Хранители народов
Шрифт:
— Очень серьезно! Снова пользоваться магией Максим сможет лет через двести — триста. А достичь былой мощи он сможет лет через пятьсот, да и то я очень сомневаюсь в этом.
— Но у нас нет времени! — буквально простонал Арагорн.
— А твой дружбан Хронос? — с любопытством спросила Сильвана. — Ведь именно с его помощью ты провернул этот трюк с хранителями?
— Максимум пять лет, не больше, — отрицательно качнул головой Арагорн. — Да и куда я смогу Максима упрятать? У меня нет защищенного мира для такой цели.
— Тогда
Я с замиранием сердца слушал этот разговор. Что-то вспомнилось мне. Я что-то такое читал в одном из свитков. С одним из сильнейших магов тех времен, Фирузаэлем, произошло что-то схожее. И помнится мне, его смогли излечить при помощи какого-то «Светоча Силы». Правда, еще необходимо «любящее сердце». Именно при посредстве этого сердца мощь Светоча проникла сквозь перемычку Фирузаэля, полностью ее растворив при этом.
Но вот ведь незадача! Если «любящее сердце» есть (перед моим взором всплыли полные боли и страдания глаза Мариэль), то где же искать этот «Светоч Силы»?
Эльфы упоминали, что тщательно его упрятали. Значит, надо его найти! Насколько я помню, Фирузаэль был эльфом Крови. Это подразумевает, что и сведения о том, где может быть запрятан «Светоч Силы», должны храниться в библиотеке Лунограда.
— Мы должны навестить Макса! — решительно тем временем наседал на Сильвану Валашалс.
— Совершенно верно! — поддержал его Юрас, предводитель Снежных эльфов.
— Вас слишком много! — окидывая взглядом толпу предводителей, решила Сильвана. — Я могу взять с собой двоих максимум.
— Тогда это будем я и Тараэль, — безапелляционно заявил Валашалс.
Со стороны остальных предводителей поднялся недовольный гул.
— Не обсуждается! — резко сказал Валашалс. — Тараэль — эльф Крови, как и Максим. Я — его давний друг еще с тех времен, когда эльфами и не пахло.
— А как ты? — обернулась к Арагорну Сильвана.
— Я воздержусь, — криво улыбнулся Арагорн. — Ты же знаешь, с какой «любовью» ко мне там относятся. Отведи парней и возвращайся. Нам необходимо обсудить визит демонов с Одином и Сварогом. Нужно будет решить, какие действия мы сможем предпринять.
Я поторопился выйти из зала, спустился по ступеням Чертога и решительно направился к ожидавшей меня Мариэль. Есть у меня план! И мы сможем его реализовать. Но одному мне он не под силу.
ГЛАВА 28
Хроники Максима
Очередная попытка хоть что-то сделать провалилась. Я, от напряжения мокрый как суслик, лежал на кровати, готовый расплакаться от бессилия. Как будто кто-то недобрый прошелся по мне с большим ножом и отхватил все самое лучшее, что во мне было. То, что осталось, было лишь обрубком меня бывшего.
Да, Рохасс говорил мне о том, что я существенно пострадал. Но одно дело
Раньше я бы так и поступил. Вон сколько заклинаний знаю. Так ведь в том-то и дело, что знать — не значит мочь. Я потянулся к льняному полотенцу, лежащему у изголовья, и вытер им пот, обильно выступивший на лбу.
Воздух в дальнем конце моей комнаты замерцал. Черт! А если это враги? Да мне же их встретить даже нечем!
Мысль о том, что вероятность появления врагов в сердце драконьих владений практически равна нулю, мне в голову не пришла. А что вы хотите? После всего того, что этой голове досталось?
Я судорожно зашарил руками вокруг себя и наткнулся пальцами на прохладную рукоять своего меча.
Диссан (D'issan killian, или Рассветный меч) был выкован нашим кузнецом под руководством Вениэля. Да, но я-то сейчас уже не тот, что раньше. Правда, Диссан не протестовал. Блестящее лезвие легко покинуло ножны и уютно устроилось в моей руке.
Из воздуха вышла Сильвана в сопровождении еще нескольких фигур, в которых я с огромной радостью и облегчением узнал Тараса и Вадьку. Ну раз уж они тут, то смогут что-то сделать.
— Ого! — отметила Сильвана, заметив мою готовность к бою. — А Макс уже пошел на поправку. Я заметила одну особенность у мужчин. Как только они приходят в себя, сразу же хватаются за оружие, если рядом нет красивой женщины. Впрочем, красивая женщина — сама по себе оружие. Но только в том случае, если она еще и умна.
— Умная женщина никогда не покажет мужчине, что она умнее его, — с куртуазной улыбкой напомнил Сильване Тарас.
— Это не умная — это мудрая женщина, — поправила его Сильвана. — …Макс, что ты нас так встречаешь?
— Откуда я знал, что это вы? — вздохнул я, опуская клинок. — Если верить дракону, которого зовут Рохасс, то дела мои плохи.
— Ну что ты! — с деланым оптимизмом воскликнула Сильвана. — Отдохнешь, подлечишься, восстановишься. Будешь даже лучше, чем до этого!
Ага! Знаю я этот тон и оптимизм. Именно так обращаются к безнадежно больным. К сожалению, в роли безнадежного больного на этот раз оказался я.
— Кстати, что касается лечения, — вмешался Тарас. — Он таки действительно нуждается в нем. Что это за хозяева, если они не провели полного комплекса оздоровительных мероприятий?
Он быстрым шагом прошел ко мне и вдохновенно простер надо мной руки. На меня обрушился каскад свежести, силы и энергии. На миг мелькнула безумная идея, что я снова тот, каким был еще совсем недавно. Но волна схлынула, а я так и остался ущербным.
— Сильвана, что, так плохо? — Я с тоской всматривался в тонкие черты ее лица.