Хранители
Шрифт:
Я покачала головой.
– Не было той книги, которую я ищу, – пришлось соврать.
– Ой, тоже вот мне проблемы! – воскликнула Агния, чуть не разлив свой напиток.
Я улыбнулась от того, как она потом ловила стакан. Разговор начался с новой волной, и я смогла расслабиться снова. Черт с этим парнем, пусть следит. Возможно, у него хобби такое. Настя достала темную помаду, одну из тех, что она купила и намазывала на губы. Агния, схватив ее за кисть, дернула руку, от чего помада Насти прошлась по щеке. Мы засмеялись. Настя чуть не уронила помаду, ища салфетки. Каролина, взяв со своего подноса салфетки, протянула Насте, но из-за сильного смеха уронила их на середине стола.
– Агния, блин! – с улыбкой воскликнула
– Смотрите! Красотка наша! – Агния рассмеялась еще больше, – Модель Виктории Сикрет. Секрет Вики.
Мы разразились новым смехом. Некоторые оглядывались на нас. Кто-то улыбался, кто-то закатывал глаза и называл нас больными, но мне было на это все ровно. Настя, потерев щеку, вопросительно посмотрела на меня, как бы спрашивая, стерла она или нет. Я кивнула, пытаясь отдышаться. За это я и любила своих подруг. Какие бы мелочные проблемы у меня не были, пусть даже гигантские, девочки помогали мне обо всем забыть. Наша несхожесть развивала нашу дружбу, хотя, должно казаться, что мы давно бы не нашли общий язык. Я буквально чувствовала, как невидимые нити связывали нас, соединяли и с каждым днем все больше и больше прижимали к друг другу. Возможно, я совсем параноик, и мне все больше начинают мерещиться вещи, которых не существует, но я так чувствовала.
Вернулись домой мы уже около десяти часов. Довольные и веселые. Подарки мы, конечно же, так и не купили, зато не обделили себя. Каролина вышла самая первая, следом я. Идя по темной улице, я чувствовала, как будто за мной следят, и это не пугало, это злило. Я представляла, как тот идиот идет сзади меня, и как его пухлые губы ухмыляются, и я начинала злиться. Такой порыв эмоций удивил меня. Ведь некоторые девушки испугались бы. Но, обернувшись, я никого не увидела. Конечно же, он же шпион. Вздохнув, я прибавила шагу. Людей было не так уж и много, в основном это были пьяницы. И кто только додумался сделать бар рядом с жилым домом? Быстро пройдя магазины, я топала к подъездам, но чувство, как будто за мной следят, исчезло только тогда, когда я зашла в подъезд.
Будильник верещал, вслед за ним кошка начала свою балладу. На кухне мама начала греметь посудой. Видимо, никто не даст мне поспать еще пять минуточек. Раздраженно вздохнув, я выключила будильник и велела кошке заткнуться, от чего та прожгла меня недовольным взглядом. Посмотрев на время, я удивилась тому, что встала рано. Время было пол восьмого, поэтому у меня огромное количество времени, чтобы собраться. Сев на кровати, я потянулась. Подушка тянула к себе обратно, а одеяло, словно, давило, чтобы я легла обратно. Вот они, причина моего опоздания. Скинув одеяло, по ногам тут же побежали холодные мурашки, и я сразу же начала думать – а не лечь бы обратно? Заметив открытое окно, я закатила глаза.
– Мама! Зачем ты окно открыла? – воскликнула я.
– В твоей комнате было душно, – отозвалась та.
– Это не духота, это тепло!
Спрыгнув с кровати, я подошла к окну и закрыла его, зябко передернувшись. На шоссе уже была пробка, некоторые автомобили недовольно сигналили. Автобусы ездили один за другим, и даже от сюда я могла увидеть, что они забиты до предела. Если честно, то смотря на них, я даже радовалась, что живу рядом со школой. Но тогда приходиться придумывать причину моего опоздания, а я ведь не могу сказать, что моя подушка так и кричала мне о том, чтобы я поспала еще больше. Боюсь, что после такого липового оправдания, учительница сочтет меня больной. Обхватив себя руками, я вышла из комнаты, идя на кухню. Там уже работал телевизор, показывая новости. Мама, сидя за столом, разложила там бумаги, хмуро оглядывая их. Видимо, с приготовлением завтрака она решила покончить и взялась за работу, что было кстати. Иногда мама могла подпалить яичницу.
