Хранители миров
Шрифт:
Городок, в котором они жили, был совсем маленький - домов пятьсот. Можно было смело называть его деревней, но имелось существенное отличие - в деревне избы стоят в одну линию и у каждого есть свой двор, здесь же дома находились в общей куче и без всяких порядков, улиц как таковых не наблюдалось. Но это было еще не самой главной разницей. Под деревней ведь понимаются не только кривобокие избушки, да злостные бабки-сплетницы, там еще растет сочная трава, цветут заливные луга, и пасутся пушные жирненькие овечки. Здесь же ничего этого не было, ни деревца, ни кустика, ни травинки, одна лишь грязь, да пыль. Если уж охарактеризовывать
Киртли выбежал на улицу и сразу же чуть не врезался в Вилла, восьмилетнего брата его лучшего друга Тилта по кличке Волчонок...
Вообще, что касается кличек, то они здесь были абсолютно у всех, включая младенцев и стариков, а у некоторых даже по две - не могли же, например, друзья Дролла называть его Блевотиной. В своем кругу он был Вепрем (то есть в душе его не любили и здесь). Киртли разумеется тоже не все называли Подброском. Но его кличка, это вообще долгая история. В пятилетнем возрасте во время сильной грозы в него едва не угодила молния, за что он тут же был наречен Громоотводом, а вскоре и просто Громом, но потом посчитав, что это прозвище слишком "громогласное", его заменили на другую нелепицу, соответственно тоже продержавшуюся не больше недели. Киртли чуть ли ни каждое утро получал новую кличку, и чуть ли ни каждый вечер кто-нибудь говорил: "если он ......, то я червь навозный (или царь зверей, черепаха или гепард, осел или филин, и так далее, в зависимости от многоточья)". В конце концов у его друзей кончилась всякого рода фантазия, и они решили снизойти до банальности, связанной с цветом волос, но и здесь их ждало фиаско, ибо каждый второй в городе был пепельным блондином, или, проще говоря, белобрысым. И тогда Киртли назвали просто Киртом, и это было сверх престижно.
– О, Кирт!
– Обрадовался мальчик.
– Чего ты так долго, я уже замучился ждать.
– Привет Мотылек!
– Киртли улыбнулся.
– Да меня заставили прибраться в своей комнате.
– Так ты ж всего неделю назад последний раз убирался?!
– мальчик захихикал.
– Постой-ка, а чего это там у тебя?
– Тридцати кратный продукт деятельности курятника.
– А... Чего-чего ты сказал?
– Да я и сам не знаю, меня агроном научил. Сказал, если будут приставать с глупыми вопросами, ответь что-нибудь вроде этого, сразу отстанут.
– Агроном?! Ты сунулся к этому...
– Да нет, я имею ввиду не кличку, а настоящего агронома. Ты знаешь его под Полоумным Старикашкой, что живет на окраине.
– Ах, ты об этом. Ну тогда я делаю вывод, что твоя фраза про яйца - случайный набор слов.
– Зря ты так, Мотылек. Он очень умный и...
– Да пес с ним, Кирт. Скажи лучше, неужели надеешься донести?
– Да нет конечно!
– Ну тогда я с тобой!
Смеясь, мальчишки направились к центру города.
– ...И тогда все начали кидаться друг в друга, помнишь как было весело, может быть сейчас тоже...
– Мотылек повернул голову. С запада надвигалась черная грозовая туча.
– Что, опять голова болит?
– Угу.
– Вздохнул Киртли.
– И кровь из носа с утра шла. Мама говорит, что это от безделья.
– Ну надеюсь ты сам так не считаешь?
– Мотылек ухмыльнулся.
– Не знаю.
– Кирт опустил голову.
– Плохо мне, Вилл, с каждым днем все хуже и хуже.
– Это всё из-за неё!
– Мотылек погрозил туче кулаком.
– Уже третий день кружит и не одной капли! Просверкает зарницей и улетит!
Киртли еще раз посмотрел на тучу - та закрыла почти полнеба.
– Нет, сегодня точно ливанет.
– Ну и хорошо! Помыться тоже иногда бывает полезно.
– Это точно.
– Киртли почесал затылок.
– Слушай, Мотылек, я что-то не понимаю, мы уже почти треть пути прошли, а Дролла с друзьями всё нету.
– Хм!
– Вилл сделал грозное выражение лица.
– С чего это ты решил, что Блевотина нас обязательно найдет.
– А ты разве не видел?... Еще в самом начале вдалеке промелькнул Фили-дурачок.
На лице Мотылька появилась озадаченность. Фили-дурачок был нейтралом, то есть у него не было ни друзей, ни врагов, и потому он вполне мог бы обойтись без клички, но так уж вышло, что был он дурачком. Фили исполнял роль местного Гермеса, то бишь мальчика на побегушках, так что рассчитывать на удачу не приходилось, тем более, что по совместительству он был еще и местным стукачом.
– А может он нас не заметил, Кирт?
– Ты, видимо, шутишь?
– Киртлан закатил глазенки.
– Если уж я его заметил...
– Ну и пускай!
– Вдруг резко прервал друга Мотылек.
– Пускай Блевотина идет сюда, я уж найду, что ему сказать! И вообще, меня он не тронет, иначе потом...
Договорить Вилли не успел. Из-за угла им на встречу вышла до боли (причем сильной боли) знакомая четверка: самый противный брат Кирта, Дролл со своими лучшими друзьями: Живодером, Правым и Задником.
– Эй, вы только посмотрите, кто идет!
– Раздался противный голос Живодёра. Его, кстати, можно было не бояться, клички иногда обманчивы, на самом деле при малейшей опасности он "давал дёру".
– Эй, вы только посмотрите что несет!
– Звонким голосом поддержал своего друга Правый. А вот его опасаться стоило, в свои тринадцать лет он обладал таким ударом справа, что всем не осталось ничего иного как дать ему приличную кличку и держаться подальше.
– Подбросок, ты надел мою рубаху!
– Наконец послышался бас Дролла.
– Нам конец, Мотылек.
– Прошептал Киртли.
– Не бойся, Кирт, я с тобой.
– Тоже попытался прошептать Мотылек, но это у него, наверное, не очень получилось, потому что со стороны Дролла сразу же последовал глупый смех.
– Что ты там лепечешь, Мотыль?!
– Заржал Дролл.
– Неужели ты думаешь, что мы боимся твоих старших братьев?!
– Не нарывайся, Вилл.
– Испуганно шепнул Кирт.
– Когда они будут бить тебе морду, - не послушал совета Мотылек, - им будет всё равно, боишься ты их или нет!
– Что-что ты сказал?
– На отесанном лице Дролла появилась злоба.
– А ну-ка подите-ка сюда оба.
– Ну вот.
– Буркнул Кирт.
Друзья неторопливо направились в сторону четверки.