Хранители Порядка

Бердников Антон Романович

– Н'удан? Когда-то да, а сейчас ты лишь человек, энергия которого требует восстановления. Я не боюсь тебя.

– Не боишься?- Энкрич сделал шаг по направлению ко мне. Нога, которую, скорее всего, ранил Мийэн, у него плохо работала. Это уже давало кое-какую надежду, что я выдержу противостояние. А там, может, и храмовники поспеют.

– Нет, я ничего не боюсь,- соврал я, стараясь придать голосу силу.

– Кто ты, чужак? Как завладел телом н'шаста?

– Этого ты никогда не узнаешь.

– Ты Равновесие?

– Нет.- О чем он толкует, какое равновесие?

– Я не могу обнаружить твою силу.- Убийца приблизился еще на три шага.- Ты не владеешь способностью касаться энергии. Кто ты?

– Пришелец из другого мира.

– Так значит, путешествия возможны!

– О да, только тебе такое не светит, каланча ты недоделанная.

– Я выпущу твои кишки и без потоков магии, чужак. Ты будешь молить о пощаде, но я не соизволю прекратить твои мучения.

– Тогда начнем.-

Я занял оборонную стойку, предоставляя Энкричу сделать дебютный ход. Слуга Хаоса бросился на меня, и я поразился, с какой прытью этот тощий ублюдок двигается даже с раненой ногой. Если бы не уроки Аархина, н'удан не потратил бы много времени на мое устранение. Я отразил атаку Энкрича, чуть отступил и нанес ему удар в правый бок. Хаосит подставил саблю, но он не знал, что в эту же секунду я ощутил, как энергия вновь побежала от моего плеча к мечу. Чой-хуа не подвело - клинок н'удана словно живой выскочил из его руки. Я замешкался, понимая, что сейчас должен проткнуть сталью человека, поэтому Энкрич успел отскочить в сторону. Он упал неудачно, ударился окровавленной ногой об пол, но почти сразу вновь воспользовался перстнем. На этот раз я нашел силы подставить Йенталстуакрахт, огненный снаряд ударился в меч и лопнул, словно был обыкновенным воздушным шариком. Мой противник уже поднялся на ноги, я атаковал сверху, но он с легкостью отбил удар. Чтобы Энкрич вновь не активировал з'уархтил, я начал держаться ближе к нему. Он должен был понимать, что магическое пламя заденет и его. Каким-то чудом мне удалось легко задеть предплечье Энкрича, и он отступил. Я быстро отбежал к ближайшей колонне и встал так, что в любой момент мог спрятаться за нее. Нужно было передохнуть. Но мне помешали новые гости. Из колодца показались люди, интуиция подсказала, что это не храмовники. Среди них я увидел черноволосую женщину, на руке которой светился такой же перстень, как и у Энкрича. А вот и Хашайя из рода как ее там. Мы все замерли, словно решили сыграть в 'Море волнуется раз'. Краем глаза я заметил, что Мийэн пошевелился, хотя я уже смирился с его гибелью. Он что-то в воздухе рисовал рукой. Плетет поток? Дальнейшие события подтвердили мою догадку. Появившиеся хаоситы дружно атаковали меня энергией, без слов и лишний телодвижений. Но напрасно - меня уже окружал невидимый щит, который принял в себя молнии и очередной фаербол. Все произошло очень быстро, поэтому они не обнаружили, что поток силы сформировал не я. Хашайя крикнула:

– Уходим, Энкрич, мы итак слишком задержались!

Хаоситы бегом пересекли зал, не спуская с меня глаз, но что я мог им противопоставить? Они скрылись в коридоре. Долговязая смерть сплюнул и захромал к выходу.

– Мы еще встретимся,- прошипел он. Я не знаю, какой черт меня дернул, но я громко бросил ему в тощую спину:

– Трус!

