Хранитель меча
Шрифт:
Свет факелов уже трепетал где-то внизу, и эхо доносило до него голоса Ринна и Керила. Их смех звучал все же несколько напряженно, хотя они и старались это скрыть.
Лестница привела Арлина в небольшое, тесное и сырое помещение, откуда уходили под холм несколько темных тоннелей. Устья нескольких из них были наполовину засыпаны обвалившимися с потолка камнями. Король исследовал все штольни по очереди, и его приятели следовали за ним по пятам. Мартен остался стоять в центре небольшой комнаты, испытывая сильное нежелание двигаться дальше.
Арлин присоединился к Мартену как раз в тот момент, когда Гэйлон
— Арлин пойдет со мной, — сказал Гэйлон, возвращая факел Ринну. — А вы подождите здесь.
И, пригнувшись, он нырнул в тоннель.
Молодой южанин последовал за ним, освещая путь своим факелом. Сосновая смола потрескивала, а пламя факела облизывало низкий свод штольни. Коридор изогнулся и неожиданно оборвался, и король с Арлином оказались в крошечном склепе, посреди которого стояло два каменных саркофага. Мраморная крышка одного из них когда-то была разбита на несколько кусков, но теперь эти куски были скреплены между собой цементным раствором. Обходя вокруг него, Арлин почувствовал, как что-то хрустнуло у него под ногой. Неизвестно что почудилось ему в первый миг, ибо он испуганно вздрогнул и посмотрел на пол. Но это был только цветок — белая роза, высохшая и побуревшая от времени.
Гэйлон остановился около второго саркофага, который выглядел более новым. Опершись о его крышку обеими руками, он наклонил голову и раскашлялся.
— Ты чувствуешь этот запах? — спросил он наконец, с трудом переводя дыхание и вытирая рот кончиком плаща.
— Какой запах, милорд?
— Сладкий запах лесных фиалок, Арлин.
Арлин неловко пожал плечами:
— Нет, милорд. Я чувствую только запах дыма от факела.
— Почему ты идешь за мной? — неожиданно спросил Гэйлон, и его глаза сузились.
— Что вы имеете в виду, сир?
— Я имею в виду только то, что сказал. Почему ты со мной?
— Потому что вы — король, — растерявшись, ответил Арлин.
— Роффо — твой король, не я. Отвечай честно.
— Я с вами потому… — Ксенарский аристократ почувствовал в груди непривычный холод. — Мы все следуем за вами потому, что… любим вас.
— Боги мои! Что за дурацкая причина! — Гэйлон ударил кулаком по холодному камню, и Арлин почувствовал внезапный гнев.
— Тогда все мы — дураки, и я — самый главный! Вы «мой» король, и я готов присягнуть вам на верность, если это доставит вам удовольствие. Я с радостью отдам жизнь за вас, милорд!
— Нет, ради всего святого — нет! — вскричал Гэйлон, и Арлин увидел, как страшно исказилось его лицо и вздулась на лбу жила. — Обещай, что ты не умрешь за меня! Обещай мне это!
— Нет, сир, этого обещания я дать не могу, — твердо ответил Арлин и сделал небольшой шаг вперед, надеясь отвлечь короля от этой странной темы.
— Чей это гроб?
— Еще одного глупца, — с горечью ответил Гэйлон, отворачиваясь.
Не проронив больше ни слова, король скрылся в темном тоннеле, и Арлин был вынужден последовать за ним.
Свет факелов, колеблемый потоком холодного воздуха снаружи, плясал по стенам маленького помещения,
— Его величество утомлен. Мы должны вернуться в замок.
Гэйлон услышал его слова, но, к великому удивление южанина, согласился.
— Да, я устал, — выхватив из рук Мартена бутылку бренди, он запрокинул голову и вылил остатки напитка себе в горло, а затем швырнул опустевший сосуд на каменный пол. — Слишком устал, чтобы преодолеть долгий обратный путь в Каслкип. Может быть, мне удастся найти путь покороче.
Выхватив факел из рук Керила, король нырнул в тоннель, который находился дальше всех от ступенек.
— Пошли, — резко сказал Керил Ринну. — Иначе мы его потеряем.
— Не потеряем, — сварливо отозвался сын портного. — Это игра. Не хочет же он в самом деле заблудиться в этом под вале!
Несмотря на эти свои слова, Ринн покорно сложился чуть ли не пополам и позволил Керилу втолкнуть себя в тот же тоннель.
Чуть слышно бранясь, Арлин собирался последовать за ними, но Мартен схватил его за руку.
— Как ты думаешь, не сходит ли он с ума?
— Мы всегда это знали. Мартен. Возвращайся. Тебе не нужно ходить туда.
Эрл коротко рассмеялся:
— Нужно. Жаль только, что я взял с собой так мало бренди. Там, внизу, холодно, как в могиле. Собственно говоря, это и есть могила.
И он, опустив факел, вошел в тоннель.
Король в одиночестве уходил все дальше в тоннель. Усталость сказывалась все сильнее, и он ощущал тупую боль в груди, однако он слишком долго провалялся в постели наедине со своими собственными мыслями. Время от времени до него доносились приглушенные голоса товарищей, но вскоре изгиб коридора заглушил и их. Только под ногами бренчали обвалившиеся с потолка штольни обломки пористого камня, обнажавшие прогнившее крепежное дерево.
Гробница Орима находилась где-то в этом коридоре — Гэйлон ощущал слабую эманацию неуправляемой энергии, подобную той, какую излучал Кингслэйер, и теперь она вела его. На полу штольни тем временем появился странный плотный туман, в который его ноги погружались до самых лодыжек. Туман словно жил самостоятельной жизнью; он волновался, клубился, выпускал вверх гибкие усы, которые словно принюхивались и снова исчезали в густой серой массе.
По сторонам коридора то и дело мелькали другие тоннели, которые служили входами в небольшие склепы. В каждом таком склепе стояло по одному каменному саркофагу, покрытому пылью и ничем не украшенному. Король проверил все встретившиеся ему ответвления главного коридора и обнаружил, что некоторые из погребальных камер обрушились.
— Милорд!
— Я здесь, — отозвался Гэйлон через плечо.
Вскоре его догнали отдувающиеся Керил и Ринн. Склонный к полноте рыжеватый Керил поднял ногу, и все увидели, как языки тумана потянулись за башмаком, неохотно выпуская свою добычу.
— Что это такое? Чувствуешь себя так, словно идешь по тарелке с супом, — он чихнул. — И пахнет отвратительно.
— В таком случае лучше не суй в него свой нос, дражайший кузен, — посоветовал Гэйлон. — И держись посередине коридора, пока ты не задел стену и не обрушил что-нибудь нам на головы.