, плюнув в костре, продолжил греться. Женщина повела себя более приветливо: улыбнувшись, она пригласила Клер к костру. Юноша посторонился, освобождая место.
— Мороз как моя тетка, только скулит и кусает за пятки, — протяжно заключил старик.
— Да, хороша она у тебя, — хмыкнул юноша.
— Когда в животе пусто и не так завоешь, — не согласилась женщина.
Клер потянулась к костру, ощутив приятное тепло, которое незамедлительно согрело ее дрожащее тело. Дыхание стало мерным, глубоким, а на душе возникло приятное спокойствие.
— Ну а тебя, каким ветром к нам занесло? — промежду прочим поинтересовался старик. — Или так, мимо проходила…
— Скажешь тоже, Руд, — недовольно буркнула женщина. — Станет такая красотка среди прогнивших остовов разгуливать.
— И то верно, Руф. Наверняка неспроста по кладбищу бродит, — поддержал ее юноша.
Клер смущенно опустила взгляд:
— Я ищу своего брата. Его зовут Рик, Рик Джейсон. Я знаю, он должен быть здесь.
— Почем думаешь, что здесь-то? — недоверчиво поинтересовался Руд. — Тут чужакам не место. Таким как ты и твой брат. Мы-то еще ладно — приютим. А другие цацкаться не станут, враз покажут: что, почем. Усекла?
— Ой, напугал бедную девушку, — Руф ударила старика по плечу и обратилась уже к Клер: — Ты его не слушай, деточка. И не бойся. Одинок он, вот и злится на всех кого не попадя. А так он добрый. И когда в городе жил — тоже добрым был.
— А теперь черствый стал как тот сухарь, что мы нашли в трюме 'Бортиллы', — хихикнул юноша.
— И то верно, Рун, — хлопнула в ладоши женщина. — Ты это ловко подметил.
— Вы извините… может быть, я зря подошла, — боясь нарушить не совсем понятную ей беседу, вмешалась Клер. — Мне наверное не стоило… Да и брата мне надо найти… Спасибо, что погреться позволили…
Печальный взгляд Руф заставил девушку замолчать.
— Не говори ерунды. Мы здесь нечасто гостей видим, вот и молотим языками почем зря. А ты не стесняйся, мы тебя не тронем. Не трогаем мы живых-то, понимаешь?..
— Нет, — честно ответила Клер.
— Ну и ладно, — быстро согласилась Руф. — Оно и разговор легче вести будет. Ты лучше скажи, как твой брат выглядит? Может встречали здесь. Они ведь как: вцепятся в фонарь и плутают пока вновь к морю не выйдут. А как волн коснуться, то и не поверят. Как это мол, плыли, плыли и вдруг на берегу, — попыталась объяснить женщина, но вместо этого окончательно запутала гостью.
— На следующий день все сызнова повторяется, — продолжил уже Рун. — Мы-то и рады бы помочь, да сами так путешествовали, дорогу найти не могли. Долго или быстро, а никому не избежать подобной участи. Так что они внутри себя должны это осознать. Поверить.