Энкрич обернулся и плавно поднял руку. З'уархтил исторг из себя огненный шар, но на этот раз я был готов полностью. Йенталстуакрахт не просто поглотил энергию, из которой соткался фаербол. Резким поворотом клинка, я отправил его прямо в н'удана. Энкрич не успел и рта открыть. Шар пламени ударил его в голову, и она взорвалась. Тело верного слуги Великого Саусесана рухнуло безжизненной кучей. Е-мое, я только что убил древнего мага его же оружием.

Я быстро подбежал к лежащему Мийэну Заурбанзу. Его состояние было критическим - одежда почти вся сгорела, кожа обуглилась, мои ноздри вдыхали запах его сгоревший плоти. Однако друг последнего н'шаста Энхора смог поднять веки. Его поврежденные огнем губы разлепились, и он тихо произнес:

– Дети с Фульмером, Эвтей знает, где они. Обучи их и спаси наш мир.

– Обязательно, друг, обязательно,- сказал я ему в ответ, но Мийэн уже не слышал. Я присел рядом и закрыл глаза человека, дважды сохранившего мне жизнь.

Хашайя

Они сидели в просторном кабинете, стены которого занимали картины горных пейзажей. Хашайя успела пробежаться глазами по ним всем, отметив невероятную работу художников. Казалось, что эти произведения искусства вышли не из-под человеческих рук, а сама энергия каким-то неведомым образом запечатлела скалы, до того изображения выглядели правдоподобными. Среди нарисованных возвышенностей было легко найти и Нагарские горы, обиталище служителей Порядка, и далекие северные хребты Джийятской империи, и знаменитый потухший вулкан в юго-западной части Домридинши. Наместник Тримашлонапа Тхеонир Октарэгон не скупился на украшения места, где располагалась ставка хаоситов. Он старался угодить тем, с кем уже долгое время состоял в тайном союзе, поэтому казна города обеспечивала врагов города. Знали бы храмовники, куда утекают эти деньги! Но Тхеонир не был глупцом, прежде он тратил собственные средства, пока в итоге не выработал идеальную схему финансирования.

Замок стоял в четырех часах пути от Тримашлонапа среди утесов, острыми клыками целящих в небеса, и считался заброшенным и непригодным для жилья. Сто шесть лет назад хаоситы захватили это место, и при отступлении кто-то из н'уданов отравил здание ядовитым потоком. Спустя полвека заклинание рассеялось само, но в крепости больше не нуждались. И Наместник, два десятилетия назад

решивший присоединиться к истинной стороне вечной войны, предложил на секретном собрании организовать тут штаб, взяв все расходы на себя. Так он хотел выслужиться перед Великим Саусесаном, и Хашайя его не осуждала. Каждый выбирает путь по душе. Замок со стороны по-прежнему выглядел полной развалиной: трещины в стенах, одна обвалившаяся башня, рухнувший подвесной мост, под остатками которого бежала тонкая река. Но таким он представал только для непосвященных в тайну. Мощные потоки, сформированные самыми сильными магами из числа хаоситов, оплетали стены, пряча от посторонних глаз истинный вид крепости. Несколько десятков человек было принесено в жертву ради такой мощи. Даже сам Аархин Маггорайхен не сразу бы разгадал обман. Но слава Хаосу, он никогда не проявлял внимания к этому месту, да и зачем? По всему Энхору полно покинутых замков и храмов; любой из них мог стать прибежищем его противников.

Хашайя удобно расположилась в мягком кресле с широкими подлокотниками. Она бы с удовольствием сейчас поспала часов десять, но ей, наконец, предстояло узнать, в чем ценность спасенного хаосита, поэтому сон мог подождать. За время побега Шайя так и не разглядела в Тульгарне что-то особенное. Рослый, крепкий мужчина с длинными волосами, наверняка умный, раз находился в числе предводителей хаоситов. В чем его важность?

Напротив Хашайи на софе, оббитой дорогой кожей, сидели рядом Ритайлина и сам Тхеонир Октарэгон. Наместник что-то рассказывал бывшему н'шасту, но его Шайя не слушала. Лизоблюд, он и есть лизоблюд, пусть и очень полезный. Хашайя ждала момента, когда к их маленькому собранию присоединится Тульгарн, а ее терпение уже заканчивалось. Хаосит принимал ванну, чтобы смыть с себя следы пребывания в грелимарайской Темнице.

