Хранители вечности
Шрифт:
— Очень хорошо увязывается. Просто это очень высокий уровень понимания, доступный немногим. Однажды ты поймешь, что не существует других людей, что все они — это ты. Что тебе доступен любой опыт. Ты можешь войти в любое тело, понимаешь? Как в магазине — пришел, выбрал, надел. Правда, не советую выбирать детское тело: желаний много, а возможностей нет. — Ка Фай усмехнулся. — Кроме того, тебе будет очень трудно общаться с родителями, придется снова ходить в школу.
— И на горшок, — вставил отец Леонид. Джары снова рассмеялись.
— Но разве я, вселившись
— Ничего ты не нарушаешь и не забираешь, — ответил Ка Фай. — Ибо в тот момент, когда ты вселяешься в него, возникает ветвление миров. Появляется новая ветка: тот человек идет своим путем, а ты — своим.
— При этом вы оба — одно и то же, — снова вставил отец Леонид.
— Совершенно верно, — поддержал его Ка Фай. — Но для тебя будет проще остановиться на том уровне общности с другими людьми, который обеспечивает тебе наибольший комфорт. И если ты считаешь, что в мире существует что-то, отличное от тебя, то пусть пока так и будет. Всему свое время. Малыш сначала должен наиграться в песочнице, и лишь потом для него настает время увидеть большой мир.
— Именно тогда ты и станешь тем, кем должен стать — Хранителем Вечности, — добавил отец Леонид. — Ты будешь странствовать по мирам и жизням, неся любовь и гармонию, радость и веру. Как человек следит за порядком в своем доме, так и ты будешь поддерживать порядок в своих мирах. И кем бы ты ни был, ты всегда будешь оставаться собой. В любых телах, в любых мирах. Будешь нести ту искру индивидуальности, которая и является тобой, которая и отличает тебя от других таких же искорок. При этом ты никогда не будешь отделять себя от Огня. Потому что Он и Ты — одно.
— Похоже, мы совсем запудрили парню голову, — усмехнулся Ка Фай. — Это видно по его глазам.
— Согласен, — кивнул отец Леонид и поднялся со скамейки. — Думаю, на сегодня с него достаточно.
— Но не думай, что тебе удастся так просто от нас избавиться. — Ка Фай тоже встал. — У нас в карманах еще очень много забавных вещей. Однажды мы с ними тебя познакомим.
— Когда перешагнешь за край песочницы, — пошутил отец Леонид. — А пока лепи песочные куличи — чем еще заниматься ребенку?
— Постойте! — закричал Кевин, осознав, что джары уходят. Но опоздал — первым исчез Ка Фай, за ним растворился в воздухе отец Леонид. Затем ушла в небытие скамейка, следом и весь парк. Кевин открыл глаза и понял, что находится в своей каюте.
Рывком приподнявшись, он сел на кровати. Его слегка трясло: неужели все сказанное джарами — правда? Но до сих пор они никогда не лгали…
— О боже! — прошептал Кевин, чувствуя, как его глаза наполняются слезами. — Неужели я смогу все исправить?!
Какое- то время он сидел, приходя в себя. Потом взял со столика фотографию Кэтлин, долго смотрел на нее. Затем, вернув фотографию на место, снова лег.
Но сон уже не шел. Лежа в постели, Кевин вспоминал все детали разговора, осмысливал услышанное. И чем больше он во всем разбирался, тем большим восторгом
Когда корабль появился рядом с Виолой, у Кевина возникло искушение сразу же, не приземляясь, отправиться на Леандру и там, в тиши и уединении, на практике использовать те тайны, которыми с ним поделились джары. Это было искушение, и Кевин ему не поддался. Что-то подсказывало ему, что это неправильное решение. Ведь он — Хранитель Вечности. А значит, хранитель и этого мира. До тех пор пока сон не унесет его в другую реальность, он должен заботиться о нем. Может быть, этот мир и иллюзия, но в нем все равно слишком много боли. И разве может он бросить его на произвол судьбы?
С той памятной ночи прошло почти три месяца. И все это время Кевин был бодр и нацелен на успех. Да, Кэтлин пока не было рядом с ним. Но это лишь вопрос времени — даже если этого времени не существует…
Эта ночь ничем не отличалась от предыдущих. Кевин лег спать и около часа в который уже раз переживал все перипетии последней встречи с Артуром. Он выбрал именно этот момент, потому что хотел раз и навсегда закрыть данную страницу своей жизни.
Все последние месяцы он просто засыпал в ходе этого воспоминания. Но на сей раз что-то пошло иначе: воспоминания вдруг приобрели необычную яркость. Кевин осознал, что спит, хотя и не засыпал.
Это напоминало дежа вю — он стоял и смотрел на Артура, держащего нож у горла Кэтлин, губы сами собой говорили нужные слова.
— Отпусти ее, — попросил Кевин. — Тогда я позволю тебе уйти.
— Позволишь мне уйти? — Артур презрительно усмехнулся. — Ты такой же болван, каким был всегда. Неужели ты не понимаешь, что мне больше некуда идти?
— Это не причина для того, чтобы убить девушку. Отпусти ее и уходи. Мы встретимся позже и решим все наши вопросы.
Невероятно, удивительно! Кевин смотрел на Артура, заранее зная каждое его слово. С каждой секундой ситуация становилась все более и более реальной, в ней уже ничто не напоминало сон.
Артур стоял, тяжело дыша и глядя Кевину в глаза, нож в его руке дрожал. Вот он медленно отнял клинок от горла девушки и толкнул ее в спину:
— Пошла отсюда…
Кэтлин упала. Как и в прошлый раз, подскочивший Малыш тут же помог ей подняться.
— Это был правильный выбор, — сказал Кевин. — Можешь уходить.
— Болван, — процедил Артур, его взгляд был полон ненависти. Сплюнув, джив повернулся и пошел к лесу.
Проводив его взглядом, Кевин подошел к Кэтлин, обнял ее. Господи, как долго он ждал этого мига!
— Ну все, все… Успокойся. Все кончилось. — Он прижал девушку к себе, зная, что уже никогда и никому ее не отдаст.
— Кевин! — всхлипнула она. — Это я виновата… Он подкрался, я не заметила его…
— Забудь. Все теперь у нас будет хорошо. Пошли. — Он потянул Кэтлин к глайдеру. — Малыш, полетели.
— С радостью, — отозвался тот.
Реальность уже начала меняться — Кевин осознавал, что произнесенные им слова отличаются от тех, что он произносил раньше. Теперь ему надо занять водительское кресло…