Хранители
Шрифт:
– Что случилось?
– спросил Роб.
– Мы проиграли. Слышал, наверное?
– Да.
– У них тоже было оружие.
– Вы начали первыми, - возразил Роб.
– А коптеры? Газовые бомбы?
– Я не слышал об этом.
– Это добило нас. Сначала все шло хорошо. Но они просто выжидали, пока мы соберемся все вместе и атаковали с коптеров нервно-паралитическим газом. От средней дозы наступает паралич, от большой - смерть. Мне повезло - я был с краю. Только сильно тошнило.
– А ты думал, они будут сидеть
– Ты забыл добавить - и самый безвредный для частной собственности. Мирное элегантное общество с его лошадьми, роскошными шпагами и хорошими манерами... а за всем этим - безжалостная сила, подкрепленная оружием.
– Что тут ужасного? Они только защищались.
– Ты ничего не понял, - Майк говорил с холодным спокойным гневом. Это подделка, театр марионеток, понимаешь? Делай, что тебе говорят, стой, где приказано и благодари Господа, тогда все будет в порядке. Заступишь за черту - и ты пропал.
– Были только джентри? Ведь слуги не поддержали восстание.
– Да, они не пошли за нами. Вот радость для властей, да? Все прекрасно! Одна досада - кучка скучающих и чем-то недовольных бездельников-джентри, но это не страшно! Просто слуги лучше натасканы вот и все! Их приучили любить то, что они имеют.
– Может, то, что они имеют, не так уж плохо? Раньше революции совершали против голода, угнетения, рабства. А теперь? Разве слугам плохо живется? Зачем им все это менять?
– Действительно, зачем?
– устало сказал Майк.
– Люди счастливы - и здесь, и в Урбансах. Какой смысл переворачивать все с ног на голову?
– Снова тот же бесполезный спор, - Майк криво усмехнулся.
– Мы с тобой говорим на разных языках. Я устал.
– Иди спать. Тебе надо хоть немного отдохнуть.
Майк покачал головой:
– Мне вообще опасно здесь оставаться. Дома они будут искать меня в первую очередь.
– Пройдут дни, недели, пока во всем разберутся.
– Не обольщайся внешней неразберихой. Это общество организовано гораздо лучше, чем кажется.
– Можно сказать твоим родителям, что ты здесь? Хотя бы маме. Она поможет тебе.
– Нет.
– Что ты собираешься делать?
– Как-нибудь устроюсь.
– Но ведь все кончено. Рано или поздно тебе придется сдаться. Тебе ничего не будет, я уверен. Они, наверное, вообще не будут строго наказывать мятежников, если все так легко обошлось. Правда, могут из школы исключить...
– Исключить?
– Майк рассмеялся.
– Об этом я даже не подумал.
– Но ты согласен, что придется когда-нибудь сдаться? Нельзя же прятаться всю жизнь.
– Помнишь, я однажды говорил тебе что-то вроде этого?
– спросил Майк.
– Просто, мы поменялись местами: ты здесь, я в бегах. Забавно...
– Да, ты прав. Ты остался один, как я когда-то. Все твои друзья в тюрьме.
– Или убиты. Только не все - некоторым удалось спастись.
– Тебе нельзя
– В Графстве - да.
– Что ты хочешь сказать?
– удивился Роб.
– Нашему командиру удалось бежать. Он подозревал, что в Графстве ничего не получится, и хорошо подготовился на случай провала. У нас много друзей в Урбансах.
– Там не было восстания - это слухи.
– Его и не должно было быть. Пока. Но это не значит, что в Урбансах нет никакого сопротивления. В следующий раз мы начнем оттуда. Просто это займет больше времени.
– Ты все еще надеешься на революцию?
– Конечно.
– Ты сумасшедший! Даже если в этом есть крупица смысла, у вас нет никакой надежды на победу. Неужели ты не понял?
– Может, наши шансы и не блестящи, но они есть. Есть и надежда.
– Ты хочешь...
– Перейти границу. Как ты когда-то. Только в другую сторону.
– И жить в Урбансе?
– все еще не веря, спросил Роб.
– Да.
– Среди шумной толпы, в убожестве и нищете? Да ты возненавидишь все это. Я знаю, что такое Урбанс, ты - нет. Строить планы, сидя в уютных деревенских домах и помитинговать несколько часов - совсем не то, что жить в Урбансе день за днем, месяц за месяцем.
– Я и не жду удовольствий.
Роб понял, что Майк серьезен. Очень серьезен. Что он мог сделать? Он снова предал Майка - миссис Гиффорд была права. Но, с другой стороны...
– Ты ошибаешься, - сказал Роб.
– Я уверен, ты сам поймешь. Тогда ты вернешься. Если бы я...
– Я знаю, - Майк положил руку на плечо Роба.
– Если бы даже ты захотел, я бы не взял тебя.
– Не уходи. Тебе ничего не будет, если ты сам придешь в полицию.
Майк взглянул на него.
– Думаешь, не будет?
– Уверен! Опасность миновала...
– Не надо, - перебил Майк.
– Я уже все решил.
– Если бы ты только повидался с родителями...
– Неужели ты думаешь, они позволят мне уйти?
– Роб молчал.
– Я вообще не собирался здесь появляться, просто было по пути, и я решил, что лучше стащить еду из дома. В другом месте могла залаять собака. А Тэсс только пыталась облизать меня от радости. Теперь - все. Пора. Я хочу до утра перейти границу.
– А Капитан? Ты ведь не сможешь взять его с собой?
– Нет, - Майк улыбнулся через силу.
– Я отпущу его. Капитан сам найдет дорогу домой.
– Останься, прошу тебя!
– Нет.
– Я позову твоего отца!
– Ты не сделаешь этого.
В его голосе не было уверенности, но Роб знал, что это правда. Он кивнул на мокрую грязную одежду Майка.
– Выброшу утром.
– Спасибо. Я пойду. Если передумаешь...
– он улыбнулся.
– Вряд ли, я знаю. Просто, на всякий случай, я собираюсь в Саутгемптонский Урбанс. Городок называется Истли, Десбороу-роуд, 244. Если меня там не будет, кто-нибудь скажет, где меня найти.