Хранители Реликвий
Шрифт:
– У нас с вами разные точки зрения, – философски заметил Ридден. Спокойствия и дружелюбия он не терял. – У каждого своя правда, и простой человек не поймет темного эльфа. Только мне крайне любопытно, как наш Марк связан с Дарсейном? Он его потомок?
– Вполне возможно, – кивнул магистр Шианского Ордена. – Точно сказать не могу, но бьюсь об заклад, некая связь есть, причем не обязательно родственная. Дарсейн умер полторы тысячи лет назад, но душа бессмертна. Могла произойти реинкарнация.
– Храм отрицает переселение душ, – немедленно возмутился священник. – Это абсурд. Мы с вами не даркфолские язычники, чтобы высказывать столь богомерзкие думы.
– Вы
– Вы чаще должны взывать к богам, – со значимостью заявил храмовник. – И я как архиепископ Рианский должен благословить ваше плавание.
– Какое плавание? – Я сразу навострил уши, чувствуя подвох.
– Поимей терпение, сын мой.
Кого поиметь? Вот на фига сюда пригласили святошу? Проповеди читать? К тому же я ему не сын и даже не внук. Я этого кабанчика вообще в первый раз вижу. А вот слышал я о нем многое. В церковной иерархии – большая шишка. Архиепископов всегда три штуки, по количеству провинций в империи, только Рианский – самый зубастый из всех. В моем представлении настоящий священник должен олицетворять мир и гармонию, помогать бедным и обездоленным, ничего не желая для себя. А этот субъект живет только в свое удовольствие. Вон какое брюхо отъел. Он явно не имеет ни малейшего представления о том, что такое Великий Пост и воздержание от мирской пищи вообще. Выше архиепископов только патриарх Ландеронский, но с такой жаждой власти наш Рианский архиепископ Преотлиний вполне может занять столь важную в империи духовную должность. Уверен, что после смерти старого патриарха именно Преотлиний захапает этот храмовый сан в свои потные ручонки.
– Я знаю, учитель, вы любите загадки, – как можно более спокойно произнес я, стараясь не смотреть на Николоса. – Только не пора бы вам приоткрыть завесу тайны? Или это государственное дело, которое мне знать не положено до самого конца? Буду в неведении, пока нос о ваши секреты не расшибу?
– Не ехидничай, Марк. – Магистр все еще злился на меня за неоправданную наглость. – Тебе скоро все станет отчетливо ясно. Ты сейчас сидишь здесь благодаря вот этой вещице.
Николос встал с кресла и подошел к стене, увешенной всякого рода оружием, среди которого встречались как обычные мечи, так и магические артефакты. Глава Ордена прошелся вдоль стеллажей с раритетами и остановился около красочного панно, изображавшего древнюю битву между белыми магами Ландерона и черными колдунами Доалн Скерта. Он небрежно отодвинул изображение баталии и выудил из потайного отделения темный кожаный сверток, перевязанный суконной веревкой.
– Бери, – черство потребовал Николос, протягивая мне длинный предмет, завернутый в кожу норан-дрегена, которая, как известно, не горит в огне, не сыреет и не портится от времени.
Я не стал кривляться, поднялся, взял сверток и поспешно развернул его. Так и думал. Мой меч. Я с наслаждением обхватил обеими руками золотой эфес с рунами и вытянул лезвие перед собой, любуясь великолепным произведением древних мастеров. Потрясающее изделие! Легкое, словно перышко, и изящное, словно юная эльфийка. Клинок Багрового Заката отсвечивал алым и при ударе выпускал сноп оранжевых искр. Превосходное оружие! Именно от него погиб Зертий, и только из-за него я вынужден был покинуть родной город на
– Прекрасная вещь, – сказал я, возвращая меч Николосу.
– Это не мое, – сухо отрезал он. – Клинок Багрового Заката выбрал своим хозяином тебя, Марк, а не меня. Я лишь хранил артефакт, но власти над ним я не имею. Он твой. Ты даже не представляешь цену меча, более того, ты не знаешь его силу. Но это лишь вопрос времени.
– Значит, вы пригласили меня в Шиану из-за моего клинка, так? – спросил я, пока еще не совсем въехав в суть происходящего.
– Да, – кивнул Николос, снова усаживаясь в кресло. – Кроме тебя, больше некому управлять артефактом.
Я напрягся:
– Зачем им управлять?
– Все очень просто, – принялся разжевывать магистр. – В мире существует шесть магических предметов, созданных руками шести разных рас в незапамятные времена. Сейчас мы называем их Реликвиями. Каждая Реликвия заключает в себе силу и знания того народа, который ее породил.
– И меч в моих руках также является древним раритетом? – предположил я.
– Именно, – согласно кивнул магистр. – Сейчас у нас есть две Реликвии: Клинок Багрового Заката и Кубок Нешша. Первое изделие принадлежит тебе, а второе нашел горный тролль, которого мы срочно доставили в Шиану. Плюс еще один раритет, над которым мы пока не имеем власти.
– Тролль?! – Я аж поперхнулся от услышанного. – Если я правильно вас понял, то только кто-то один может владеть Реликвией. Так почему она выбрала тролля? Глупо.
– Еще как глупо. Так что я уже не удивился, когда узнал, кто стал счастливым обладателем Клинка Багрового Заката.
– Весело, – хмыкнул я, игнорируя насмешку наставника. – Ну а как обстоят дела с остальными раритетами. Надеюсь, они не троллям достались.
– Не троллям, в этом я уверен. Хранителем Реликвии может стать только представитель того народа, который ее создал. Кубок Нешша выковали в Нешшианских Горах много тысячелетий назад. И сделали это именно тролли.
Я нахмурился. Дело в том, что в Нешшианских Горах живут только гномы, и больше там никого не водится. Сварливый гномий народец не отличался особым дружелюбием, так что попасть в их богатые владения не так-то просто. Конечно, этих низкорослых бородачей можно подкупить дорогими и качественными изделиями из золота и благородных камней, но подобное еще не является залогом свободного прохода на их территорию.
– Тролли же тупые, как пробки? – не успокаивался я.
– Пусть так, – не стал спорить мой бывший наставник. – Но Кубок произвели на свет именно они, и ни одна другая раса не может к нему даже прикоснуться.
– А какой народ создал меч Марка? – вмешался Ридден. – Темные эльфы, я полагаю.
– В том-то и весь конфуз. – Глава Ордена облокотился на край кресла. – Моллдеры, когда они еще жили в Эрденских Лесах, состряпали Сферу Апокалипсиса, а вот к Клинку Заката они отношения не имели. Народ, сотворивший его, давно канул в лету. Меч ковали ше-арраю, древняя раса, жившая еще до появления эльфов.
– А я какое к ним отношение имею? – Мое напряжение не укрылось от чутких ушей собеседников. – Я же не ше-арраю.