Хранитель Силы
Шрифт:
Будь у него в ту минуту адрес барона, поехал бы к нему тотчас же, однако место его обитания Альберт Круг или не выдал, или в самом деле не знал, что было вероятнее всего, поскольку редактор выполнял задачу довольно узкую: после хлопот его газеты по вызволению русского журналиста из немецкой каталажки войти к нему в доверие и подружиться. Примерно столько же знала Барбара — все знал только один барон.
Чтобы привести в порядок мысли и чувства, Андрей пошел пешком, и вроде бы не забывал об ориентации в незнакомой части города, поглядывал по сторонам, когда поворачивал, однако внезапно
И тут шедший за спиной человек догнал его, заглянул в лицо
— Вам нужна помощь, господин Хортов?
Эта услужливость сразу же привела в чувство: по крайней мере, еще трое молодых людей держали его под наблюдением и двигались по бокам и впереди, а вдоль тротуара со скоростью пешеходов катила синяя «ауди».
— Благодарю, — бросил Андрей, не повернув головы. — Справлюсь сам.
— Прошу в машину!
Шедший впереди хлопец заслонил дорогу, но в тот же он получил под дых и стал сгибаться, а добавить ему Хортов не успел — двое повисли на руках, третий перехватил голову сгибом руки и через несколько секунд его чуть ли не внесли в «ауди». И здесь, в невероятной тесноте, его еще продолжали блокировать с двух сторон, а один все пытался провести ментовский болевой прием — делал «ласточкин хвост», разрывая пальцы. Почти лежа на заднем сиденье, Андрей изловчился и дал ему ботинком под санки — тот отпустил руку и завернул матом по-русски, причем, с окающим нижнегородским диалектом.
— А, свои! — обрадовался Хортов. — Ну, хватит шею-то ломать! Отпусти!
Голову отпустили, но продолжали держать за руки. Машина уже неслась по улице, отчего-то навстречу общему движению, против шерсти, а человек на переднем сидении, вероятно, главарь этих захватчиков, озирался на Хортова и тихо матерился. Второпях он зажал дверцей полу плаща и теперь бесполезно пытался на ходу открыть ее и освободиться, но замок заклинило намертво.
— Ну ты попал! — засмеялся Андрей, склоняясь вперед. — Что, фалды прищемило?
Главарь неожиданно ловко вывернулся из плаща и обернулся назад.
— А тебе весело? — спросил по-русски. — Давай, повеселись пока, а потом я тебе фалды прищемлю дверью.
— Приятно иметь дело с соотечественниками. По крайней мере, нет языковых ловушек и все понятно.
— Ну, ты поумничай еще, — пригрозил тот и отвернулся. — Хрен моржовый…
Всю дорогу после этого ехали молча, и Андрей никак не мог сориентироваться, куда везут. Через двадцать пять минут машина резко свернула во двор старинного П-образного дома с высокими каштанами, сходу закатилась в открытую дверь гаража, и тут же послышалось что-то наподобие вздоха облегчения.
— Иди вперед, — скомандовал главарь, отомкнув маленькую дверцу в стене.
Полуосвещенными подвальными переходами и лестницами они пришли в какой-то бункер, весьма уютный, с современной отделкой, мягким зеленоватым светом
Хортова привели в комнату, где за стеклянной стеной в голубой воде плавали крупные, разнопородные рыбы, после чего сопровождающий незаметно исчез.
А вместо него, так же незаметно, рядом оказалась Барбара.
— О, Андрей! — будто бы обрадовалась она. — Как я рада тебя видеть!
Одежда на ней, кажется, была сшита из рыбьей блестящей кожи…
— Замечательно! — возмутился Хортов. — Жена отлавливает мужа и привозит к себе под конвоем! Объясни пожалуйста, что это значит!
— Я не могла иначе поступить, — повинилась она. — Ты весьма строптивый человек… И так сложилась ситуация… Я была вынуждена проявить волю.
— Да, и я теперь нахожусь в тюрьме!
— Нет, это не тюрьма. Это один из моих офисов. Я называю его — Аквапарк.
— Разница небольшая…
— Пожалуйста, не обижайся, Андрей! Я разыскала и привезла тебя… потому что тебе грозит опасность! Нам обоим грозит опасность! Неужели ты не чувствуешь этого?
— Нет, я живу в безопасном месте, в доме, который подарила ты, — съязвил он. — А там и стены помогают.
— Не надо так говорить! Ты совсем не глупый человек! Ты очень умный и предусмотрительный человек! — заговорила она вроде бы с неподдельной страстью. — Ты не можешь не чувствовать опасности! Поскольку знаешь, с кем имеешь дело! Ты сегодня встречался с Альбертом Кругом!
— Мне кажется, он мелкий и трусливый, — отмахнулся Андрей, внутренне сосредоточившись.
— Это неверное, обманчивое впечатление!
— Вообще-то все твое окружение мне далеко безразлично, — заключил Андрей. — И у меня нет никакого желания продолжать подобные встречи. Я хочу домой.
Показалось — Барбара даже чуть успокоилась
— Сейчас это невозможно. Тебя не выпустят из Германии и, если ты сумеешь выскользнуть, — найдут и в России.
— И что мне остается? Сидеть в твоем бункере?
— Нет. Мы будем действовать, — жестко заявила она. — Я приняла решение взять все в свои руки. Барон слишком неразворотлив и старомоден, чтобы довести дело до конца. Меня раздражают эти его обряды и эзотерические увлечения! Мне некогда заниматься глупостями.
До боли знакомый комсомольский задор и сверкающие глаза Барбары ярко напомнили прошлое…
— Сейчас ты красивая, — заметил он, воспользовавшись короткой паузой.
— Что ты сказал?..
— Я говорю, занимайся своими серьезными делами, а я поехал в Москву.
— Мы поедем в Москву. Только вместе и чуть позже.
— Надо понимать, я полностью лишен свободы?
— В целях нашей общей безопасности, — отпарировала она — Я тоже сижу в Аквапарке. И ненавижу этот рыбий образ жизни… Но выходить отсюда пока нельзя!
— Боишься барона?
Она отвела взгляд.
— Послушай, Андрей… Я сделаю все, что ты хочешь… Дам развод, если будешь настаивать… Но ты должен помочь мне.
— Эту фразу я ждал от тебя, как только приехал в Германию, — признался Андрей.