Хранители пути
Шрифт:
– Всегда используй сильные стороны человека для того, чтобы его ослабить. При умелом подходе любовь становится страшным оружием против души, ее испытывающей. А любовь, выстраданная в боли, наиболее эффективна. Ради добытого в страдании чувства человек, ведомый гордыней, идет на любые жертвы. И жертвует он не во имя любимого. А ради себя, «великого», – не сводя глаз с тяжелых штор, Шалкар выдержал долгую мрачную паузу и затем продолжил. – Когда
– Да, господин, – безжизненный голос Геннадия прозвучал сухо и резко, как взводимый курок. В кабинете вновь повисла гнетущая плотная тишина.
Помолчав вместе с шефом и не получив указаний, он направился было к двери.
– Пусть эти двое из-за дивана выйдут, наконец, – Шалкар сдержанно ухмыльнулся. – Или ты их там целую вечность продержать собрался, а, Дамбалла? Они успели взять деньги?
– Ждал ваших распоряжений, господин. Не успели, я их спугнул, разжигая азарт, – пустынным ветром прошелестел вмиг вернувшийся на прежнее место Геннадий-Дамбалла.
– Молодец… – довольно ухмыльнулся Шалкар. – И не забудь заснять кражу. Надо использовать все средства, чтобы они и думать не смели перейти к Амадео. Подожди-ка… – Шалкар поднял руку в повелительном жесте. Выждав сорок секунд, Шалкар опустил руку на стол. – Все, иди. Неповоротливая нынче молодежь пошла. Сбежать с места преступления вовремя не умеют. Разберись с ними по плану. Его озвучу тебе чуть позже.
Геннадий беззвучно кивнул.
– Кстати, а наш лже-аристократ где утром шатался?
– Он пошел к парикмахеру из Франции, – сипло ответил Геннадий. – Месяц ждал своей очереди! – внезапно он неприятно, мелко, по-старушечьи засмеялся.
– Вот урод! А я еще его к себе в секретари нанял! – поморщившись, Шалкар смахнул с лацкана пиджака прилепившуюся к нему деревянную щепку от разнесенного Альфео стула и вновь водрузил обутые в казаки ноги на письменный стол. – Месяц ждал! Подумать только! Какой-то лох приперся из Франции к нам, там на фиг не нужен, здесь приживается. А этот раздолбай понес к нему свои денежки! Не мужик, а баба какая-то! – идеально красивое лицо Шалкара скривилось в саркастической улыбке.
– Раздолбай! – оживлено подхватил слова шефа Геннадий и пересыпал возникшую паузу горстью колючих смешков. – И точно баба! Я видел его с… – извиваясь всем телом, он проскользнул поближе к Шалкару и угодливо склонился к его уху.
– Да-а-а?! – делано удивленно протянул тот,
С бесцветной улыбкой на лице Геннадий склонился в низком поклоне.
– А почему только с ним? – резко прервал собственное веселье Шалкар. – Я же тебе приказывал его в серию поставить. Дамбалла, одним-единственным соблазном человека очернить нельзя. Нужно заставить его совершить подряд несколько мелких, потом крупных ошибок, а затем и злодеяний. Ты понял?
– Да, господин, – отозвался Геннадий сухим шелестом облетевших листьев.
– Но и этот мизерный фактик мы непременно используем! При его-то громком имени эффект будет обеспечен! Добился славы, мудак, шел по головам, теперь получай свое, знаменитость гребаная! Думают, ради славы все средства хороши… – Шалкар задумчиво посмотрел куда-то вдаль сквозь Геннадия. – Хотя… пусть думают. На то и мы здесь. Правда, Генка? – развеселившись, он подозвал к себе Дамбаллу и с размаха приложил его ладонью ниже пояса.
Никак не отреагировав на этот выпад, Геннадий остался на месте и отстраненно изрек:
– Ваша правда, босс.
– Доказательства? – Шалкар лукаво сощурил правый глаз и поглядел им в щель, образовавшуюся между сложенными домиком ладонями. Затем расцепил руки и протянул одну навстречу чрезвычайно бледной и узкой руке Геннадия. Наклонившись, Дамбалла осторожно вложил в нее маленький круглый предмет.
Направив на него свой по-прежнему сощуренный глаз, Шалкар снова рассмеялся:
– А-а-а! Микрокамера! Отлично! Ты разыскал поставщика – того, что я велел?
– Не того, – отведя глаза, ответил двуименный змееподобный мужчина. – Другого. Того уже посадили.
– Уже? Так быстро? – Шалкар картинно вскинул брови. – Система работает все лучше и лучше!
Потеряв интерес к круглому предмету в руке, он небрежно уронил его на стол. Но микрокамера не успела коснуться его кожаной поверхности, будучи перехваченной быстрым, почти невидимым движением Геннадия-Дамбаллы. Поймав на лету крошечное записывающее устройство, он столь же неуловимым скользящим жестом спрятал его в нагрудный карман.
– Кста-ти, – размеренно, слог за слогом, обронил в кабинетный полумрак Шалкар. – Сделай так, чтобы малой застукал свою девицу наедине с перевоплощенным Казановой. Как сделать, решай сам. Не все же мне сценарии писать. Тем более что с людьми это делать в полной мере не дают.
Конец ознакомительного фрагмента.