Хранитель историй

Нормаер Константин

И Клер приняла решение. Дверь отцовского кабинета она закрыла на ключ и убрала его в тайник. А вот библиотека… Что делать с ней?

Девушка долго думала: как бы избавиться от огромной коллекции мистера Лиджебая. Растопить бумагой камин либо отдать старьевщику. И ничего не придумав: решила оставить все как есть.

Пощадив чувства своего брата, она не стала рассказывать ему о душевных терзаниях и постаралась быстрее наполнить дом свежестью цветов и навсегда избавиться от затхлого запаха, который так любил их отец.

После предпринятых мер, визиты призрака

прекратились, но тяжелый дух недосказанности еще витал под потолком, время от времени оживляя тяжелые воспоминания.

Осторожно обрезав мертвый листок розовой бегонии, Клер услышала короткий звук колокольчика. Вернее сказать: подумала, что тот зазвонил, потому как, вряд ли новый посетитель мог проникнуть в магазин, оставив звонкого глашатого без работы.

— Чем могу помочь… — тут же откликнулся мистер Бишеп.

Однако посетитель не спешил отвечать. Придержав пальцами широкополую шляпу, он слегка приклонил голову, в знак приветствия. Хозяин 'Радужного бутона' ответил тем же.

Обычно в часы излишней занятости Клер подменяла мистера Бишепа за прилавком. Все остальные время посетители обращались исключительно к хозяину, а помощнице оставалось лишь молча наблюдать за милой беседой и по первому требованию, ловко собирать дивные букеты. Сложнейший процесс выбора, обычно, занимал около получаса — по этой причине Клер не спешила откладывать работу, продолжая состригать омертвевшие листья. Но сегодня голос хозяина прозвучал раньше, что не могло не удивить девушку.

— Мисс Клер, вы не могли бы… — как всегда не закончил фразу Бишеп. В его голосе скользнули нотки недовольства.

Приблизившись к прилавку, девушка смогла полностью рассмотреть грузного посетителя. Ветхая одежда настоящего морского волка, сидела на нем немного натянуто, словно мужчина вырос и потолстел за пару часов, а не за добрый десяток лет. Лицо гостя тоже выглядело неоднозначно: широкий лоб и густые брови практически скрывали глубокие выцветшие глаза, а кожа на щеках и шеи напоминала потрепанный парус.

— Чего изволите? — улыбнувшись своей привычной лучезарной улыбкой, спросила Клер.

В ответ, гость вытащил из кармана трубку в обход всем манерам приличия и закурил. Яркие цветочные ароматы незамедлительно исчезли за пеленой тяжелого, слегка горьковатого запаха дыма.

Опешив от подобной наглости, мистер Бишеп замахал руками и запричитал, словно беспокойная наседка.

— Что вы делаете, мистер! Как вы смеете?! У нас есть определенные правила!

Гость оскалился:

— Ненавижу правила.

— И все же я прошу вас! Я требую!

В лицо хозяина ударили плотные серые клубы. Посетитель явно издевался над цветочником.

— Я вынужден позвать стражу, — откашлявшись, наконец, выпалил хозяин.

— Безусловно, — согласился гость. В один миг он практически слился с мистером Бишепом и, прижавшись к его уху, прошептал что-то невнятное. Клер только ахнула — так внезапно это произошло. Непонятные слова гостя дурманящим ароматом расплылись по магазину, заставив мысли девушки закружиться. Она едва устояла на ногах, не смея оторвать взгляда от

невоспитанного посетителя.

Одутловатое лицо цветочника отчего-то сделалось широким и легким словно тесто, веки опали, а глаза стали прозрачными. Развернувшись на месте, он не пошел, а поплыл к дальнему выходу, куда он частенько выносил испорченные цветы.

Замерев на месте, Клер молча наблюдала за тем, как в темном проеме исчезает невысокая фигура хозяина. Она хотела окрикнуть его, но слова предательски застряли в горле.

Когда цветочник скрылся за дверью и послышался звук запирающегося замка, девушка окончательно потеряла самообладание. Реальность стала кошмарным сном, не имевшим логического объяснения.

Тем временем гость выпустил очередную порцию дыма. Морщины расползлись в стороны и словно занавес, открыли на всеобщее обозрение пеньки гнилых зубов.

— Что вам надо? — почти взмолилась Клер.

— Разговор.

— Простите?

— Только разговор, мисс Джейсон. В любом другом случае я не стал бы беспокоить вас в вашем убежище, — пояснил гость.

Не доверяя словам незнакомца, Клер осторожно отступила к подоконнику с цветами.

— Не бойтесь, мисс. Я не задержу вас больше положенного…

— И не причините вреда?

— Сегодня… Конечно же нет, — уверенно ответил гость.

Нахмурившись, Клер едва заметно дернула бровью.

Страх завис в воздухе и раскачивался словно маятник, не спеша переродиться в настоящий ужас.

Насладившись трубкой, гость от души чихнул и, сплюнув на пол, произнес:

— Не стану тянуть время, мисс Джейсон. Меня зовут мистер Сквидли, и я старый друг вашего покойного отца Лиджебая Джейсона.

— Что? — выдавила из себя Клер.

— Не удивляйтесь. Мы не виделись с вашим покойным папашей больше двадцати лет. Но раньше как говорится: были, не разлей вода… когда плавали вместе по неизведанным морям.

— Отец был мореплавателем?

— В самую точку, мисс, — согласился незнакомец. — Больше двадцати лет назад, у нас были такие приключения, что вам и не снилось.

Клер недоверчиво сморщила носик.

Но гость, продолжал, не обратив на нее внимания:

— Поверьте, то были славные времена. Ваш отец был хорошим малым, не ведающим страха. Эх, лихой тип, способный в одиночку пустить корабль в плаванье.

— Трудно поверить, — заворожено пролепетала девушка.

В ответ последовал короткий кивок: да.

— Что же вам нужно от меня?

— Всего ничего. Мне необходима последняя книга вашего отца. Работу над ней он начал перед своей смертью. Но, к великому сожалению, успел написать лишь пару строчек.

— Вы весьма осведомлены, для человека, который давно не видел своего старинного друга, мистер Сквидли, — с явным недоверием заметила Клер.

Собеседник не отреагировал, будто ждал от нее еще одного вопроса. Клер в свою очередь — сложив руки на груди — ожидала ответа.

Мистер Сквидли ей ужасно не понравился. Грубый, напористый, явно скрывающий под своим навязчивым визитом гораздо больше, чем могло показаться на первый взгляд.