Хранитель ключей
Шрифт:
Потом они прошли по коридору, выстланному мраморными плитами с золотыми прожилками. Окованная железом дверь в конце коридора была приоткрыта, сквозь щель выбивался свет.
Корли приоткрыл дверь плечом, не постучав.
— Оба со мной, господин, промокли насквозь, но целы.
Дверь широко распахнулась, за ней оказалась комната с узорчатым ковром, резными стульями, со столами, заваленными картами. Пламя свечей бросало отблески на позолоту, освещало свитки пергамента на полках, протянувшихся вдоль стен. В замке Скалистой Гавани хранились бесценные сокровища, награбленные или собранные в качестве дани с кораблей,
— Вы опоздали, — резко начал он. — Караул доложил о вашем прибытии двадцать минут назад.
Килмарк двинулся вокруг стола, на обруче, перехватывавшем его волосы, заблестели рубины.
Корли не стал оправдываться, а просто повернулся и тихо запер дверь. Годы, проведенные на службе Килмарка, научили его, когда нужно молчать. Повелитель Скалистой Гавани напряженно и испытующе уставился на Джарика, потом пересек комнату тремя размашистыми шагами.
— Юный идиот!
Килмарк взял юношу за плечо и, развернув, усадил в кресло. Король кликнул слугу, потребовав подогретого вина, и жестом велел сесть Таэн и Корли.
— Плюнь на мокрую одежду, — скомандовал он, когда Таэн заколебалась. — В пакгаузе у доков полно других красивых стульев.
Таэн села, поморщившись из-за того, что замочила дорогую парчу. Пламя свечей перестало дрожать, стало светлее, и девушка заметила, что кожаная рубашка Килмарка смята и испачкана корабельной смолой, его ногти грязные, а мокрые волосы прилипли ко лбу. Наверняка он явился сюда прямо с причала, где его люди укорачивали швартовы — ветер все усиливался.
Беспокойный, как пламя на ветру, Килмарк зашагал взад-вперед вдоль камина. Хотя лицо его скрывала тень, недовольство короля бросалось в глаза. Внезапно он остановился и заговорил.
— Огни Кора, парень! Сновидица уже сказала нам, что разбудить Анскиере тебе не под силу. Так зачем надо было сидеть там всю ночь и дуться?
Джарик напрягся. Таэн ахнула и прикусила костяшки пальцев.
Не успела она заговорить, как Килмарк повернулся к ней, прищурив полные жадного любопытства глаза.
— Ах, так ты ему не сказала!
Таэн покачала головой, с отчаянием чувствуя, что все ее усилия пропали зря. Джарик бросил на нее враждебный взгляд, и девушка тщетно попыталась исправить то, что натворили опрометчивые слова Килмарка:
— Ты бы все равно не послушал, Джарик! Что тебе ни говори, ты бы все равно поднялся на ледяные скалы, чтобы убедиться во всем самому!
Но Джарик неправильно ее понял и так сильно сжал подлокотники, что его пальцы на фоне дерева стали ярко-белыми. Дождевая вода, капающая со спутанных от ветра светлых волос, текла по его щекам, по подбородку, на котором только-только начала пробиваться борода. Ему едва исполнилось восемнадцать, и он не был готов к судьбе, доставшейся ему в наследство от
Джарик почувствовал это прикосновение и вздрогнул.
Обиженная его недоверием Таэн, сознавая, что Килмарк пристально наблюдает за ними, сделала еще одну попытку, но, когда она заговорила, ее голос прозвучал резче, чем она хотела:
— Джарик, мне не нужно прибегать к магии ваэре, чтобы видеть, как ты мечтаешь освободиться от заклятья Анскиере.
В этот момент щелкнул засов, и Килмарк мгновенно развернулся к открывшейся двери. Вошедший в комнату седой слуга с подносом, опасаясь вспыльчивого нрава короля, постарался двигаться бесшумно и как можно быстрей. Он поставил свою ношу возле ящика с подковами и начал разливать напиток из резного хрустального графина. Комнату наполнил запах специй и горячего вина.
Килмарк схватил первый же бокал и протянул его Джарику.
— Ты промерз до костей, парень. Даже маленькая девочка сейчас сбила бы тебя с ног тряпичной куклой.
Джарик поднес бокал к губам, с трудом глотнул, на его щеках выступила слабая краска. Килмарк сложил руки на груди, и Таэн почувствовала, как спадает напряжение короля.
Капитан Корли выдохнул, достал из-за голенища нож и начал ритмично водить лезвием по точильному камню, который откуда ни возьмись оказался в другой его руке.
Слуга снова взялся за дело, уже не так торопливо, словно его успокоил этот привычный ритуал.
— Что ж, — сказал Килмарк, прислонившись к столу с картами и оглядывая комнату. — Вот что я предлагаю.
Тон его голоса, впрочем, говорил: сейчас последует не предложение, а приказ, и Таэн, взяв из рук слуги бокал с подогретым вином, подумала, что никаких возражений король не потерпит. Корли тоже это знал. Сталь тонко скрипела под его рукой, глубоко посаженные светло-карие глаза были полуприкрыты.
— Моя бригантина «Безлунный» готова к отплытию. Экипаж стоит на якорной вахте. — Килмарк сунул большие пальцы за пояс. — С отливом она выйдет в море под моим флагом и доставит вас обоих на остров ваэре.
Джарик зажал бокал между колен, поднял голову, и пламя осветило его раскрасневшиеся щеки.
— Нет.
Точильный камень Корли с резким звоном ударил по стали, а слуга поспешил выйти из комнаты. Таэн охватил страх. Она с тревогой наблюдала, как правая рука Килмарка, в которой король привык держать меч, напряглась так, что стали расходиться швы манжеты.
— Я ничего не слышал, парень.
— Сейчас услышите. — Джарик спокойно поднял голову. — Лодку, на которой я сюда прибыл, «Каллинде», мне дали взаймы. Я должен вернуть ее рыбаку из Меаррен Арда.
Килмарк выпрямился медленно и гибко, как кот. Пальцы Корли замерли; шелестящие звуки стали, трущейся о точильный камень, стихли. По коже Таэн пробежали мурашки. Она чувствовала, что вот-вот может произойти кровопролитие. Джарик должен уступить, иначе ему придется плохо!
Почти не думая, она прибегла к помощи своего дара, чтобы заставить Джарика отказаться от своего упрямого намерения и защитить юношу от гнева Килмарка. У Таэн не было времени, чтобы преподнести помягче вести, которые она хотела донести до сознания Джарика; она просто сосредоточилась и показала ему место, лежащее в десятках лиг от Скалистой Гавани.