Хранители крови

Элиссон

— И Моуди дал его мне…

— Чтобы быть в курсе событий, — Малфой удовлетворенно кивнул. — И не пропустить ничего интересного.

Гарри поглядел на ауроскоп: прозрачное стекло, стилизованный глаз в середине. Перевел взгляд на Луну и вдруг почувствовал, как краска приливает к щекам. Девушка смотрела на него пристально, понимающе. Он подумала о том же.

— Вот сволочь, — пробормотал Гарри, отчаянно пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. От слабости голова вновь начала кружиться, а перед глазами все поехало. Он постарался расслабиться.

—

Потом, увидев, что для обряда все готово и даже жертва доведена до кондиции, он прихватил с собой здоровенную ловушку и приволок ее сюда, — как ни в чем не бывало продолжил Малфой. — Вот это уже точно его личное изобретение.

— Ловушку? — Гарри отвлекся от мыслей о том, как бы поубедительнее донести до Моуди, что тот козел.

— Теперь отец действительно сгниет в Азкабане, — задумчиво произнес Малфой. Гарри показалось, слизеринец не испытывает по этому поводу никаких сожалений. — Но я тут ни при чем. Ритуал выполнен, — Малфой развел руками.

— Так Моуди поймал хранителя, говоришь. Зачем?

— А Мерлин его знает, этого психопата. Может, в зоопарке выставит детишек пугать? Или в Министерстве — министра?

— Он мог сказать мне, — проворчал Гарри.

— И что бы ты сделал тогда? Согласился послужить наживкой?

— Нотс, Брустер, Блейз, — Гарри покачал головой. — Получается, они на его совести? Получается, Моуди скормил их твари. Получается, он с самого начала знал, что кто-то умрет, видел в ауроскопе и ничего не делал? Ждал, пока не будет проведен какой-то гребаный ритуал? А если бы, — Гарри задохнулся, стиснул в кулаках простыню. — Если бы мы все здесь погибли? Если бы тварь сожрала всех до одного?! Он бы запустил новую делегацию стажеров? Как пушечное мясо, да?

— Поттер, ваши вопли слышно даже на улице!

Дверь распахнулась, и через порог шагнула зловещая фигура аврора. Стуча металлической ногой, проковыляла к камину, опираясь на посох, и остановилась.

— С возвращением, сынок.

— Вы… — Гарри подавился словами. Их вдруг стало слишком много — и ни одного. — Вы… вы… — он жалко разевал рот, силясь сказать хоть что-нибудь, не мог ничего придумать.

— Тебе сейчас вредно напрягаться, парень, — заметил Моуди, наблюдая за его убогими попытками возмутиться и наорать. — Неровен час, опять грохнешься в обморок, а нам уходить пора. Скоро прибудет следовательская группа из Отдела Правонарушений и Контроля Преступлений, и если не хочешь подвергнуться десятичасовому допросу прямо сегодня, лучше поторопиться.

— Я думал… Брустер говорил, нам нельзя покидать поместье, — пробормотал Гарри.

— В исключительных случаях можно. Я разрешаю. Так что одевайся и пошли.

Моуди сгреб со столика ауроскоп, затолкал его в обширный карман своего древнего как мир потасканного плаща и заковылял обратно к двери.

— Сэр, — позвал Малфой. Его голос в присутствии Грозного Глаза растерял все свое презрительное высокомерие и уверенность. — Я тоже могу идти?

— Еще чего, — рыкнул Моуди. — Ты остаешься, гаденыш. И проведешь здесь еще много незабываемых часов, поверь

мне!

Довольно хохотнув, Моуди скрылся за дверью.

— Пять минут, Поттер! — донесся из коридора его бодрый голос. — Жду вас с Лавгуд в каминном зале.

Какого черта?! – взвыл Малфой и с остервенением грохнул чашкой об стол. – Он же получил все, что хотел! Я оправдан, я теперь свободен!

— И не надейся, что я стану свидетельствовать в суде в твою защиту, — с мстительным удовольствием усмехнулся Гарри. – Разве что ты очень–очень попросишь.

Малфой заскрежетал зубами, но язвительную реплику проглотил.

Луна встала с кровати и принялась собирать вещи и рассовывать их по рюкзакам. Гарри медленно сел, прислушиваясь к ощущениям: по телу разлилась чудовищная слабость. Неужели он в таком состоянии был способен подняться с постели и еще куда-то идти? Или, не дай бог, аппарировать?

Малфой окинул его полным отвращения взглядом: голая грудь с высохшими разводами пота, грязи и крови, глубокие царапины от ритуального перышка с насохшей кровавой корочкой, застегнутые — слава Мерлину! — брюки с красноречивыми белыми следами. Тьфу, пакость! Он не мог здесь больше оставаться.

Вскочив со своего стула, Малфой надменно задрал подбородок и прошествовал к выходу.

— От тебя несет, как из выгребной ямы, — сообщил Малфой и хлопнул дверью.

Гарри даже не глянул ему вслед.

— Все, что мне сейчас нужно, — это горячий душ и койка, — с чувством произнес он, натягивая на себя грязную футболку.

— Я хотела почистить, но Моуди велел не применять магию, потому что это может тебя ослабить, — тихо сказала Луна. — Ты как себя чувствуешь?

— По сравнению с тем, как было в подземелье, просто отлично, — признался Гарри. — А ты… — он запнулся, чувствуя себя внезапно скованным и неловким, — что-нибудь видела? Заходила туда, когда я… ну, в общем, во время обряда?

Он не знал, почему для него это так важно. Достаточно, наверное, одного Малфоя в качестве свидетеля его позора. Хотя на то, что видел Малфой, ему через сутки будет плевать. А вот Луна…

— Нет, — спокойно сказала девушка. — Я встретила Моуди, когда он уже подтащил вас обоих к той двери, что выводит к стене с водостоком.

Гарри облегченно вздохнул.

— Наверное, это было ужасно, — сочувственно произнесла Луна, протягивая ему водолазку.

— Да знаешь… — Гарри потер шрам, наморщив лоб, и вдруг улыбнулся. — Временами даже приятно.

Луна слабо улыбнулась в ответ.

Рука об руку они спустились в каминный зал по широкой лестнице. Шторы были раздвинуты, впуская в помещение робкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь седые осенние облака. В высоченном окне танцевали прозрачные витражи: две ведьмы, черноволосая и блондинистая, Белла и Нарцисса. Их великолепные платья наконец просохли от дождя, юбки и роскошные волосы взлетали и кружились, разбрасывая по комнате множество цветных бликов.

Малфоя не было. Моуди, хромая, мерил шагами расчищенное пространство перед погашенным камином.