Хранитель
Шрифт:
– Неа. Аня шмыгнула носом и сказала: – Если он вдруг… его…
– Ну, успокойся же, маленькая – Сказал Марк, кладя левую руку поверх ладони Оли – я уверен, что с ним всё хорошо… Я отвезу тебя сегодня.
Начинался день у Ани всегда одинаково. Девушка вышла из комнаты, зашла в ванную комнату
Она очнулась, лежа на собственной постели в пустой квартире, она была очень удивлена и испугана. Сегодня утром она получила письмо, которое было адресовано ей накануне, и теперь оно лежало на столе, а тогда валялось на земле в том месте, где его и выронил Кир, подскакивая к девушке, чтобы поймать, это она уже видела, а потом снова тьма. Безуспешные попытки дозвонится до него. И страх… Его путы оплетали сердце, проникая в душу, показывая то, что он так сильно (и все-таки безуспешно) пытался скрыть от всех, включая себя саму. Приехал Марк около получаса назад, и начались обычные серые будни, наполненные самыми обычными и скучными обязанностями и заботами. Да, но как обычно бывает, когда думаешь, что все хорошо и ничего плохого произойти не может – кое-что не так и просто и дело вовсе не в том, что Кир не давал о себе знать уже три дня к ряду.
– Ань, ты домой идешь?
Аня отложила бумаги в сторону и посмотрела на часы – Сейчас уже поздно, мне пора идти.
– Точно? А теперь посмотри, аккуратно и хорошо?
Затем, не поднимая головы от бумаг, она кивнула и снова уткнулась в бумаги Дверь захлопнулась за Марком, он тяжело вздохнул и ушел.
Комната Анечки была обставлена в теплых тонах. По стенам были уложены панели из сосны и лакированный паркет. Напротив двери из матового стекла стоит дубовая доска и кожаный диван, у стены – деревянный стол и два кресла, у окна – письменный стол и два стула, у стены – книжный шкаф. Стены были обиты панелями под дерево, а в кабинете стояли маленькие лампы. Были и картины… лесные просторы…
За письменным столом она все еще сидела в кресле со своими бумагами и была окружена лесом и звуками леса. И она услышала тихий смех – на столе рядом со мной лежал юноша. Он откинул темные, как у нее самой, волосы со лба, открывая ее взору такое странное лицо и такие почти забытые нежные теплые глаза цвета молочного шоколада.
А на юноше была широкая белая рубаха с широкими рукавами и широкий кожаный ремень. В сапогах, которые он носил на ногах, была вставка из льна, которая доходила до середины икр и заканчивалась там, где начиналась штанина.
– Приветик! – произнес тот же голос – сестрёнка.
Сознание снова возвратилось к ней с неожиданной картиной прошлого – той самой картины из далекого детства, которую ей удалось отогнать от себя все эти годы, считая ее плодом своего детского воображения. Лес окружил поляну высокой травой, скрывшей от чужих глаз мальчика и девочку. Молодой человек был на спине, подложив под голову руки, ноги его были согнуты в коленках, а на животе лежала совсем еще маленькая девочка, которая была младше трех лет. Девочка играла с его пальцами и смеялась каждый раз, когда на нее садилась муха. И вот сейчас она снова рассмеялась, спугнув бабочку, которая села ей на носик. На это юноша ответил смехом, наблюдая за попытками сестры поймать ее.
Конец ознакомительного фрагмента.