Хранитель Виртуальности
Шрифт:
«Хонда» вновь останавливается. Сатанисты выходят, копаются в моторе.
В этот раз Клео должна позвонить Заратустре. Больше ей звонить некому.
Действительно, Клеопатра набирает какой-то номер.
— Юра, это я. Слушай и не перебивай, у меня всего несколько секунд. Появились проблемы. Меня захватили сатанисты. Те, из клуба спиритуалистов. Везут куда-то за Митино, на «хонде» цвета «мокрый асфальт». Собираются принести в жертву. Вроде не шутят. Если можешь кого-нибудь прислать — пришли. Знаю, у тебя своих дел по горло, но
— «Хонда» цвета «мокрый асфальт», идет по шоссе прочь от Москвы, уже за Митино. Постарайся их задержать, я раньше чем через полчаса на Волоколамское шоссе не выеду. Сможешь?
— Постараюсь. Не волнуйся за меня, я справлюсь.
Отлично. Настоящее имя Заратустры — Юра. Номер его кома мне теперь известен, но он мне уже без надобности. Скоро Заратустра сам примчится сюда на своей — временно — фуре.
— Арнольд, она позвонила кому нужно. Он прибудет через полчаса. Начинай чинить двигатель.
Видишь, Клео, какой я добрый! Тебе не придется ничего придумывать, чтобы задержать сатанистов на шоссе, — мы будем вместе ждать Заратустру.
— И еще. Молодого человека, который попытается освободить Клеопатру, нужно взять живым. Девушка мне не нужна, но, если будет такая возможность, пусть и она пока поживет. Если возникнут проблемы, к вам подъедет толстячок на «рэйнджровере». Слушаться его, как меня самого! Все ясно?
— Абсолютно все, мессир.
— Тогда действуйте.
Остановившись метрах в трехстах от «хонды», я связываюсь по Т-каналу с предком, докладываю обстановку. Не исключено, что мне тоже понадобится поддержка. Предок отвечает коротко:
«Я очень занят, но сделаю все, что в моих силах. Храни тебя Первый».
«И тебя храни».
Я не знаю, с какой стороны подъедет фура Заратустры, и вынужден отслеживать каждую. Но все они проходят на большой скорости мимо, мимо, мимо…
Представляю, с какой надеждой смотрит на эти машины-монстры Клео. И как разочаровывается после того, как очередная надежда умирает. Каждые две-три минуты надежда зарождается и умирает, зарождается и умирает… Будь я обывателем — не выдержал бы, сошел с ума. Но Клеопатра держится.
Ну и толстокожая…
Глава 24
Застывшим умам не верю я. Кто не может лгать, не знает, что есть истина.
…Но и в «Эволюции» пришлось ввести некоторые законы, определенные ограничения, чтобы вырвавшиеся на волю инстинкты не смогли проникнуть из мира виртуального в мир реальный. Самым главным из них стал закон отрицания памяти. Погрузившись в «Эволюцию», игрок полностью забывал о том, кем он был в реальности, а вынырнув из Игры, не помнил о том, что нарушал в ней некоторые законы социума…
Фура подъезжает через двадцать минут. Точнее, не подъезжает, а как-то незаметно подкрадывается. Только что шла на большой скорости, мимо — и вот уже стоит так, что «хонда» может выбраться из-за брюха фуры только назад, только на малой скорости…
Я стартую позже, чем следовало, и не успеваю блокировать фуру. Рыкнув дизелем и выпустив сизое облачко, она плавно трогает с места буквально через десять секунд после того, как остановилась. Все, что я успеваю, — это секунд через двадцать пять остановить джип там, где она только что стояла.
Картина перед моими глазами предстает удручающая.
Оба сатаниста лежат возле «хонды». Один без сознания, другой стонет, катаясь по асфальту. Но крови нет.
Интересно, чем это их Заратустра? Резиновыми пулями? Или парализующими вроде тех, какими усыпляют диких животных? Гуманный, однако: не стал убивать.
Вообще-то мне эти «свидетели сатаны» совершенно не нужны. Карт-бланш, который я получил на эксплуатацию верований обывателей, предполагает, что очевидцы чудес будут нейтрализованы. Я мог бы убрать их прямо сейчас.
Но в сложившейся ситуации они могут оказаться полезными — в качестве помощников. Иначе у меня в подручных останется только смертельно обиженная Клеопатра.
Я оглядываюсь. Довольно-таки высокий джип хорошо закрывает и меня, и сатанистов от водителей легковушек и авто, время от времени обдающих меня волнами уплотненного воздуха. Правда, дальнобойщики могут увидеть, чем я тут занимаюсь, но они помогают только своим, водителям таких же фур, а владельцев джипов и легковушек не больно-то жалуют. Что ж, тем лучше для меня.
Я достаю аптечку, вынимаю из нее две противошоковые иглы, быстро делаю сатанистам уколы. Едва старший приходит в себя и опознает во мне посланца мессира, я ставлю задачу:
— Как только очухаетесь, догоняйте фуру. Ближе чем на двести метров не приближайтесь. Дальше я буду действовать сам, вы мне понадобитесь только в случае непредвиденных обстоятельств. Все понятно?
— Все. Мы должны быть на подхвате, так?
— Именно.
Младший сатанист, Федя, оклемавшись, сидит прямо на асфальте и удивленно таращится то на меня, то на своего товарища.
— Я — посланец вашего мессира, — внушаю я ему. — Он говорил вам, что вы должны слушаться меня, как его самого?
— Говорил.
— Тогда до встречи после окончания работы.
После окончания работы я должен буду их убить. Думаю, это не займет много времени.
Я сажусь в джип и стартую. Догнать фуру — задача элементарная. Сложнее ее остановить. Джип против нее — все равно что подросток против борца-тяжеловеса. Будь я киношным суперменом — перепрыгнул бы на ходу из «рэйнджровера» на подножку фуры, выбил локтем стекло, схватил за горло Заратустру…