– Что делаешь? – хриплым ото сна голосом спросила я, беря кружку и наливая чай.
– Ну, в каком-то смысле, я делаю
Я сделала глоток и чай тут же осушил засуху в моем горле. Раньше, будучи маленькой, я не особо любила чай с бергамотом, для меня он казался горьким, но сейчас я только его и пила.
– В десять.
Мама недовольно покачала головой, посмотрев на меня. Я сжалась, готовясь к тому, что она начнет кричать на меня и читать нотации, но она вернулась обратно к своим бумагам. Ее рыже-коричневые волосы были собраны, а небольшая заколка поддерживала их. Я не была похожа на свою мать. Внешностью я пошла в отца, хоть я и никогда его не видела, кроме как на фотографиях. У меня были черно-коричневые волосы, так как я часто их перекрашивала, и коричневый практически достигал черного цвета, карие глаза с черным ободком и черными точками, по крайне мере, про точки мне сказала Агния.
– Налить тебе еще кофе? – спросила я, заметив, что мамина кружка уже пуста.
– Да, пожалуйста, – она придвинула кружку ко мне и я взяла ее, наливая кофе, – Не понимаю. В сотый раз проверяю бумаги, но ошибки там найти не могу. Но нет же, та приставучая стерва просто прицепилась к этой брехне.
Я протянула маме кружку, и та, кивнув, взяла ее, сделав большой глоток. Как бы я хотела ей помочь, но сама в этом не фурычила. Вздохнув, я сделала еще пару глотков, и отставила кружку, идя в ванну. Посмотревшись на себя в зеркало, я уже не удивилась своей бледной, до такой стадии, кожи, что видна каждая веснушка. Умывшись, я привела волосы в порядок и вернулась в свою комнату. Кошка уже развалилась на моей кровати, а когда увидела меня, то начала елозить по одеялу. Я улыбнулась, погладив ее и направившись к шкафу. Там уже лежали новые вещи, которые я вчера второпях закинула в шкаф. Так что я быстро переоделась в черные джинсы, в такого же цвета футболку с розами и пушками и кардиган. Ближе к восьми часов мне позвонила Агния, в сотый раз спрашивая, зайдет она или нет. Подруга удивилась, когда я сказала ей, что уже выхожу. На этот раз я смогла спокойно завязать шарф и даже застегнуть куртку. Мама, выйдя из кухни, облокотилась плечом о стену рядом с зеркалом, оглядев меня.
– Сегодня, надеюсь, вы никуда не едете? – спросила мама, а в ее голосе было слышно напряжение.
Я пожала плечами, надевая шапку.
– Наверное нет, но я еще не знаю точно. А что такое? – я посмотрела на нее, вскинув бровь.
Мама быстро покачала головой, оттолкнувшись от стены и встав напротив меня, поправляя капюшон.
– Пожалуйста, после школы не задерживайся и возвращайся домой, – попросила она, посмотрев мне прямо в глаза.
Я закатила глаза, взяв рюкзак и закинув его за плечо.
– Мам, со мной все будет в порядке, – сказала я уже, наверное, в миллионный раз, – Школа находиться рядом с домом, и мне дойти туда за пять минут. Никто меня не украдет.
Я улыбнулась, пытаясь сделать так, чтобы последние мои слова звучали как шутка, но мама только еще больше нахмурилась. В последнее время, я уже совсем ее не понимала. Она оберегала меня так, словно я сделана из золота, но это понятное явление, но почему именно сейчас, а не тогда, когда я была ребенком? Мобильник зазвонил, и мама покачала головой, сделав шаг назад.
– Просто не задерживайся после школы, вот и все, – она ушла обратно на кухню, а я удивленно смотрела ей в след.
Что все-таки происходит с нашими матерями?
– Я уже выхожу, – быстро проговорила я в телефон, спускаясь вниз.
– Выходишь? Хорошо, – сказала Агния, немного запыхавшимся голосом, – Поговори со мной, а то мне скучно.
Я усмехнулась.
– Ну давай. Расскажи мне, что происходит вокруг.
Я спустилась на первый этаж, идя к выходу.
– Ну, тут куча народу, – недовольно проговорила она, – Как будто базар какой-то. На меня какой-то мужик смотрел в автобусе.