Хранитель
Шрифт:
– Пытаюсь пульс нащупать, – огрызнулся Хранитель. – Еще не знаю.
– Давай я.
Артур подавил желание спросить, насколько лучше Кирилл ищет пульс.
Он хотел закрыть вопрос. Потому что Алиса не его ответственность.
Кирилл занял его место на металлической ступеньке, сунул руку водителю за ворот и замер. Выставил свой щит желтого, слишком холодного, стремящегося к зеленому, цвета. Артуру никогда не нравился этот оттенок, хотя он не понимал, почему.
Он привалился спиной к горячему
– Он… умер? – осторожно спросила Алиса, сделав шаг к Артуру.
– Не знаю, – пожал он плечами, стараясь не смотреть на нее. – Кирилл сейчас скажет.
– Я думала, вы не работаете вместе… ну, вы же ненавидите друг друга… – она почти шептала.
Артур усмехнулся и наконец посмотрел на ученицу. Взгляд ее зеленых глаз схватил за душу. Он не закроет этот вопрос никогда…
– Не во время работы, – Хранитель с трудом совладал с голосом. – Сейчас закончим, разойдемся и будем ненавидеть друг друга дальше.
– Странные вы…
– Нет. Это взрослые отношения. Было бы глупо подраться над трупом.
Алиса выдавила грустную улыбку и отошла назад.
Кирилл сбросил щит, соскочил со ступени и отряхнул руки, поморщившись. Артур подавил шутку о брезгливости.
– Жив, но без сознания.
Вторая шутка про очевидность была так же жестоко подавлена.
– Уходить не хочет, но нужно, чтобы скорая приехала побыстрее. Настроен, кстати, весьма оптимистично. Уверен, что погуляет на свадьбе дочери.
Кирилл кивнул Артуру и с хитрой улыбкой посмотрел на Алису. Она сделала ужасные глаза и схватила подол футболки, нервные пальцы быстро собрали ткань в складки. Артур мысленно подбил Кириллу глаз.
– Думаю, пока мы ждем, ты можешь попробовать войти в контакт. У нас мало времени, но тренировка нужна.
Он предупреждающе посмотрел на Артура, тот нехотя кивнул. Его распирало от желания поспорить. Просто из принципа. Алиса только месяц в Хранилище, а Кирилл уже заставляет ее контактировать с душой.
– Начинай со щита, – Хранитель указал ученице на ступень маршрутки. – Он жив, умирать не будет, ты только поможешь, если поговоришь с ним. Я подстрахую.
Артур закатил глаза и встал рядом.
Алиса вздохнула. Черные балахоны, кол в груди, кровь и эти жуткие увядшие цветы на белоснежном платье… Почему Кирилл решил, что она справится сегодня после того страшного дня и полной липкого ужаса ночи?
Она жалобно посмотрела на наставника, но он лишь кивнул в ответ.
Ничего. Она справится. У нее только что получился щит, пока они шли. И не две минуты, а целых пять. Несмотря на все, что случилось…
Желудок предательски сжимался, грозясь выкинуть остатки завтрака.
– Нужно учиться, – с нажимом
Алиса кивнула, забралась на ступеньку. О чем она думала несколько минут назад, когда смогла поставить щит? Все о том же. Что с Кириллом ей комфортно, что он понимает ее, что поддерживает и терпит все выходки. Что ему можно доверять.
Теплая волна прокатилась по коже. Алиса кивнула сама себе, подняла глаза на водителя. Девушку убил ее любимый. Сам же привел и отдал в руки другим, чтобы принести в жертву. Что, если он и не любил ее никогда? Предал, а потом убил?
Чувство защищенности исчезло, оставив холодную пустоту.
Алиса зло тряхнула головой.
Александр. Ей было комфортно рядом с ним.
Теплая волна прокатилась по коже, заслонив от внешнего мира. Теперь можно войти в контакт с душой. За что водителю это? Виноват он в аварии?
Пустота. Холодная, зияющая пустота…
Начала сначала. Александр. Всегда заменял отца, всегда был рядом. Теплота, защита. Он сам был для нее как щит. Как ее защитник…
– Молодец, – кивнул Кирилл. – Контакт.
Алиса попыталась выгнать мысли, оставив ощущение теплоты в душе. Оно слабело с каждой секундой все сильнее. Не злиться, не расстраиваться. Она справится. Вдруг откуда-то взялись силы, словно энергия, дававшая силы щиту, нашла новый источник и напиталась сполна. В груди родилось стойкое чувство надежности, уверенности.
Алиса пыталась звать душу, прислушивалась. Тишина. Как вчера не получилось. Состояние отрешенности не приходило.
– Никак! – воскликнула Алиса, глядя на водителя.
– Сосредоточься, – прошипел Кирилл. – Зови его.
«Ответь, пожалуйста. Я хочу поговорить с тобой»
Тишина. И на пятый, и на десятый призыв – тишина…
– Пой песню про себя, – произнес Артур. – Такую тягучую, чтобы в транс вводила, но не нагоняла уныния. Так щит поддержишь и контакт наладишь.
Кирилл недовольно поджал губы. Алиса забегала глазами, вспоминая хоть одну такую песню.
– Дядя Коля, помнишь, пел? – улыбнулся Артур. – Про Волгу.
Про Волгу… Алиса замерла. Помнит. Это она услышала эту песню по телевизору, упросила папу разучить слова, а потом Николай несколько раз играл ее на гитаре.
– А мне уж тридцать лет, – вздохнул Артур.
– Не тебе, а мне, – покачал головой Кирилл. – Будет.
Артур покосился на него так, словно бывший друг чего-то не понимает, покачал головой.
«Привет»
Алиса вздрогнула от неожиданности, схватилась за спинку сиденья. Кирилл придержал ее сзади за поясницу.
«Здравствуйте»
«Так скучно… Хорошо, что ты смогла прийти»
«Вы же… не умерли?»
Она стиснула зубы, краснея.
«Нет, не умер» – судя по тону, душу этот вопрос позабавил.