Прошло около двух часов с того времени, как они вырвались из города. Ритайлина перенесла с собой только Хашайю и Тульгарна, предоставив прочим выжившим и освобожденным выбираться за стены самостоятельно, хотя вполне могла взять кого-нибудь вместо Энкрича. Тощий ублюдок погиб, не успев даже восстановить утраченные силы. Шайя не жалела, что так случилось, Долговязая смерть сам виноват. Он всегда лез на рожон, слишком верил в себя и свою значимость для Повелителя. Она сама едва не лишилась жизни, последовав за ним в тесные коридоры Темницы, а ведь Рита предупреждала, что рисковать не стоит. В итоге, Шайя приказала двум хаоситам сторожить вход, и присоединилась к отряду, вгрызающемуся внутрь тюрьмы. Потоки несколько раз пролетали мимо Хашайи в опасной близости, причем не только созданные энергией храмовников, но и сотворенные хаоситами. В Темнице было слишком мало места для маневров. Однако они пробились до конца, оставляя позади множество бездыханных тел. Энкрич решил задержаться на предпоследнем уровне на случай, если подоспеет подмога из Храма Тибора. И там он встретился с тем, кого никто не ожидал увидеть. Аархин Маггорайхен, точнее тот, кто владел его телом, волею судьбы оказался там же, где они с кровью шли через врагов. Хашайя уже через секунду была уверена, что перед ней не ее наставник. Настоящий Аархин посмотрел бы только на Шайю, не удостоив ее спутников вниманием. Таинственный незнакомец не атаковал их и даже позволил хаоситам сплести потоки, но сразу же выставил превосходную защиту. Силы нескольких магов не коснулись его. Хашайя не почувствовала его ауры, словно он не был способен управлять энергией. Но голову Энкрича неизвестный уничтожил быстро; Шайя успела пронаблюдать это, убегая по коридору. Лишь один вопрос мучил ее до сих пор: почему тот человек позволил им уйти? Эта короткая встреча с ним не прояснила ровным счетом ничего.

Ритайлина ожидала их в условленном месте. Зеленоглазая зачерпнула силы и отправила в рассветные небеса сигнал для тех хаоситов, что заняли деревню. Огромный символ Хаоса черным цветком расцвел над Грелимараем. А затем они втроем переместились сюда, в забытый всеми замок.

Дверь в кабинет отворилась, но это был лишь слуга, молодой парень. Проклятье, этот Тульгарн там кожу с себя пытается смыть? И часа достаточно, чтобы привести себя в порядок. Хашайя начинала злиться. Каким бы ценным не был этот хаосит, кто он такой, чтобы заставлять н'уданов томиться в ожидании? Слуга подошел к Тхеониру и что-то прошептал ему на ухо. Лицо Наместника нахмурилось, он жестом велел юноше уйти и принялся разглаживать свои рыжие усы. Тхеониру было за пятьдесят, голова уже полысела, поэтому за усами он тщательно ухаживал. Теперь же он теребил их так, что через минуту они могли превратиться в пару тонких волосков. Какая весть его взволновала? Тульгарн захлебнулся? Наместник, наконец, оставил усы в покое, но ничего не сказал. Ритайлина тоже заметила беспокойство Тхеонира.

– Что-то не так, месэр Октарэгон?- спросила Рита.

– Есть проблемы, уважаемые.- Голос Наместника совсем не подходил ему. Скорее таким бы обладал прославленный воин, а не этот лысый лизоблюд.- Но Тульгарн тоже должен знать. А вот и он!

Хаосит возвышался в дверях. Он слегка улыбнулся и направился к свободному стулу без спинки, который находился возле стеклянного столика. Тульгарн опустился на сиденье и закинул ногу на ногу.

– Прошу простить за задержку,- произнес он.- Но в Темнице было не до мытья. Я столкнулся со слугой сейчас в коридоре. Что-то важное?