Хранители
Шрифт:
Он вспыхнул от стыда, но потом разозлился. Никто не смеет называть его мать слабой и беспомощной! Да, она была мягкой, но и сильной, отважной, особенно незадолго до смерти. А если они не правы в одном, значит, могут ошибаться и в другом. Они? Роб с удивлением обнаружил, что непроизвольно уже отделил себя от урбитов.
В субботу утренних уроков не было, но вместо них проводилась еженедельная инспекция. Накануне, в пятницу вечером и после завтрака в субботу, воспитанники под надзором спецгруппы старшеклассников мыли
В первую субботнюю проверку Робу сделали замечание за неверно заправленную кровать, но, как новичка, простили, ограничившись предупреждением на будущее: "Три секции матраца должны быть аккуратно сложены одна на другую в изголовье кровати. Всю одежду и самые необходимые вещи - куртку, запасные носки, туалетные принадлежности, спортивную сумку и пр.
– разложить сверху в безукоризненном порядке. Одеяла свернуть строго установленным образом. Простыни и наволочка должны лежать в ногах кровати. Все прочие вещи сложить в тумбочку возле кровати. Безусловно, в том же идеальном порядке. Ясно?".
Прошла неделя. В пятницу вечером Роба вместе с другими ребятами заставили скрести пол в дортуаре и чистить раковины в ванной. Наутро, сразу после завтрака, его отправили собирать мусор вокруг корпуса. Освободился он лишь к половине одиннадцатого и побежал вместе с остальными, чтобы успеть привести в порядок свой угол. Но не успел он подняться на второй этаж, как его остановил какой-то детина-старшеклассник и заставил раскладывать свои вещи. Роб подчинился, но тот остался недоволен. Пришлось переделывать. Было почти одиннадцать, когда он прибежал к себе.
Все, кроме него, были готовы к приходу инспекции. "Время еще есть", подумал Роб, лихорадочно соображая, с чего начать. В прошлый раз комиссия появилась у них только после двенадцати. Он сложил одеяла. Плохо. Попытался снова - еще хуже. Пальцы онемели от напряжения. Он попробовал еще раз - лучше, но края никак не выстраивались в ровную линию. Пришлось начать все сначала.
Одни мальчишки играли в кости, другие лениво переговаривались. Вдруг тот, что стоял "на посту" в коридоре, закричал:
– Идут!
Роб успел кое-как разложить на кровати то, что требовалось. Часть вещей оставалась на полке над кроватями. К приходу комиссии ее полагалось освободить. Он сгреб все с полки и запихнул в тумбочку, закрыл ее, запер на задвижку и замер возле кровати в тот миг, когда в дверях показался учитель дисциплины в окружении дежурных.
Началось все спокойно и даже весело. Одного мальчика записали за потерю зубной щетки. Царила эдакая бодрая атмосфера добродушного юмора учитель отпускал шуточки, дежурные смеялись. Возле одной кровати, недалеко от Роба, учитель задержался:
– Очень
Шествие возобновилось. Следующая кровать удостоилась лишь беглого взгляда учителя и, наконец, он остановился против Роба.
Это был маленький дотошный человек, с густой, аккуратно постриженной черной бородкой. Он стоял в окружении рослых старшеклассников, чуть наклонив голову вперед и сложив руки за спиной. Помолчав, учитель коротко кивнул (Роб облегченно вздохнул: "Пронесло!") и вдруг тихо сказал:
– Ты - новенький. Я видел тебя на прошлой неделе. И, помнится, сделал тебе замечание за неправильно сложенные одеяла.
– Да, сэр.
– И они снова сложены неправильно. Не так ли?
– Он ткнул в кровать изящной тросточкой с серебряным набалдашником.
– Безобразно.
Тросточка перелетела вниз, к ботинкам Роба.
– Ботинки должны стоять вплотную друг к другу, носки - выровнены. Неутомимая трость вдруг подцепила один ботинок.
– А это что такое? Нечищены?! Тебе неизвестны правила? Сменная обувь должна быть вычищена до зеркального блеска. Отвечай!
– У меня не было времени, сэр.
– Не было времени! У тебя была целая неделя.
– Он уставился на Роба.
– Имя!
– Рэндал, сэр.
Дежурный повторил его фамилию в диктофон. Роб был спокоен - так или иначе, все позади, сейчас они пойдут дальше. Но учитель не спешил:
– Рэндал, у меня есть некоторые соображения на твой счет. Ты ленивый и неряшливый мальчик. Позволь заметить, что ни одно из этих скверных качеств не терпимо в нашей школе. Тебе ясно?
– Да, сэр.
Холодные голубые глаза изучающе разглядывали его.
– Открой тумбочку, - приказал учитель.
– Но, сэр... Я не успел...
– Открой, Рэндал!
– Роб подчинился.
– Отойди в сторону.
Груда сваленных в беспорядке вещей выглядела хуже, чем он ожидал. По-прежнему спокойным тоном учитель произнес:
– Это отвратительно. Какое безобразие!
Он шагнул вперед и принялся тростью вытряхивать содержимое тумбочки на пол.
– Отвратительно, - повторил он. Вдруг трость замерла.
– Что это такое? Рэндал, я спрашиваю, что это?
– Книга, сэр.
– Даже две книги! Разве книги включены в перечень предметов, которые дозволено держать в тумбочках?
– Я не знаю, сэр.
– Значит, ты даже не удосужился ознакомиться со школьными правилами?
– Это библиотечные книги, сэр. Я хотел...
– Библиотечные книги, - брезгливо сказал учитель.
– Они переходили из одних немытых рук в другие. Грязные, омерзительные. Полнейшая антисанитария. Ловушка для микробов. Ты мне отвратителен, Рэндал.
– От выдержки и бесстрастия не осталось и следа, голос дрожал от гнева.
– Ты позор этой школы! Бентли!